Северянин
Шрифт:
Большую часть времени я или добирался сюда, или ждал, пока ты придёшь в себя.
– И давно мы тут?
– уточнил Лениавес.
– Где-то часов пять, - ответил я.
– Тогда понятно, почему нас еще не нашли?
– как-то не очень понятно сказал он.
– В смысле не нашли? Кто?
– решил уточнить я у него.
– Хозяева города и те, кто должен был за нами последовать с деревьев, - ответил корнол, но внезапно взметнувшись, проговорил, так может они уже рядом и мы их просто не видим.
– Нет, поблизости никого нет, - не успев подумать, ответил я, однако, заметив его вопросительный взгляд, добавил, - Рыкун обследовал окрестности и сказал, что никого в городе поблизости нет, а со стороны болота к нам не подобраться, там за нами городская стена.
И я указал как раз себе за спину.
– Понятно, - успокоившись, сказал Лениавес, - однако нам все равно нужно продвигаться вглубь города, там у нас больше шансов укрыться от демонов, они для нас сейчас более опасны, чем мертвые. Тем более в городе должна быть вода. Без нее мы долго не протянем.
– Верно, - согласился с ним я, - вода там есть.
Корнол был прав, без воды нам долго не продержаться. Тем более я четко чувствовал направление до ближайшего питьевого источника живительной влаги в городе.
– Нам нужно туда, - и я махнул рукой, немного отклоняясь от предположительного центра города, - вода там.
Лениавес не стал никак комментировать мои слова, лишь пожав плечами, как бы говоря.
«Мне все равно, главное не оставаться тут».
И мы начали собираться на выход.
Я сначала беспокоился, что корнол заметит мой сторожевой круг, но он его или не видел, или совершенно не подавал вида. Хотя заклинания, вложенные в камни, он чувствовал однозначно. Я даже видел, как он постарался, видимо, исследовать их своим менто-информационным полем, создав из него некое подобие щупа.
Такого я раньше не замечал и поэтому постарался запомнить всю процедуру создания и его использования. Могло пригодиться на будущее.
Что удивительно. Другие заклинания, те, что так же присутствовали в доме, он не заметил. Хотя они располагались практически у нас под носом.
Только когда мы начали собираться в дорогу, корнол нащупал на себе те повязки из змеиной кожи, что перевязывали ему раны.
– Это что?
– вопросительно глядя на меня, спросил он.
Хотя по мне ответ и так был очевиден.
– Ты был ранен, я перевязал тебя тем, что у меня было, - ответил я на его вопрос.
– Но это не ткань?
– полуспросил, полуконстатировал он.
– Я знаю. Это остатки шкуры змеи, другого материала подходящего для этих целей у меня не было, - пожав плечами, ответил я, продолжая укладывать в свой рюкзак вещи, лежащие в комнате.
Сейчас их стало немного меньше, все кинжалы я воткнул в стену башни, да и часть амуниции крыс, что раньше лежала в рюкзаке, теперь была одета на меня.
– И сильно меня ранили?
– как-то с подозрением спросил он, видимо корнол начал что-то вспоминать из последних мгновений боя.
Понимая, что правду легко может раскрыть простое зеркало или любой лекарь, я ответил.
– В тебя попали две арбалетные стрелы. Одна пробила легкое, вторая попала в плечо.
На несколько мгновений в комнате возникло молчание. Потом корнол шевельнулся.
– И почему я все еще жив?- удивленно спросил он, в недоверии помахав руками и стараясь нащупать раны под повязкой.
– Ну, пришлось воспользоваться одним волшебным камешком, - сказал я, и будто вспомнив что-то, добавил, - да, кстати, он все еще на тебе. Однако как мне кажется он тебе уже не очень то и нужен.
– Что за камень?
– резко спросил Лениавес.
Не поняв его такого беспокойства, я ответил.
– Да не переживай ты так, я точно уверен, что ты уже полностью здоров, а небольшая слабость пройдет, через пару часов. А камень, он под повязкой. Давай сниму ее, и сам все увидишь. Не знаю. Я нашёл его в лесу. По мне он похож на какой-то лечебный артефакт. По крайней мере, мне так кажется, да и, судя по результату, я не ошибся.
И подойдя к Лениавесу, я стал раскутывать его и снимать повязки.
– Вот он, - протянул я ему на ладони значительно потухший и утративший свою энергию камень.
«Нужно будет его подзарядить. Вроде энергия нужного типа есть в моем теле», - и я поискал глазами ярко бирюзовые краски в своем менто-информационном поле.
«Ага, есть. Значит, вечером заряжу», - обрадовался я и посмотрел на корнола.
А он стоял и в ступоре смотрел на меня.
– Ты потратил на мое лечение целый «камень жизни»?
Н знаю, что все это значило, но видимо что-то жутко важное и ценное.
– И что?
– не понял я, - ну потратил, да в лесу таких сотни, если не тысячи.
Походить, так можно еще найти, если повезет, конечно.
Что его смутило в моих словах не понятно, но он еще раз посмотрел на меня и потом тихо произнес.
– Прости. И спасибо. Я твой должник.
– Да. Сочтемся как-нибудь, - ответил я, и продолжил паковать рюкзак, закинув туда и камень.
Такого удивления на лице корнола, видеть мне еще не приходилось. Видимо мое отношение к этому камешку его изрядно поразило.
Заметив это, я, немного подумав, решил поберечь его нервы, тем более и желания сильно выделяться на общем фоне у меня не было. Да и мое отношение к этим волшебным побрякушкам слишком уж специфично, похоже, для окружающих. Поэтому я вытащил «камень жизни» и фильтр из рюкзака и аккуратно завернув их в пару тряпиц, положил в потайной карман брюк к остальным ценным предметам. «Такое богатство нужно беречь», - закралась запоздалая мысль ко мне в голову. Зато мое демонстративное поведение и забота о камнях, вернее одном из них, про второй он, похоже, ничего не знал, заметно успокоило /1ениавеса, и он проговорил.