Чтение онлайн

Управляющий казино бросился навстречу с приветствиями, но Джино не позволил ему задержать себя.

— Позже, позже, — бросил он на ходу.

— Женское тело — это товар, — терпеливо поучал Банан. — Причем скоропортящийся. Полежит на полке пару месяцев — и готово, выбрасывай и иди на склад за новой партией.

Джейк с трудом сдерживал зевоту. Кому интересны рассуждения этой мрази? По любому вопросу…

— В Филадельфии у меня сеть домов с самыми свежими и теплыми кисками во всем городе, — продолжал Банан, распаляя самого себя. — Я, видишь ли, знаю, как наладить дело. Берешь свежий товар, работаешь с ним, а потом сплавляешь в Южную Америку. У меня есть свой канал. Только так с ними и можно.

— Ясное дело, — согласился Джейк, подмигивая одной из девиц и давая ей тем самым понять, что она должна хорошенько поработать над его гостем.

Девица скривила личико, но ведь Джейк, в конце концов, ее босс.

— Мистер Кассари, — тоненьким голоском пропела она, — я восхищаюсь вашим костюмом. Исключительный материал!

Банану это понравилось.

— Ты и вправду так думаешь, куколка? Ну а я восхищаюсь твоими сиськами. А это тебе по вкусу? «

Выразить свое отношение к его словам девице уже не пришлось, поскольку именно в этот момент в отдельный кабинет, где они сидели, вошел Джино Сантанджело. Присутствовавших охватила тихая паника. Лицо Парнишки побелело так, что даже загар оказался бессилен скрыть эту мертвенную бледность, У Банана просто отвисла нижняя челюсть.

— Привет, парни, — как ни в чем не бывало бросил Джино. — У вас тут что-нибудь глубоко интимное или постороннему тоже можно присоединиться?

Знаменитости на противоположном конце стола ничего в происходящем не понимали. Они так и продолжали пить, смеяться и веселиться вовсю.

Только трое исполнительниц из шоу почувствовали нечто, уж больно нервным вдруг сделался Джейк.

— Джино! — воскликнул он. — А ты что здесь делаешь?

— Хорошенькое гостеприимство! — Джино подтянул себе стул, уселся.

— Но ведь мы совсем недавно говорили по т-т-телефону, — начал заикаться Джейк. — Ты был в Нью-Йорке.

— А теперь я здесь. — Джино улыбнулся. — Так же, кстати, как и мой старый друг Банан. Как дела, дружище? Сколько лет, а?

Банан бросил полный негодования взгляд на Джейка и тут же попытался улыбнуться Джино.

— Про «Банан» я и думать уже забыл, Джино.

— Да ну? Как же это произошло? Банан побагровел.

Парнишка понял, что угодил в очень серьезный переплет. Нужно как-то выкручиваться.

— Послушай, Джино, я рад тебя видеть. Вокруг творится куча нового, и я как раз хотел поговорить с тобой. — Теперь его речь текла гладко, без всяких задержек. — Нам нужно сесть у меня в офисе, и я все покажу тебе. Как ты думаешь? Тронемся сейчас же?

Джино расстреливал его в упор своим немигающим взглядом.

— Ты набитый дурак, — прошипел он. — Поздно показывать. Теперь уже слишком поздно.

Прошло три месяца. Ранним утром Джино, как обычно, зашел посмотреть на дочь в комнату для игр. Девочке уже исполнилось десять месяцев, черные цыганские глаза и густые темные волосы делали се на редкость красивой.

— А кто тут папина дочка? — протянул он, поднимая Лаки из кроватки. — Кто тут маленькая принцесса?

Довольная малышка радостно смеялась. Он прижимал к себе нежное теплое тельце, с наслаждением вдыхая ни с чем не сравнимый запах ребенка. В комнату торопливым шагом вошла Мария. Вид у нее был опечаленный.

— Джино, — она протянула мужу газету, — по-моему, этот человек работал на тебя?

Он пробежал глазами заголовок и краткий текст заметки.

ДЖЕЙК КОЭН ПОХОРОНЕН В ПУСТЫНЕ Уже разложившееся тело Джейка Коэна (Парнишки) обнаружено сегодня в наспех вырытой песчаной могиле в десяти милях от Лас-Вегаса. Ужасную находку совершили в 10 часов утра двое путешествовавших автостопом студентов, после того как разыгравшийся ураган, унося с собой тонны песка, оставил лежать тело почти на поверхности.

Ниже шли еще какие-то детали, но на них Джино уже не обратил внимания. Бедный старина Джейк. Он шел своим путем, и вот где этот путь закончился.

— Ну?

Внезапно Джино осознал, что Мария стоит рядом, глядя на него.

— Да, — равнодушно сказал он. — Это тот самый парень.

Она ждала пояснений, но Джино молчал. Повернувшись к дочери, он вновь принялся играть с нею.

Мария не стала задавать других вопросов. Она легонько коснулась ладонью его щеки.

— Будешь завтракать? Как насчет чего-нибудь вкусненького?

Он засмеялся и неожиданным жестом похлопал жену по ягодицам.

— Это было бы самым вкусненьким!

— Джино!

Смутить ее не составляло никакого труда. Джино это ужасно нравилось.

В обеденные часы у Риккадди было не протолкнуться. Барбара с детьми метались по залу ресторана, балансируя подносами, уставленными тарелками с пиццей и графинами с вином.

Наплевав на то, что за последнее время он прибавил в весе несколько фунтов, Джино заказал себе лазанью. Энцо, похоже, не ел ничего, кроме спагетти по-болонски, а Алдо предпочел обыкновенную телятину.

— Это здорово помогает мне худеть, — объяснял он, в три приема расправляясь с огромным куском мяса и делая кому-то из детей знак принести новую порцию.

— Да, — кратко согласился Джино, глядя, как его друг методично приступает ко второму куску. — Видимо.

Медленно, со стоическим видом Энцо поедал свои спагетти, аккуратно затолкав салфетку за воротник.

Все трое сидели за угловым столиком у задней стены ресторана. Два столика у самых дверей занимали их телохранители. Былая беззаботность в этом вопросе давно канула в прошлое.

— Идет война, — проговорил наконец Энцо, — и я хочу закончить ее как можно быстрее. Джино согласно кивнул.

— Выдавим из нашего бизнеса Банана — и войне конец.

— Другого пути нет, — отозвался Энцо. — Я не позволю всяким сукиным детям дурачить меня. Мне нет дела до того, кто там этим занимается.

И опять Джино кивнул.

— Верно.

Своей сделкой с Парнишкой Розовый Банан доставил им только новые неприятности. Джино пытался решить спорный вопрос к обоюдному согласию. Он даже предложил Банану вернуть ему всю сумму, а после того как получил отказ, направил к нему специального посланца с деньгами. Через два дня курьера обнаружили в одной из машин на стоянке рядом с «Миражем» с пулей в голове и полным чемоданчиком денег.