Чтение онлайн

Виконт благодушно улыбнулся.

– Ради вас я готов на все, если это добавит вам комфорта в моем доме. Я знаю, что вы ровесница моей матери, поэтому предлагаю опереться на крепкую мужскую руку. Помощь верного надежного друга вам не помешает.

Джулия едва сдержала смех: им с Луизой понравился ответ виконта, да и держался он уверенно и непринужденно. Что же касается леди Ирвинг, то она проигнорировала протянутую ей руку и, опережая всех, поспешила к дому. Симона семенила за ней, стараясь не наступить в грязные колеи, оставленные колесами в раскисшей от дождя земле.

– Я знаю, что дороги в усадьбе в плачевном состоянии, – мимоходом заметил Джеймс сестрам, которые взяли его с обеих сторон под руки. – Рабочие подвозят на тяжелых телегах строительные материалы к дому, и вот результат – дорога разбита. Я собираюсь засыпать ее измельченным ракушечником или чем-нибудь в этом роде. Но это возможно лишь после окончания основных ремонтных работ. Но не сомневайтесь: я сделаю все возможное, чтобы вам было комфортно в усадьбе.

Когда они переступили порог дома, Джулия была поражена высоким потолком в холле и внушительной парадной лестницей с изящно изогнутыми перилами. Луизу, судя по всему, тоже впечатлило увиденное – медленно поворачиваясь, она внимательно разглядывала каждую деталь, – однако это все скорее обеспокоило ее, чем обрадовало.

Джеймс, похоже, заметил это и с тревогой в голосе спросил:

– Что-то не так?

– Я и не предполагала, что у тебя такой огромный дом, – призналась Луиза. – Оказывается, ты совсем не прост, Джеймс.

Виконт улыбнулся с облегчением и перевел взгляд на Джулию, ожидая, что скажет она.

– Здесь очень мило, – заявила та, чувствуя, как замирает сердце от его улыбки. – Мне кажется, дом вполне готов к приему гостей. Или все это было сделано за время твоего отсутствия?

– Сказать по правде, дела в усадьбе, оказывается, обстоят не так плохо. Как я уже говорил, мы держали здесь небольшой штат прислуги и многие комнаты были заперты, и когда там начала протекать крыша, долгое время этого никто не замечал. Но как только крышу отремонтировали, штукатуры, плотники и маляры занялись косметическим ремонтом. Мебель в большей части дома все еще стоит в чехлах, но постепенно слуги приводят комнаты в порядок.

Леди Ирвинг слушала виконта со скучающим видом – очевидно, ее мало интересовали вопросы ремонта, – и наконец не выдержала:

– Да, да, поздравляем тебя, мой дорогой мальчик. Оказывается, твой дом цел и невредим, и нас это радует. Я уверена, что есть и другие его части, которые тебе хотелось бы показать гостям. Я имею в виду э-э… романтические уголки. Ты можешь показать их Луизе, а мы пока попьем чаю.

Джулия закатила глаза и попыталась поймать взгляд сестры, но та упорно смотрела в пол. Ее лицо было непроницаемым, но крепко сжатые руки свидетельствовали о сильных переживаниях, однако Джеймс, казалось, ничего не замечал.

– Прекрасная идея! В самом деле, почему бы нам всем не выпить чаю? Я распоряжусь, чтобы нам подали что-нибудь перекусить, и мы расположимся в… – Джеймс заглянул в одну из комнат на первом этаже, но быстро закрыл дверь. – Хм, нет, здесь пусто, слуги убрали всю мебель. Может, в другой будет уютнее? – он открыл следующую дверь. – Да, эта комната подойдет. Пожалуй, здесь мы и расположимся. Прошу прощения, но еще не все помещения в доме готовы.

Переступив порог комнаты с обитыми дамасским шелком стенами, леди Ирвинг огляделась. Массивная темная мебель создавала мрачную атмосферу.

– В этом доме вся мебель такая? Если это так, тебе придется избавиться от нее, мой мальчик, чтобы здесь можно было жить.

– Тетя, – прошипела Джулия, пытаясь остановить ее, – я уверена, что виконт и без наших подсказок делает все возможное, чтобы стать хорошим хозяином.

Услышав ее слова, Джеймс пожал плечами:

– Боюсь, у меня это пока плохо получается. Я заставил вас ждать, поскольку даже не знал, какая из комнат готова на сегодняшний день. Признаюсь, мне предстоит еще многому научиться, чтобы со знанием дела управлять хозяйством такого большого поместья.

Улыбнувшись Джулии, с которой разговаривал об этом несколько недель назад, он повернулся к Луизе:

– Дорогая, не волнуйся: пол отремонтировали – все дыры заделали.

На губах Луизы наконец заиграла улыбка, а Джулия с удивлением осознала, что в ее душе шевельнулась зависть, когда Джеймс назвал сестру «дорогая». О, как бы ей хотелось, чтобы это ласковое слово было обращено к ней! Конечно, она и не надеялась услышать что-то подобное именно из его уст – ведь этот мужчина не принадлежал ей, – но, возможно, найдется кто-то другой…

Через несколько минут в комнату вошла Симона, а следом за ней – горничная с подносом в руках, заставленными чашками, чайником и тарелками с печеньем. После чаепития Джеймс предложил провести для гостей экскурсию по дому, однако графиня отказалась:

– Нет уж, уволь: мы лучше отдохнем в своих комнатах. А вот Луизе, думаю, будет интересно осмотреть каждый укромный уголок в этой старой каменной пещере, насквозь продуваемой всеми ветрами. Я права, моя девочка?

Луиза смутилась и открыла было рот, собираясь что-то возразить, но Джулия недолго думая выпалила, опередив сестру:

– Вообще-то, тетя, мне бы тоже хотелось увидеть дом!

Луиза облегченно вздохнула, когда сварливая тетушка Эстелла и ее бесстрастная горничная удалились к себе. Сестры, снова подхватив Джеймса под руки, отправились осматривать дом.

– Наконец-то мы можем спокойно поговорить! – обрадовался виконт. – С удовольствием покажу вам дом, где, надеюсь, в будущем вы обе будете проводить немало времени. Особенно ты, дорогая.

Луиза кивнула и поинтересовалась:

– С чего начнем экскурсию?

– Даже не знаю, – пожал плечами Джеймс. – Я и сам еще плохо ориентируюсь здесь: не был с самого детства. Может, будем просто открывать все двери подряд? Или вы хотите посмотреть какие-то определенные помещения?

– Можно начать с оранжереи? – поинтересовалась Джулия.

– Лучше с библиотеки, – возразила Луиза.

Виконт рассмеялся:

– Здесь нет оранжереи! Если когда-то и была, то давно разрушена, поскольку за ней некому ухаживать.

Джулию нисколько не огорчил ответ виконта, а про оранжерею она сказала просто так, чтобы привлечь внимание хозяина к себе. И теперь, когда это удалось, следовало его удержать.