Чтение онлайн

– Заплатили, – едва слышно ответила Саша.

– Ну и что ты так переживаешь? Подумаешь, написала статью о хорошем модельере, который и так пользуется популярностью, причем заслуженной, и следовало только чуть-чуть поддержать его престиж…

– Я его терпеть не могу, вашего Версаче! – воскликнула раздраженно Александра. – У него дешевый вкус нуворишей! И эти все наши политики приблатненные, которые вчера рэкетом мелких лавок занимались, а сегодня лезут своими грязными лапами страной руководить, – это как раз мода для них, в угоду им: что вкус, что цены! Отврат! Тогда как у нас есть свои модельеры – талантливые, оригинальные, русские, наконец! Чувствующие национальный характер! Нет бы вложить деньги в молодые отечественные таланты, хотя бы в такого гения нашей моды, как Корсаков, – куда там! Они на говенный носовой платок от этого итальянского выскочки готовы потратить больше, чем вся пенсия голодной старухи! Они свои деньги вкладывают в иностранные банки и в иностранные товары, – а на то, что страна гибнет, ими разоренная, им глубоко наплевать! – горячилась Александра. – Они как были, так и остались – уголовники, насильники! Изнасиловали страну для своей утехи и бросили, беспомощную, подыхать за дальнейшей ненадобностью…

Кис любовался ею. Хороша, как все-таки она хороша! И в праведном гневе – прекрасна! Щеки разрумянились, глаза блестят… И умница к тому же. Тонкая, умная, интеллигентная девочка. Эх, если бы она могла обратить на Киса свое благосклонное внимание… Да, видно, не судьба. Куда уж тут, «благосклонное», когда он ее к стенке прижимает, допросы учиняет – это никому не понравится…

– Это кто такой – Корсаков? – спокойно спросил он. – Что-то не слышал.

– Это – гений моды. А что ты не слышал – не мудрено. Чтобы услышали – надо раскручивать, чтобы раскручивать – надо деньги вкладывать, а они деньги на дерьмо переводят…

– Значит, ты согласилась против сердца? Высоким гонораром соблазнилась?

– Соблазнилась, – угрюмо ответила Александра.

– Статью заказывал Андрей?

– Да. Только он дал понять, что за ним стоят заинтересованные люди, они и платят…

– И намекнул, что с ними лучше не ссориться?

– Андрюшка – хороший парень, Алексей. Только он тоже барахтается в этой системе, как в… А выбирать нищету – трудно.

– Значит, намекнул, что лучше не брыкаться. Скажем так: передал намек от имени и по поручению…

– Примерно.

– А какое участие в этом деле принимал Тимур?

– Я точно не знаю. Я его увидела впервые за долгие годы у Андрея дома… О делах почти не говорили, хотя он статью мою хвалил… Может, у него в этом был свой интерес, а может, просто чтобы мне польстить…

– И Тимур снова попытался за тобой ухаживать?

Александра вздохнула и посмотрела Кису прямо в глаза:

– Пытался. Только у него ничего вышло.

– И он от тебя прямо так и отстал?

– Так и отстал…

– И ты с ним больше не встречалась после той посиделки у Зубкова?

– Нет.

– Врешь.

– Иди ты!

– Грубиянка.

– Я еще не так могу, ведь предупреждала, что родным языком владею хорошо!

– Ладно, – смирился Кис, чувствуя, что в этот вечер больше, чем он уже узнал, выудить не удастся. – Что же это ты не ешь ничего?..

Звонок телефона заставил Реми вздрогнуть. На часах было два. «Кто это может быть?» – посмотрел он на Ксюшу.

– Сашка небось! Пусти, а то я никак из-под тебя не выберусь… Ну подвинься же! – Ксюша со смехом пихала Реми, который блаженно растянулся рядом с ней, зацепив ногой ее ногу и обвив рукой ее тело. Наконец Ксюша выбралась из плена и, скатившись с кровати, кинулась к аппарату.

Это был Кис. Извинившись, он предупредил, что везет Александру домой. И если Ксюша не имеет ничего против, то он заберет от нее Реми…

Покрыв Ксюшу поцелуями, Реми стал одеваться. Ксюша набросила халат и наблюдала за ним, любуясь, думая с восторгом, что вот этот красивый, нежный, сильный мужчина – ее мужчина…

Если бы еще не было вокруг них всей этой ужасной истории… Если бы не угнетали ее мысли об Александре…

И ее размышления приняли другой ход. Нужно узнать наверняка, была ли знакома Саша с Тимуром. И в этом ей помогут молодые супруги, жившие на даче. Судя по всему, именно там устраивал Тимур приемы, и если они с Сашей были знакомы, то эти люди должны узнать ее по фотографии…

– А где находится та дача? – невинно спросила она.

Реми завязывал галстук перед зеркалом и хоть и удивился вопросу, но только скосил глаза на Ксюшу.

– Я не помню, – сказал он, – мы ехали на машине… Название у поселка такое… Сейчас скажу… Оно похоже на название одного парижского пригорода… Малакофф… Нет, вспомнил, я еще подумал: Малакофф плюс Кафка – получается Малакоффка. А зачем тебе?

Ничего, подумала Ксюша, такой терем, как описал мне Реми, я найду и без точного адреса. А вот «Малакоффка» – это, наверное, та Малаховка, которая по казанскому направлению… У одной из теток была там дача, и Ксюша в детстве часто ездила в гости к ней.

– Мне? – переспросила Ксюша. – Так просто. Хотела узнать, где теперь строят дачи «новые русские», – добавила она.

Но Ксюша не учла тот самый недостаток, который много раз критиковала Александра: она не умела врать.

Реми насторожился, хоть виду не подал.

– Какие у тебя планы на завтра, мон кёр [8] ? Когда мы увидимся?

– Я не знаю… – немного растерянно ответила Ксюша. – А когда ты хочешь увидеться?

Ну, точно, что-то у девочки в голове! Что ж она затеяла?

– А когда ты сможешь? – настаивал он.

– Я? Вечером, наверное.

– А что ты собираешься делать днем? – спросил он осторожно, придавая голосу заботливые интонации. – Отдыхать? – вложил он в ее уста подсказку.

Ксюша на уловку клюнула.

– Да, – обрадовалась она подсказке, – отдыхать!

Ну-ну. Посмотрим. Реми уже знал, что Ксюша старается спать не меньше чем по восемь часов, поскольку от недосыпа чувствует себя из рук вон плохо, и рассчитал: она ляжет не раньше трех, значит, плюс восемь – должна проспать до одиннадцати. Дам ей часок, чтобы принять душ и позавтракать – к двенадцати – нет, пораньше на всякий случай – я буду возле этого дома. Глянем, что моя девочка задумала…

На следующее утро Реми, воспользовавшись тем, что Кис отправился к Петровичу за информацией об обитателях дачи Тимура, устроился в такси недалеко от подъезда Александры. День выдался ослепительно солнечный, видимость была прекрасная, шофер такси оказался понятливый, и, как только Ксюша появилась у подъезда, им не составило ни малейшего труда проследовать за ее троллейбусом до какого-то вокзала.

Когда Реми убедился, что Ксюша вошла в здание вокзала, он долго не раздумывал и велел, поводя перед носом у таксиста долларами, ехать в «Малакоффка». Завидев жестяные острые крыши, он отпустил такси и пошел осторожно в направлении дачи Тимура. Ксюши еще не было, и Реми устроился на обочине, на небольшом пригорке. Отсюда были видны подходы к дому, но в случае чего можно было спрятаться за рядком невысоких кустиков.