Чтение онлайн

— Мы будем у входа в долину Громового ручья, — произнес я с порога. — Нам понадобятся две оседланные лошади. О Питере не беспокойтесь, он уехал.

…Мы уже полчаса просидели в автомобиле у въезда в долину, и я начинал подумывать о возвращении, когда услышал цокот копыт на каменной тропе. Секунду спустя из-за скалы появился Макс. Он вел трех лошадей, две из которых были под седлом. Спешившись, Макс помог нам забраться на коней и подогнал стремена. Потом он снова вскочил в седло и молча двинулся по тропе в горы, держа за поводья вьючную лошадь. Мы продрались сквозь низкий колючий бурьян, миновали несколько глубоких луж и наконец перебрались через тугой холодный поток. За ручьем начинался ельник и склон горы. Подъем был не очень крутой, но мы все же делали остановки, чтобы дать лошадям отдых. Никто не разговаривал.

Солнце уже садилось, когда мы пересекли наконец седловину, и далеко внизу перед нашими глазами раскинулась громадная чаша «Королевства». Снег почти сошел, тут и там пробивались лоскутья свежей и сочной изумрудной зелени, исчерченные серебряной паутинкой ручьев. Справа виднелось ранчо Кэмпбела, а ближе к дамбе стояли два грузовика, от которых к амбарам тянулись едва заметные колеи.

Я повернулся к Максу и протянул руку.

— Спасибо за помощь. Дорогу назад мы сами найдем, можете возвращаться.

Макс задумчиво посмотрел на возвышавшуюся над нашими головами гору, прижал колени к бокам лошади и молча двинулся вниз по тропе.

— Как быть с лошадьми? — крикнул я ему вслед.

— Приедете в Каним-Лейк, тогда и заберу, — ответил Макс. — А пока пусть пасутся.

Мы въехали в «Королевство», любуясь розовевшими в лучах заката снежными пиками, и двинулись к двум грузовикам, стоявшим поодаль. Мгновение спустя послышался страшный грохот: Бой взорвал очередную динамитную шашку, чтобы записать на свой геофон новые данные. Этот взрыв, прокатившийся мощным эхом по горам, показался мне приветственным салютом…

Бой не скрывал возбуждения, лица двух его помощников сияли улыбками. Блейден взял с собой двух молоденьких пареньков, Билла Мэнниона и Дона Леггерта. Дон специализировался на бурении, а Билл занимался изысканиями на поверхности. Вместе с Боем эти двое ребят провели работу, которая под силу разве что специальной геофизической экспедиции.

После завтрака Льюис отвел меня в сторону.

— Теперь мы знаем, что здесь наверняка есть нефть, — сказал он тихо. — Самое время подумать о продаже участка какой-нибудь крупной компании.

— Ни за что, — ответил я, обводя взглядом горы вокруг.

— Дело хозяйское, — согласился Винник. — И все же предупреждаю: Генри Фергюс вогнал в дамбу столько средств, что уже не может остановиться.

— Сколь далеко он может зайти? — спросил я.

Винник пожал плечами.

— Берегись! Генри Фергюс не из тех, кто бросает доллары на ветер.

Ночью я написал Кио письмо, в котором сообщил о результатах разведки, предлагая тайно собрать бригаду и приехать в долину Громового ручья к двум часам ночи во вторник. Письмо я запечатал и на другой день отправил с Винником.

Поутру Бой со своими парнями продолжали разведку. Когда я подъехал к ним, ребята сверлили в скале очередное гнездо для динамитной шашки. Маленький бур повизгивал и скрежетал, вгрызаясь в гранит.

— Они уже начали! — крикнул мне Бой, махнув рукой в сторону плотины.

Повернувшись, я увидел, что по бетонной стене снуют люди, а у верхнего бункера подъемника суетится группа рабочих, вытаскивая из гондолы мешки с цементом. На утесе я приметил крупную мешковатую фигуру Питера Треведьена, который смотрел на меня в бинокль.

— Обязательно было начинать взрывы на этой стороне? — спросил я Боя.

— А почему бы и нет? Они так или иначе пронюхают, чем мы занимаемся. Пусть уж сейчас.

Я снова перевел взгляд на дамбу. Гондола опять ползла вверх по тросу; на сей раз она везла два самосвала и связку рельсов. В следующую минуту внимание мое привлекла какая-то странная конструкция, торчавшая из земли на полпути между дамбой и тем местом, где мы стояли. Это была даже и не конструкция, а непонятная мешанина колес, балок и гнилых еловых бревен. Неподалеку валялись котел и бесформенная куча железок.

— Что там такое? — спросил я Боя.

— Разве тебе не говорили? Это же первая скважина Кэмпбела.

— Правда? Слушай, Бой, до какого уровня они дошли?

— Тысячи четыре, наверное.

Я молча уставился на этот изъеденный ржавчиной памятник. Как мерзко, должно быть, чувствовал себя старик, когда понял, что его затея обречена. Еще бы, угробить всю жизнь и в итоге не суметь покрыть какую-то там тысячу футов, отделявшую его бур от нефти! С тяжким вздохом я повернул коня и медленно поехал назад, в сторону ранчо.

После полудня мы с Боем сели на коней и поехали по индейской тропе к Громовому ручью. Когда мы переправились через него и подъехали к тому месту, где два дня назад Винник оставлял машину, было уже почти темно. Мы спешились и присели на поваленное дерево. Дорога то и дело озарялась фарами грузовиков, направлявшихся к подъемнику. Мы покурили, потом завернулись в одеяла и улеглись прямо на голую землю. Было ужасно холодно, но мне все-таки удалось задремать. Впрочем, ненадолго. Скоро я почувствовал, как Бой трясет меня за плечо, и услышал его взволнованный голос:

— Брюс, Брюс, скоро два часа.

Я поднялся и подошел к обочине дороги, укрывшись в маленькой рощице. Снова блеснули фары — очередной грузовик с ревом проехал мимо нас. Скоро его красные фонари скрылись за стеной деревьев, а шум мотора постепенно замер вдали. Наступила тишина, нарушаемая лишь лепетом ветра в кронах елей да шуршанием воды, бегущей по склонам.

Через час, когда тьма начала потихоньку отступать под натиском рассвета, мы услышали надсадный вой дизеля. Едва завидев автомобиль, Бой вылетел на дорогу и принялся размахивать руками. Машина остановилась.