Чтение онлайн

– Это я… Извини, что подвел! – Они уже узнавали друг друга по голосу и, в принципе, могли бы обойтись без паролей. Формальности, однако, следовало соблюсти: – Я вчера подрабатывал в магазине и просто не успел в колледж.

– Ничего, я переписала лекцию… Это не такая уж большая проблема, профессор все понимает.

Сигнальных слов предупреждения об опасности в ответной реплике не было, наоборот – упоминание «профессора» указывало на то, что собеседница одна и может говорить свободно. Поэтому стоило прямо переходить к делу.

– Как поживает предмет моей порочной страсти?

Девица хихикнула, потом привела себя в соответствие с серьезностью момента:

– Он вчера получил что хотел. Очень нервничал… Потом поехалв «Нью-Джерси трэйд бэнк», у них отделение рядом с ООН.

Владимир Александрович прекрасно знал, и не только по карте, расположение штаб-квартиры Организации Объединенных Наций – и удивился. Это было достаточно далеко от того места, где Шерешевину передали валюту.

– А почему именно туда?

Аркадию Борисовичу следовало порекомендовать один из контролируемых «русской мафией» банков, что существенно облегчило бы дальнейший контроль над развитием ситуации.

– Он отказался от наших вариантов, – виновато вздохнула собеседница. – Мы предлагали, но, судя по всему, выбор был обусловлен заранее. Ваш приятель не очень силен в английском, но адрес таксисту он отбарабанил без запинки.

– Ладно… – Стоило похвалить партнеров за проявленную агентурную инициативу. – Молодцы! Не напугали моего друга?

– Не знаю… Вряд ли.

Они не стали делать подставку или садиться Шерешевину на хвост – просто записали номер «кеба», а потом перехватили водителя. За двадцатку тот рассказал все – и куда отвез клиента, и как тот башкой вертел всю дорогу…

Это был, конечно, риск. Но оправданный.

– Хорошо, дальше! – Запас двадцатипятицентовиков, называемых в здешнем обиходе «квотерами», у Владимира Александровича имелся, но отнюдь не бесконечный. К тому же если линия все-таки находилась «под техникой» – вычислить абонента было делом секундным. Тогда разговор должен длиться чуть меньше времени, нужного группе оперативного реагирования для выезда на задержание.

– Вышел предмет вашей страсти налегке… Сразу же взял сабвей и поехал в редакцию «Нового русского слова», на Пятую авеню. Дал объявление…

– Текст выяснили? – не удержался майор. У него была сегодняшняя газета, но отыскать нужное послание в объемистом номере без подсказки не смог бы и Шерлок Холмс.

– Запишите номер! – Девичий голос приобрел оттенок некоторого торжества. – Вы готовы?

– Постараюсь запомнить… – Он закрепил в памяти продиктованные собеседницей цифры. – Все, спасибо.

– Вечером ваш приятель гулял по Бродвею, пивка выпил… Денег своих у него негусто! – Неизвестно почему, но в таких вещах женщины практически не ошибаются. – Потом вернулся в отель, посмотрел телевизор минут десять и лег спать. Никому не звонил, ни с кем не общался.

– Последняя информация есть?

– Проснулся поздно… Завтракал в «Макдонаддсе», теперь пришел обратно в номер.

– Спасибо! Целую нежно. – Последняя монетка осталась в руке за ненадобностью: разговор был окончен.

Теперь нужно было быстренько сменить место дислокации. Виноградов подошел к проезжей части – и сразу же по тормозам ударили движущиеся во встречных потоках автомобили.

«Закон штата Нью-Джерси: уступи дорогу пешеходу!» – вспомнил майор содержание многочисленных дорожных знаков. Удивительно, но здесь именно так и поступали, не то что по ту сторону полноводной реки Гудзон.

Кажется, чисто… Выбирая какую-то съедобную дребедень в супермаркете, Виноградов не забывал поглядывать и на улицу: никакой подозрительной суеты, народ занят своими делами, гуляют мамаши с колясками. Здесь еще можно было затеряться – не то что в Мэйвуде!

Городок Мэйвуд олицетворял собой то, что для многих миллионов людей планеты ассоциировалось с великой американской мечтой. Здесь обитали не богачи, нет, – но люди с весьма солидным, намного выше среднего, достатком. Почти исключительно белые – даже прислуга и девушки в магазинах. Молодежи, конечно, поменьше, чем пенсионеров. Традиционный оплот политиков консервативных, но трезво мыслящих – на несколько тысяч жителей приходится три церкви, частная школа, несколько спортивно-оздоровительных комплексов и отделение «Ротари-клуба».

Тихо, чисто… Домики в два этажа, а среди сосен и комфортабельных автомобилей снуют ничего не боящиеся белки. При всем при том – полицейская часть, с двадцатью пятью единицами личного состава.

Именно в Мэйвуде скрывался тот, кого выслеживал Владимир Александрович, – чужая фамилия, пластика на лице, разработанная лучшими специалистами «легенда прикрытия». В таких городках, где все знают всех, появление нового жителя вызывает определенный резонанс – и можно было, конечно, пошуровать в муравейнике. Самому или с помощью местных «партнеров». Но… Вероятность спугнуть осторожную дичь превышала соблазн моментального результата.

«Чужие здесь не ходят!» А в Мэйвуде, кажется, вообще никто не ходил пешком – все ездили, даже в гости к соседям.

При малейшей опасности опекуны из ФБР перепрячут беглого мента – и ищи-свищи, начинай все сначала! Разумеется, люди Макдаффи предусмотрели различные степени защиты – и вздумай Владимир Александрович хотя бы краешком засветиться в зоне их повышенного внимания… одной депортацией вряд ли отделаешься.

Оставаться в городке лишнюю минуту было с профессиональной точки зрения непозволительной роскошью. Виноградов понял это сразу же – сойдя с вечернего автобуса и побродив по стремительно опустевшим улицам.