Чтение онлайн

Зарабет принялась убирать со стола, не обращая внимания на Кейта. Она не боялась его и странным образом чувствовала, что он сам нуждается в ее защите. Кейт беззлобен в душе и не заслуживает такой жены, как Токи. Олав совершил ошибку, толкнув сына на этот брак.

Неожиданно просияв от радости, Кейт выпалил:

– Я слышал, как жена дровосека говорила, будто Зарабет целовалась сегодня на площади с каким-то викингом!

В комнате повисло гнетущее молчание. Олав поджал губы, кровь прихлынула к его лицу, на шее вздулись жилы, но он не проронил ни слова.

– Значит, это правда? – удивленно приподнял бровь Кейт. – А я отказывался верить. Ведь всем известно, что Зарабет – холодная и неприступная девушка, которую не интересуют тряпки, украшения и мужчины. Говорят, этот викинг – князь, богат и владеет прекрасными землями в Норвегии, а отец у него влиятельный военачальник.

– Да, это правда, – сказала Зарабет.

– Ты еще не успела переспать с ним?

Зарабет удивил не столько вопрос Кейта, сколько его жалобный тон. Да и слов таких девушка от него никогда раньше не слышала. Зарабет не на шутку встревожилась, но тут же взяла себя в руки. Да Кейт просто ревнует! Она медленно оглядела полку со снадобьями, которая висела над очагом.

– Какой бы мне яд для тебя выбрать, Кейт?

– Значит, ты не отдалась ему? Тогда почему вы целовались?

– Хватит болтать об этом викинге! – Олав стукнул кулаком по столу. – Норвежец хочет жениться на Зарабет, но она еще ничего не решила и даст ответ через три дня.

Зарабет подумала, что ей не нужно время на размышление. Эти три дня – уступка Олаву. Странно, но именно в этот момент она отчетливо поняла, что очень хочет стать женой Магнуса Харальдсона.

– Должна же я наконец выйти замуж, – равнодушно вымолвила она, заметив, что Кейт готов расплакаться от досады.

– И ты уедешь с ним в Норвегию?

– Да, если только они поженятся, – ответил за падчерицу Олав. – Посмотрим. Еще ничего не устроено. Ничего.

Зарабет устала от этого разговора. Ей вдруг так захотелось увидеть Магнуса! Она сделала всю работу по дому, выкупала и уложила в постель Лотти. Олав и Кейт все пили и говорили. Девушка поставила на стол еще одну бутылку эля, потихоньку достала из сундука накидку и набросила ее на плечи.

– Пойду прогуляюсь немного, – сказала Зарабет и быстро вышла за дверь, не дав мужчинам опомниться.

Зарабет понимала, что выходить одной на улицу поздно вечером опасно. Вот уже несколько лет Йорк не знал войны, но с наступлением сумерек в город стекались бродяги и разбойники, которые нападали на мирных горожан, грабили и убивали их. Она быстро и бесшумно бежала по улице, стараясь держаться в тени домов. На небе давно появился желтый диск луны, в воздухе пахло сыростью, как перед дождем.

Было тихо, вокруг ни души, и девушке казалось, что сердце стучит чересчур громко и его могут услышать люди в домах, мимо которых она пробегала. Накидка защищала от вечерней прохлады. Завернувшись поплотнее, Зарабет вспомнила, что эта накидка принадлежала еще ее бабушке и была сделана из лучшей в Ирландии шафрановой шерсти.

Зарабет направилась в сторону пристани. Ноги будто сами несли ее к гавани. Вот впереди показались мощные дубовые постройки восточной части города, улицы которой спускались к реке. Вдоль пирса Монаха стояли пришвартованные суда, по большей части это были торговые корабли из Норвегии.

Девушка беспомощно огляделась. Их так много, и все так похожи друг на друга! Зарабет остановилась и чуть не рассмеялась над собой: пришла сюда искать Магнуса, даже не зная, как называется его судно. Она презирала себя за несдержанность. Стоило ей встретить красивого мужчину, как тут же потеряла голову!

Никогда прежде она не вела себя легкомысленно, не поддавалась порыву ни в раздражении, ни в гневе и спокойно все обдумывала, прежде чем что-то сделать. А на этот раз она подчинилась странному внутреннему импульсу и вот оказалась на пирсе Монаха раньше, чем успела подумать, зачем ей это нужно. Более того, еще и рисковала жизнью, придя сюда в такой поздний час. Но что сделано, то сделано.

Зарабет собралась с духом и пошла вдоль причала. Судов было не меньше дюжины, матросы спали, стояла гробовая тишина, которую нарушал лишь плеск волн. Зарабет тихо переходила от одного корабля к другому, ни одна доска грубо сколоченного причала не скрипнула под ее легкими кожаными туфельками. Мало-помалу Зарабет охватывал страх. Все-таки как глупо она поступила! Что же теперь делать?

Вдруг прямо перед собой девушка увидела судно, которое было намного больше остальных. На его мачте развевался норвежский флаг. Корабль был величав и прекрасен, и Зарабет сразу поняла, что именно он принадлежит Магнусу.

– Магнус! Магнус Харальдсон! – крикнула девушка в темноту.

Ответом ей было молчание, только ветер принес откуда-то отзвук приглушенных голосов.

– Магнус! Магнус Харальдсон!

И вдруг в полной тишине раздался смех. Зарабет увидела, как из-за планшира показались вооруженные матросы, которые тут же стали спрыгивать на причал, показывать на нее пальцами, хохотать и что-то говорить на своем языке. В следующий миг Зарабет услышала знакомый голос:

– Все в порядке, возвращайтесь назад. Это моя женщина, и она звала только меня. Тому, кто приблизится к ней хоть на шаг, я перережу глотку. Если его пример покажется вам неубедительным, мы вдвоем отправим на тот свет всех желающих. Моя женщина может постоять за себя.

Это был Магнус. Он бежал по причалу, ветер трепал его волосы и развевал полы плаща. От викинга веяло силой и уверенностью в собственной неуязвимости. Он был так же воинственно прекрасен, как и его корабль, и Зарабет почувствовала, как ее бросает в жар, а сердце начинает биться часто-часто.

Звериная красота Магнуса пугала и восхищала ее. Она уже не сомневалась в том, что из всех мужчин хочет любить только его. Два дня их знакомства казались ей вечностью. Зарабет усилием воли заставила себя не броситься ему навстречу и дождаться, пока викинг подойдет к ней.

Магнус остановился и внимательно посмотрел ей в глаза.

– Мне показалось, чей-то визгливый женский голос, напоминающий рев коровы на бойне, выкрикивает мое имя. Ты не слышала что-нибудь похожее, Зарабет? – Он продолжал разглядывать ее. – Нет, судя по всему, ты не слышала. Между тем ни морского чудовища, ни водяного здесь нет. Только грубые матросы. Они мирно спали и видели сны о богатой добыче, о горах серебра, как вдруг чей-то голос ворвался в их и мои сладостные сновидения. И вот эта женщина предстала их взорам: сварливая, глупая, сердитая.