Чтение онлайн

— «Мой старый дом в Кентукки», Сэйдж!

Женщина окинула взглядом прокуренную, всю в клубах сигаретного дыма комнату, улыбнулась и кивнула некоторым из тех, кого узнала. Потом ее глаза скользнули к тому столику, за которым обычно сидел Джим. Его там не было! Инстинктивно она поискала Реби.

Реби не было в салуне тоже. Ее медиатор тронул не ту струну, извлекая фальшивую ноту… Они где-то вместе!.. Наверху, в спальне Джима.

Сэйдж казалось, что никогда в ее жизни два часа не тянулись так долго. Ее губы мучительно болели от того, что она постоянно заставляла себя улыбаться, как обычно. Горло перехватывало от боли, которая звучала в ее песнях. Ей совсем не помогало то, что она пыталась уверить себя, будто ей нет никакого дела до того, чем занимается Джим и с кем.

Наконец, она исполнила последнюю песню ночной программы, торопливо поблагодарила всех и заторопилась на кухню.

Доктор Стюарт уже сидел там, ожидая ее, и Сэйдж снова, в который раз за сегодняшний вечер, заставила себя улыбнуться. Она бы все отдала за то, чтобы не идти к людям, не говорить, не смеяться и не показывать, что отлично проводит время. Наоборот, ей страшно хотелось закрыться в своей комнате и ничего не видеть и не слышать.

«Ты должна держать себя в руках, — сказала она себе. — Доктор слишком хороший человек. Его нельзя огорчать».

— Я буквально на одну минутку, Джон, — улыбнулась доктору Сэйдж. — Хочу только поправить прическу.

— Не торопитесь, Сэйдж: я буду ждать, сколько нужно, — Джон встал при ее появлении и теперь снова сел.

Волосы Сэйдж уже высохли, и она распустила их так, чтобы они обрамляли ее лицо маленькими соблазнительными колечками. Но мысли женщины все время возвращались к Джиму и Реби.

«Он не был бы сейчас с этой рыжей, если бы ты не оттолкнула его там, во время дождя!» — словно говорило ей ее отражение.

«Да! Этой ночью не был бы, — ответила Сэйдж зеркалу и, воткнув последнюю шпильку, отвернулась от собственного осуждающего лица. — Подумай лучше о тех ночах, которые будут потом. О тех ночах, когда он предпочтет тебе эту шлюху Реби, как плохо тебе тогда будет… А сейчас? О будущем ты думаешь, а что ты имеешь сейчас? Беспокоишься о Дэнни, боишься встретить Миланда… Вот и все, что тебе осталось…»

Сэйдж взяла маленький ридикюль и вышла из комнаты, окончательно расстроившись и пообещав себе, что больше ни разу не подумает о Джиме Латуре. Она будет петь песни, накопит денег и как можно скорее уедет куда-нибудь подальше от Коттонвуда. Ее грубые, неотесанные зрители очень щедры. Деньги они бросают к ее ногам, не жалея, так что еще пару месяцев, и они с Дэнни отправятся в путь.

Джим передал лошадь и коляску подростку, который работал в конюшне, и уже собрался уходить, как вдруг его кто-то окликнул по имени. Джим посмотрел через плечо и улыбнулся. К нему шел Рустер, один из членов его бывшей шайки, с которым они до сих пор поддерживали связь.

Рустер снова окликнул его:

— Минутку, Джим! У меня для тебя новости!

Джим остановился, поджидая высокого, мускулистого мужчину, а когда тот подошел, вопросительно уставился на него.

— Харлэн, Текс и Эд разбили лагерь на берегу реки в паре миль отсюда, — произнес Рустер.

— Как ты узнал?

— Я услышал, как одна из потаскушек жаловалась на какого-то незнакомого парня, который плохо с нею обращался, когда она его обслуживала. Когда она его назвала рыжим дьяволом, мне сразу в голову пришло, что это может быть Харлэн. Ты же знаешь, как он обращается с женщинами. Ну, а потом я подумал, что если я прав, то Эд и Текс будут с ним. Короче, я пошел на окраину города и обнаружил следы копыт трех лошадей. Я отправился по ним и вышел на их лагерь.

— А не видел с ними незнакомца — высокого бородатого мужчину?

— Нет, там были только они и бутылка виски.

— .Ну ну. Давай-ка посмотрим, что эти ублюдки делают в Коттонвуде.

Джим повернулся и направился назад в конюшню. Рустер двинулся за ним следом.

Спустя минуту они оседлали лошадей и направились за город. Первые полторы мили они проскакали галопом, потом поехали потише, чтобы не спугнуть трех бандитов, разбивших лагерь у реки. Однако, вскоре Джим и его спутник обнаружили следы потухшего костра, Рустер замысловато выругался.

— Они тут были недолго, — произнес Рустер, обследовав кострище и обнаружив, что слой серого пепла был не толстый.

— Угли еще теплые, — сказал он, запустив пальцы в пепел, — и, похоже, они уехали совсем недавно.

Рустер выпрямился во весь рост, отряхнул руки и посмотрел на Джима:

— Думаешь, они дали тягу, потому что нас услыхали?

— Скорее всего: звуки далеко по воде распространяются, — Латур снова сел в седло и направил жеребца по следам, которые тянулись вдоль берега. Проехал он всего около сотни ярдов, когда следы подошли к самой реке и там исчезли. Джим задумчиво смотрел на текущую воду и гадал про себя, куда могли направиться эти трое — вверх по реке или вниз? Потом, так ничего и не решив, раздраженно помотал головой. В конце концов, какая разница? Даже если он и угадает направление, в котором тронулись эти трое, ему все равно не найти их следов, потому что они могли ехать по воде сколько угодно, прежде чем вышли на берег. Джим развернул своего коня и направился назад в город.

— Нет смысла их преследовать, Рустер. Все равно минут через пятнадцать начнет темнеть.

Рустер тоже тронул поводья и догнал своего друга.

— А почему бы не предположить, что Харлэн пробрался в город просто, чтобы переспать с какой-нибудь шлюхой? Вообще-то ему нравятся краснокожие, но их в округе не очень много.

Джим минуту помолчал, а потом со зловещим блеском в глазах ответил:

— Я думаю, что он разыскивает мою новую певицу Сэйдж Ларкин. Полагаю, что Харлэна нанял ее деверь, чтобы эти трое доставили ее к нему. Этот дьявол буквально сошел с ума от желания заполучить Сэйдж и готов на все. Совершенно точно, что по его заданию эта троица убила его брата, мужа Сэйдж.

Я уверен, что Сэйдж угрожает серьезная опасность от этого негодяя. Поэтому я хочу, чтобы, когда меня нет в городе, ты следил за нею в оба. Я, вообще, хотел тебя просить, чтобы ты ночевал у меня в кухне, пока я не разыщу этого ублюдка.

Рустер ухмыльнулся.

— Думаешь, Тилли мне позволит?

— В обычной ситуации, конечно, нет. Но тут, когда я ей объясню, в чем дело, она не будет против.

— Тогда о'кей. Я сегодня же ночью расположусь перед ее дверью.

И оба всадника, дав шпоры, пустили лошадей по прибрежной дороге в галоп.