Чтение онлайн

— Меня отправили к нему, чтобы я уговорила его помочь лорду Эбботу бежать из Багдада, когда город заняли французы. Я предложила ему деньги, но он потребовал другого вознаграждения.

— Девственность за жизнь.

Девственность за три жизни! Но в этом ключе она никогда не думала.

— Сделка состоялась уже… после.

Девлин сделал шаг, приблизившись к Джапонике почти вплотную.

— Неудивительно, что вы не доверяете мужчинам. Теперь я понимаю, почему вы не верите в собственную привлекательность. Однажды вы сильно на этом обожглись.

— О какой привлекательности вы говорите? — Она хотела заплакать, но вместо этого рассмеялась. — Не играйте со мной. Я — сама заурядность. Проста и очевидна, как глиняный горшок. Я не вызываю восхищения, я не…

— …знаю себе цену. — Он провел пальцем по ее щеке. — Зажгите свечу, миледи.

Джапоника сделала то, о чем он просил. Свет ударил по глазам, и она заморгала, но комната была достаточно велика, и единственная свеча не могла разрушить ощущение интимности, не могла прогнать тени, что прятались по углам.

И все же, когда она оглянулась, мужчина, стоявший перед ней, резко переменился. Пламя свечи исказило его черты. Складки у губ сделались глубже, словно у него появилась бородка. Тени легли вокруг глаз, словно они были подведены сурьмой. На мгновение она увидела перед собой не лорда Синклера, а Хинд-Дива собственной персоной.

— Вот, пожалуйста, — сдавленным шепотом проговорила она и отвернулась.

— Что с вами? — Голос его, глубокий и властный, отдавался эхом, словно звучал внутри ее, а не вовне.

Слезы, неразумные, непрошеные, наполнили ее глаза, придя на смену такому же иррациональному смеху. Но все это не принадлежало ей. Все ощущения сгрудились вокруг нее, не проникая внутрь, наступали на нее со всех сторон, сжимали кольцо. Джапоника была на грани того, чтобы потерять сознание, и единственной реальностью в этом дрожащем, как мираж, мире была его теплая ладонь на ее плече.

— Джапоника?

Она подняла глаза, она хотела заверить его в том, что с ней все в порядке, но в этот миг слова куда-то исчезли. Лицо его снова обрело реальные черты, черты лорда Синклера. Ей вдруг стало стыдно, стыдно за то, о чем она думала и чем собиралась заняться с мужчиной, которого любой разумный человек назвал бы ее злейшим врагом.

Девлин увидел сомнение в ее взгляде, но он не мог знать, в чем его причина.

— Идите ко мне, леди.

Синклер взял Джапонику за руку и подвел к зеркалу в углу. Взяв с камина свечу, высоко поднял ее, так, чтобы она осветила ее лицо.

— Посмотрите сюда и скажите, что вы не видите очарования в чертах лица, румянца щек и блеска в глазах.

Джапоника опустила глаза. У нее не было сил взглянуть правде в глаза. Наряд ее в этом освещении казался тусклым и скучным, и она себе казалась такой же. Уверенность оставила ее.

— Я не вижу ничего красивого.

Синклер взял ее за подбородок и приподнял лицо. На сей раз он обратился к ней на персидском:

— Умный купец выставляет напоказ все самое броское, кричащее. Он знает вкусы толпы. Но настоящие сокровища он прячет от праздного покупателя, который и не поймет, какой ценностью овладел. Только перед настоящим ценителем развернет он самое редкостное из своих сокровищ.

По мере того как он говорил, Девлин поворачивал се голову то вправо, то влево, рассматривая се под разными углами, так что свет, по-разному освещая ее лицо, то обрисовывал изящную линию щек, до высвечивал спелую полноту губ, то отражался сиянием в ее глазах.

— Посмотри-ка еще раз, бахия, и ты увидишь правду. Только ты сама в силах явить миру сокровище, коим являешься. Сегодня я увидел, как оно сверкнуло, увидел в числе всех тех мужчин, кто был там. — Рука его скользнула вниз, к ее плечу. Он повернул ее так, чтобы она посмотрела ему в лицо. В глазах ее по-прежнему виделось недоверие, но Синклер заметил и еще что-то. Зарождающуюся надежду. — Ты сомневаешься в том, что прочла в глазах мирзы? Ты сомневаешься в том, что видишь в моих глазах?

— Да! — хрипло пробормотала она, потому что боялась поверить.

— Лгунья! — улыбнулся он.

Девлин увидел, что его ответ заставил Джапонику покраснеть. Когда она закрыла глаза, не желая принимать его вызов, ее медно-рыжие ресницы коснулись щек, и в свете свечи волосы девушки вспыхнули как пламя, и над головой образовался золотой нимб. Боже, как она могла считать себя некрасивой?

Девлин улыбнулся. Быть может, желание творило с ним чудеса и он испытывал то же, что испытывает любой смертный в присутствии женщины, которую хочет?

— Ты всегда знала правду и поэтому избегала шумных толп, которые ищут легкой добычи и идут сплошным потоком, не останавливаясь для того, чтобы разглядеть что-то поистине драгоценное.

— Да, — выдохнула Джапоника, при этом по-прежнему избегая смотреть на Синклера.

Он наклонился и поцеловал по очереди каждое ее веко.

— Я остановился. Я сделал выбор. Я пришел познать твою настоящую цену.

Леди Эббот открыла глаза, и он увидел в них вопрос. Синклер не знал, как на него ответить, разве что задать свой собственный. Он коснулся подушечкой пальца ее нижней губы и ласково провел по ней.

— А ты чего ищешь, бахия?

Джапоника видела в его взгляде желание и более не сомневалась в искренности лорда. Но страх оставался. Он так легко мог разрушить весь ее внутренний мир, все, что было у нее дорогого, включая и это мгновение.

Она отвернулась, словно желала избежать запретной правды его взгляда.

— Это глупо, милорд. Нам не следует быть вместе. Вот так.

— Нет, не следует. — Его палец покинул ее губы и ласково очерчивал нежный изгиб подбородка. Затем легко, словно перышком, провел сверху вниз по горлу, до ямки у основания. — Но мы не говорим сейчас о том, что должно, и о том, что пристало. Здесь только вы и я. И никого больше.

— Но люди…

Синклер приложил палец к губам Джапоники. Она недовольно нахмурилась, и он улыбнулся.