Шаг в небо
Шрифт:
Ну конечно, мне понятна её злая ирония. Я бы на ее месте не обращал внимания и не расстраивался. Подумаешь, я её игнорирую. Я же не называю её в глаза Нитроэмалью! Только Нитанаэлью. Ну, найди себе кого-нибудь. У меня другие интересы, должна понимать. И тут я увидел, что на месте, где только что сидел Пыльцын с Ивой, никого нет. Ушли. Ну и я ушел.
Я сгреб тихонечко из палатки свои вещи в рюкзак и пошел на станцию. Палатку Сашка с Толиком заберут. Там подремал на лавочке в ожидании первой электрички, которая шла домой. Сквозь сон я почувствовал, как ко мне подошла какая-то собака. Видимо тут на станции живет. Пес постоял возле меня, посопел и ушел. Ему было неинтересно.
Глава вторая
Мой город просыпается поздно. Наверное, такая привычка у всех столичных городов. Вот – шесть утра, а улицы почти пусты. Конторы, заполонившие центр, открываются к девяти, правительственные офисы и того позже. Так что по улице я шел один. Говорят, что много лет назад в это время ездили поливочные машины. Причем, всегда и в одно и то же время. Ещё говорят, что они могли любого подбросить, куда надо, за пятьдесят копеек. Но, наверное, это сказки. Сейчас приду домой и завалюсь спать. Отосплюсь за все два дня этой дурацкой ролевки. Хотя, если бы я отключил мобильник, я бы, скорее всего, по-другому думал. Но, тоже не факт. Все равно настроение было бы не очень, Ива все равно ушла бы с Мастером. Ну, может, мне не так было бы противно. А тут…
Неужели я на самом деле такой никчемный? Ведь шло все хорошо, ещё немного и я бы победил, а вот нет, глупость сделал. Девушка, которая мне так нравится, и так мне дорога, вообще меня клоуном, судя по всему, считает. Может, я просто глуп и многого хочу? Вот – Аллу обидел. А она хоть дура, а, наверное, добрая и начитанная. Может, я не свое место в жизни хочу занять? Сидел бы сейчас в палатке с этой Эмалью, анекдоты неприличные ей бы рассказывал… Меня, почему-то передернуло от этой мысли. Особенно, когда я представил её смех. Хотя, зачем я так думаю? Вон, учусь в универе, не последний студент, и друзей много, и вроде все нормально. Человек как человек. Как все. Зря это я так рефлектирую. Я шел и думал о ерунде! Лучше бы посмотрел, как хорошо в утреннем городе. Солнце уже вылезло из-за домов и отражалось в мокром асфальте. А ведь он мокрый! Значит точно – поливали. А до дома уже просто два шага.
Дома хорошо. Тем более, когда ты там один, и никто тебя не дергает. Вон – на журнальном столике куча газет. И можно не складывать их, как положено. И посуду помою потом. Ту, ещё позавчерашнюю. Сейчас вот телик включу – утренние новости как раз, под них засну. Буду спать, сколько захочу! По телевизору были действительно какие-то занудные новости. О встрече президента с ветеранами движений. О том, как премьер-министр ходил в резиновых сапогах по полям колхозов и хвалил возможный урожай… Как раз поспать. Так просто, лежа напротив телевизора на диване, не раздеваясь, просто отдыхать…
– …исключает возможность ошибок в предстартовой подготовке. Тем более что катастрофа произошла уже после отделения последней, разгонной ступени, – голос диктора, очень строгий, вырвал меня из приятного сна.
Я посмотрел на часы – ого! Уже одиннадцать. Вот это придавил хоря. Вот выспался, и все стало на свои места! Никаких глупостей в голове. Только есть хочется. Срочно на кухню.
Что я могу точно сказать, так это то, что мне осточертела, за две недели отсутствия родителей, яичница. Надо ветчины купить потом. Не сейчас. Сейчас есть хочется совершенно по зверски. Нет, яичницу тоже лень – съем сырое яйцо. И пепси ещё есть бутылка неоткрытая в холодильнике. Сделал варварское блюдо – накрошил хлеба в чашку с сырым яйцом, посолил – поперчил и вернулся к телевизору. Что они там про орбиту говорили?
А по телевизору показывали экстренные новости. Бегущей строкой, в нижней части экрана, сообщалось: «Гибель на старте космического корабля „Заря-36“. Ведутся поиски спасательного модуля».
И говорящая голова диктора. Судя по всему, в новостях только об этом и говрят и непрерывно повторяют то, что говорили только что.
«Сегодня в девять часов четырнадцать минут по московскому времени в силу невыясненных причин произошла авария орбитального блока космического корабля „Заря –36“. По сообщению пресс-атташе ЦУПа именно в это время, при переходе аппарата на околоземную орбиту прервалась связь с экипажем. Последние данные телеметрии не передали никаких нарушений в работах систем корабля. Ведутся поисково-спасательные мероприятия. Наш собственный корреспондент передает из ЦУПа.»
Сменилась картинка и на экране возникла легкомысленная девица с микрофоном. Она стояла на фоне безликого административного строения, и, после краткой паузы, начала рассказ:
«Весь Центр сейчас находится в шоке. Самый надежный корабль в истории земной космонавтики погиб. Мне удалось поговорить с одним из ответственных лиц, имя свое он попросил не разглашать, и он мне рассказал подробности. Так вот, я пересказываю его слова (дальше читая по бумажке). Корабль как раз выходил на расчетную орбиту, и все было в порядке. Уже появилась связь после разгонного отрезка старта, на экранах была отличная картинка с борта. И после этого все исчезло. Как будто корабль исчез. Как ска…»
Тут, на этих словах исчезла и сама корреспондентка. Вернее, полностью исчезло изображение. На синем экране телевизора надпись – «нет сигнала». Пощелкав пультом управления, я выяснил, что столичный канал «3+2» есть, официальный 1-й есть. А ни одного московского нет. Опять, небось, не заплатили за ретрансляцию. Как всегда – на самом интересном месте! А наши местные все зудят про урожай и битву за газ. А тут такое делается! Может, все-таки скажут? Вон – скоро полдень, время новостей. Я остановился на первом местном канале. Новостей долго ждать не пришлось. И начались они странно. Диктор испугано пролопотал, что по техническим причинам отключены все спутниковые системы связи и поэтому новости пройдут по сокращенной программе без сообщений от их корреспондентов. И потом стал бубнить как обычно про новости нашего города. И реклама, реклама… Ну, наши, как всегда, в своем репертуаре. Самим лень собирать информацию, вечно чужое пересказывают, а как источник пропал – так и сказать нечего.
Ну, а Интернета нет, что ли? Как-то я неправильно себя веду, словно мозги набекрень. Поиграл в магов и забыл о цивилизации. Компьютер загрузился почти мгновенно. Но вот Интернета как раз и не было. Ну, естественно, какой Интернет, если нет спутниковой связи. А ведь мой кабель, судя по контракту, идет куда-то именно на спутниковый канал. И тут я понял – ведь все очень просто, чего я суечусь. Погиб корабль на взлете, теперь все космические системы проходят контроли всякие, перенаправляются на сбор необходимой информации. Наверное так, ведь ситуация совсем экстраординарная.
Но радио-то есть! Я был прав, когда не дал выбросить старый добрый ламповый Телефункен. Родители позволили мне сохранить эту рухлядь. Я его под тумбочку для принтера использовал. И иногда крутил ручку настройки в коротковолновых диапазонах. Прислушивался, как мне казалось к голосу вселенной, ну или как минимум планеты. Так, наверное, в старые времена диссиденты, ловя своими приемниками запрещенные голоса всякие, думали что они слушают свободный мир. А слушали на самом деле, специально для них подготовленную чушь. Ну, почти чушь.