Шаманы
Шрифт:
Гном сдвинул шапку на затылок. Задумался надолго. Исхаг не торопила его с ответом, она просто мерно покачивалась в седле, ощущая, что сделала пока всё, что могла. Ей очень не понравилась картинка, переданная хранителем - эльф повелительным жестом выслал того гнома вон. И тот вышел, поглаживая туго набитый мешочек с монетами.
– А ведь я как-то не подумал...- пробормотал гном, - интересно получается, мои передвижения отслеживаются?
– Теперь вспомни то нападение, которое мне удалось пресечь. Тебе ничего не показалось странным?
Гном пожевал кончик бороды.
– Как же, показалось. Нападавшие были слишком хорошо одеты и неплохо вооружены для обычных разбойников с большой дороги.
– И снабжены хорошими амулетами. Я показала амулеты твоему другу и знаешь, что он мне сказал? Гостеприимный Эльреги сообщил, что за эти побрякушки не выручить больше десятка золотых монет. А самое интересное случилось после - только одну фибулу торговец оценил в пятнадцать золотых.
– Да? Непонятно.
– Вот и мне непонятно, почему твой друг Эльреги лжёт, утверждая, что он провёл одиннадцать лет в клане Сов.
– А разве нет?
– Клан Черноногих почти пятнадцать лет кочевал рядом с Совами. Так вот я этого эльфа ни разу не видела, но вот слышать о нём - слышала. От наставника
– Ты можешь мне рассказать?
– Ты лучше сам мне скажи, войдёшь ли ты без разрешения в орочье жильё, будь то шатёр или комната в доме?
– Никогда! Только с разрешения хозяина!
– А твой эльф попытался войти в мою комнату. И едва не лишился головы. Может так поступить живший в орочьем клане долгие одиннадцать лет?
Фахадж покачал головой, ясное дело - не может. И что это означает? За какие услуги эльф заплатил недоброжелателю старого Фахаджа? А нападение? Чьих рук это дело? Кому выгодно, чтобы Фахадж не доехал до столицы? Доказательств злого умысла нет и в помине. Значит, удвоим осторожность. Если у него есть враги, а они есть, то рано или поздно они себя проявят. И хорошо бы пораньше, вздохнул старый гном.
– Как же мне разговорить того негодяя?
– пробормотал Фахадж, - или как его остановить?
– Которого негодяя? Гнома или эльфа?
– Гнома, конечно!
– Мой дух-хранитель его уже остановил.
Фахадж вытаращил глаза.
– Что?!
– Ты грамотен?
– Разумеется!
Старая Исхаг достала из седельной сумы свиток
– Читай.
– Это моё послание подгорному королю! Как оно оказалось у тебя?
– гном ошарашенно уставился на Исхаг.
– Оно попало ко мне с трупа того гнома, которого догнал мой хранитель. А вот это лежало у него за пазухой.
Исхаг передала Фахаджу тугой кисет с монетами. Гном развязал кошель и уставился на эльфийские лары. Тут же не меньше сотни монет! Фахадж слишком давно жил на свете, чтобы удивляться неожиданным новостям, но такое положение дел ему очень не понравилось. Он оглядел кисет, мешочек как мешочек, родовых вышивок на нём нет, шнурок без печати принадлежности хозяину. Совсем интересно.
– Сотня ларов, - пробормотал поднос гном, - предназначенная одному гному? И что он должен сделать за такую сумму? Убить короля?
– А если сумма предназначена не одному?
– старая Исхаг тяжело смотрела в глаза гному.
– Да, хорошую же заботу ты повесила на мои плечи.
– Считай, что я тебе ничего не говорила, - орка пожала плечами, понимая, что гному просто нужно излить досаду.
– Как всё это не вовремя...
Исхаг кивнула сама себе, неприятности и беды всегда сваливаются не вовремя. Если избежать их не получается, то следует искать источник неприятностей. И побыстрее. Иначе беды хлынут лавинообразно. Такова природа неприятностей - они копятся, копятся, а потом стоит всего лишь покатить камешек по настороженной ловушке, и лавина придёт в движение.
– Жаль, что того стражника нет в живых.
– Пустое, уважаемый гном, он ничего бы не сказал тебе. И мы не получили бы доказательства, - старая шаманка кивнула на свиток.
– Это верно, - со вздохом сказал гном, - я снова у тебя в долгу, уважаемая Исхаг.
– Долгом больше, долгом меньше, - Исхаг ухмыльнулась.
– А как ты узнала Эльреги, если никогда его не видела?
– Долго рассказывать, - отмахнулась шаманка, - как-нибудь расскажу, секрета тут нет, просто пока рано говорить об этом.
– Так...
– медленно произнёс Фахадж, - теперь я понимаю...
– Зачем я наградила тебя амулетом?
– Вот именно!
– Знаешь, мне было неприятно смотреть, как вы беседуете с твоим другом Эльреги. Ты так искренне радовался встрече.
– И что?
– А у меня за пазухой уже грелся этот кисет и свиток, понимаешь? Я даже в купальню с ними ходила.
– Ты хочешь сказать...
Исхаг покивала, да её вещи были в порядке, но дух-хранитель показал мальчика полуэльфа, аккуратно просматривающего её личные вещи.
– А как мальчишка вошёл в твою комнату и остался жив?
– Я не настораживала духов на охрану. Какой смысл охранять то, что не имеет цены?
– Тоже верно, - кивнул гном, - я должен всё это обдумать.
Исхаг кивнула и, спустя два биения сердца, крепко спала в седле, не замечая дороги, не слыша скрипа сёдел, не видя низких лиловых облаков, слегка подсвеченных на западе. Она спала крепким сном недолго, вскоре сон перешёл в то состояние, в котором шаманка любила пребывать больше всего - состояние меж сном и явью, когда тебе кажется, что ты спишь, но мозг чётко отмечает всё окружающее.