Шагая по трупам

Пролог

Зловещий, непроглядный мрак сгущается над городом. Он уже поглотил верхушки небоскрёбов. Вид из величественного панорамного окна с двадцать пятого этажа офисного здания позволяет разглядеть оживленную дорогу с множеством бликов фар. Машины, здания, перекрёстки, большой город - всё как на ладони. 

Но Максим уже ничего не видит.

Он сидит в кожаном кресле, придвинув его вплотную к толстому стеклу оконного пространства. Он не смотрит вниз, на оживлённое шоссе, и не смотрит на маленькие точки - людей, суетливо бегущих в разных направлениях. Он смотрит лишь на небо, которое ежесекундно становится темнее. Тьма за окном отражает то, что творится в его душе. 

Лёгкая вибрация в кармане нарушает зловещую и такую отчаянную тишину. Будто выходя из ступора, Максим поднимается с кресла и достаёт телефон. Небольшой лучик надежды, блеснув на секунду, снова меркнет, когда мужчина видит имя на дисплее. Это не его жена.

– Мама, - шепчет пересохшими губами.

– Максим, - взволновано молвит женщина, - сынок, Боже, я ночами не сплю. Скажи, что есть какие-то новости, - каждое слово сопровождается всхлипом, и это окончательно рвет его душу в клочья. За свои тридцать лет Максим любил только двух женщин. Свою жену Машу и Ольгу Александровну - воспитателя Олю - названную маму Олю. Она была ему матерью, пока он воспитывался в детском доме. Она осталась его мамой по прошествии долгих лет. 

– Новостей нет, - мужчина старается говорить ровным голосом, из последних сил подавляя рыдание, которое уже клокочет в горле.

Месяц. Месяц бесполезных поисков довел его до отчаяния. 

– Ты найдешь её, сыночек, - мама говорит уверенно, но её голос предательски дрожит.
– Для тебя нет ничего не возможного...

– Она мертва, - озвучивает вслух те опасения, что сопровождают его на протяжении этого месяца.

– Не говори так, - умоляет его мать, - ты не должен так говорить. Не должен отчаиваться. 

Но он знает, что прав. 

– Я позвоню тебе... позже, - тихо прощается. 

И снова его взгляд прикован к ночному небу, будто в этой кромешной пучине можно отыскать ответ лишь на один вопрос: "Кто?" 

Но Максим никогда не задавал этот вопрос вслух. Живя в мире больших денег, опасных отморозков, пробивая себе путь к господству из самых низов, он буквально бежал по головам... шагал по трупам. В мире полно людей, чью дорогу он мог перейти. Это как искать иголку в стогу сена. Бесполезно и нереально, но только не для Макса. Он найдет эту тварь, заставит страдать так же, как сейчас страдает его жена, а потом сотрёт с лица земли. 

Ладонь наполняет вибрация. Телефон оживает в руке Максима, но он не спешит отвечать на звонок. К такому нельзя подготовиться...

– Да?
– сухо, безжизненно. 

– Максим Андреевич... мы её нашли, - неуверенный голос начальника его охраны.

– Говори, - на одном дыхании.

– Макс…она мертва. Мне очень-очень жаль...

– Как?

– Задушена.

– Вы поймали ублюдка?
– вжимая трубку в щеку, орёт, обдавая горячием дыханием стекло перед лицом. 

– Нет, - подавленно.
– Но мы его найдём.

Телефон с грохотом летит в стену. Громоздкое кожаное кресло взмывает вверх в его сильных руках, совершает полёт и глухо ударяется о закалённое стекло. Оно дрожит. "Бронированное", - проносится в голове у Максима. Его собственная броня крошится и становится совсем хрупкой. Злость, гнев, боль - всё смешалось внутри и не даёт мыслить здраво. Ворот рубашки словно удавка. Рывком дёргает за край, верхние пуговицы отскакивают в стороны. Шея на свободе, но удушье не проходит. Удушье.

Его маленькая хрупкая девочка, его Маша была задушена безымянным ублюдком. Максим наконец находит ту нить, что держит его на краю бездны и не даёт сорваться вниз. Месть. 

Найти ублюдка. Растоптать ублюдка.

Разрушение. Уничтожение. 

Всё, что угодно, только бы не чувствовать больше эту боль.

Раскалённый лоб ищет облегчения в прохладе стекла. Тело напряжено, застыло, глаза закрыты и больше не взирают на небо. Нужно ехать, нужно взглянуть на неё, проводить в последний путь, но тело сопротивляется, а сердце не готово принять реальность. 

Рука тянется к карману брюк. Клочок глянцевой бумаги - открытка, что Макс возит с собой, словно плавится в кармане и служит напоминанием о враждебности мира. Его мира. 

Река, окружённая редкими деревьями в предрассветных сумерках. Такую карточку можно купить в любом газетном киоске. Её он получил по почте. Переворачивает снимок. Вчитывается в текст, хотя знает каждую строчку наизусть.

"Если забрать у льва его львицу, у короля его королевство, а у преступника – его свободу, что останется? Подумай об этом, Мако".

Пять лет спустя

Глава 1

Этот придурок опять пялится на мой зад.

Марго нервно вздрагивает от липкого взгляда. Работая завскладом магазина, она рассчитывала на уединение на этом самом складе, но нет, начальник сразу заприметил её точечную фигуру и вот уже несколько месяцев не даёт проходу.

– Глеб Викторович, - нарушает напряжённую тишину Маргарита, - весь товар внесён в базу. Ко мне ещё есть вопросы?

– Конечно, - мямлит мужчина, даже не стараясь отлепить свои маленькие похотливые глазки-бусинки от пятой точки девушки, - вот здесь, на нижней полке, пересчитай бутылки с водой, - указывает на большой стеллаж рядом с собой.

– Зачем?
– сперва не понимает Марго, но тут же прикусывает язык. Всё ясно, как божий день. Он просто хочет получше её разглядеть. 

Сексуальные флюиды, исходящие от начальника, буквально летают в воздухе.

Девушка подходит к товару и демонстративно присаживается на корточки. 

Глеб Викторович, надменно фыркнув и приблизившись, тоже присаживается. Его тяжёлое пыхтение отдаёт неприятными мурашками на коже. 

– Марго, - шепчет начальник в самое ухо девушке, - ты такая неприступная, словно ледяная крепость. Когда ты уже начнёшь таять?