Чтение онлайн

Шанна опустила глаза, раздумывая над тем, что стала бы делать, если бы полюбила Рюарка. Она не находила ответа на этот вопрос. Ее приводила в ужас перспектива погружения в эти волнующие глубины, так как она боялась того, что могла бы в них найти. Она всегда любила какого-то идеального мужчину, созданного собственным воображением, и фактически до Рюарка ее не привлекал никто. Ее небольшой жизненный опыт не подсказывал ничего, что подходило бы к данным обстоятельствам.

Дождь прекратился. По крыше уже не барабанили капли, улегся ветер, наступившая тишина казалась густой, хоть режь ее на куски ножом, а Рюарк все ждал ответа.

Внезапно издалека послышался стук копыт — кто-то быстро приближался к их лачуге. Рюарк с проклятием вскочил с топчана и торопливо натянул еще мокрые бриджи. Казалось, вот-вот откроется дверь, и их связь будет обнаружена. Шанна сжалась в комок под шерстяным одеялом в углу кровати. Копыта застучали по дощатому настилу и остановились прямо перед дверью. Наступила короткая пауза, во время которой Шанна обменялась страдальческим взглядом с Рюарком. Потом послышался какой-то странный скребущий звук, и по лицу Рюарка медленно расплылась улыбка. Послышался его смешок, а потом он громко расхохотался. На глазах у ошеломленной женщины он шагнул к двери и широко распахнул ее, несмотря на протестующий крик Шанны.

— Не волнуйтесь! — бросил он ей.

Шанна в изумлении смотрела на дверь. Там, полностью заполнив освещенный солнцем дверной проем, стоял Аттила с обрывком веревки на шее. Жеребец качал головой, фыркал, и то и дело бил копытом землю. Взяв свою рубашку, Рюарк нащупал карман.

— Я сам так научил его, — объяснил он, показывая Шанне на ладони два куска коричневого сахара. — Я забыл вовремя дать ему это, он оборвал веревку и сам явился за своей порцией.

— О! — вздохнула Шанна и без сил откинулась к стене. — Этот зверь ужасно меня напугал.

Жеребец с аппетитом слизнул сахар с ладони Рюарка и с явным удовольствием тряхнул головой. Рюарк запер дверь и, прислонившись к ней спиной, смотрел на Шанну. Взгляд его горел такой же жадностью, с какой Аттила смотрел на сахар. Ее груди сияли в полумраке, а вид голых стройных ног зажигал пламя в глазах Рюарка. Проследив за его взглядом, Шанна потянулась за рубашкой и укоризненно взглянула на Рюарка, перед тем как надеть ее.

— Если вы будете есть с таким же аппетитом, с каким рассматриваете меня, — тихим голосом иронически проговорила Шанна, — вы скоро станете толще моего отца.

Рюарк обнял ее за талию, когда она встала, чтобы посмотреть, высохло ли платье.

— Если еду мне будут так же ограничивать, как вы ограничивате мою любовь, то я скоро умру с голоду, — хрипло прошептал он, не отпуская ее и откидывая волосы с ее плеча. — И если бы меня кормили с такими же перерывами, с какими вы дарите мне любовь, долго подыхал бы от желания. Вы нужны мне ежедневно, как пища, и, если вы будете заставлять меня так долго поститься, я никогда не утолю голода.

— Ежедневно! О! — Шанна откинула голову и с отсутствующим видом провела пальцем по его груди. — Ваша страсть, как ненасытный дракон, пожирает все, что я могу вам дать. Боюсь, что вы никогда не вышли бы из моей спальни, будь мы мужем и женой.

Внезапно она нахмурилась, заметив, что ее палец машинально выписывал слова на его груди. Белые следы от ногтя на темной коже Рюарка исчезали у нее на глазах, но в мозгу Шанны они пылали раскаленными угольями: «Я вас люб…» Хотя фраза и не была закончена, ее испугало это невольное признание. Она вздрогнула, словно от боли, вырвалась из его объятий и стала быстро одеваться.

Удивленный резкой сменой ее настроения, Рюарк пристально смотрел на Шанну. Свернув один из чертежей, он играл этим пергаментным цилиндром.

— Я собирался провести здесь ночь, — поколебавшись, начал Рюарк. — Я должен был поработать над чертежами, но забыл несколько эскизов дома. Не позволите ли вы мне доехать с вами до дома?

Шанна помолчала, натягивая платье.

— Охотно, — пробормотала она, расправив складки на платье, ставшем своеобразным защитным барьером между ней и Рюарком.

Повернувшись к нему спиной, Шанна откинула в сторону волосы. — Не зашнуруете ли вы мне платье?

Рюарк помедлил, присев на край стола. Ему вовсе не хотелось, чтобы вечер прошел впустую.

Шанна постояла неподвижно некоторое время, пока он священнодействовал над платьем, потом протянула руку к разбросанным по столу чертежам, узнавая на каждом почерк Рюарка. Когда он, наконец, покончил со шнуровкой, она повернулась.

— Вам надо работать, — заметила она.

— Да. Ведь я не надеялся увидеть вас сегодня и хотел как-то отвлечься от мучений.

Шанна игриво улыбнулась.

— Умоляю, сэр, скажите, чем я вас мучаю? Уж не видите ли вы во мне какую-то колдунью, терзающую вас ради собственного развлечения? Чем могу я, простая женщина, вас так сильно волновать? Ухмыльнувшись, Рюарк обвил ее руками, притянул к себе, зажав ее бедра между своими, и коснулся губами виска Шанны.

— Да, вы настоящая колдунья, Шанна. Вы околдовали меня какими-то странными чарами, заставляющими мучительно думать о вас каждую минуту. — От дыхания Рюарка колыхались легкие волосы около ее уха. — Но вы еще и ангел, когда лежите рядом со мной, мягкая и теплая, позволяющая любить вас так, как мне хочется.

Шанна положила затрепетавшую руку на губы Рюарка, чувствуя, как сильно забилось ее сердце. Сила этих горящих янтарных глаз была непреодолимой.

— Молчите, дьявол.

Рюарк целовал мягкую ладонь, изящные пальцы, узкое обручальное кольцо. Его поцелуи вызывали горячий отклик в груди Шанны, и она смотрела на него в смятении, не в силах бороться с внезапно охватившей ее нежностью к нему. Рюарк неожиданно нахмурился и, схватив ее руку, стал пристально рассматривать кольцо.

— В чем дело? — спросила Шанна.

Брови Рюарка сдвинулись еще сильнее.

— Я носил на шее цепочку с кольцом, и оно было со мной до того момента, как я оказался в гостях у той девушки с постоялого двора. С тех пор оно исчезло. После всего того, что со мной произошло, я совершенно забыл о нем и вспомнил только сейчас. Это кольцо должно по праву быть вашим.

— Моим? — недоуменно подняла бровь Шанна. — Но вы тогда даже не знали меня!

— Я имел в виду мою будущую жену, если бы я когда-нибудь женился. Кольцо это когда-то принадлежало моей бабке.