Чтение онлайн

Эти реки — Десны и Угры — в своих верхних течениях разделены такой странной штукой, называется — Ельнинская возвышенность. И не велика-то возвышенность — и трёх сотен метров от уровня моря нет. Ну что про неё сказать? «Криосолифлюкция шла в основном еще до завершения флювиогляциальной аккумуляции — в промежутке времени, когда последняя неоднократно прерывалась». Такое простое объяснение — и чего тут не понятно?

Вот и имеем цепочку довольно трухлявых холмов, покрытых, в основном, песком и ельником. Невысоких, но для корыт, вроде нашего — непроходимых. Поэтому есть волоки. Один — на юге, в самом верховье Угры в приток Десны — Соложу. Волок длинный, крутой, тяжёлый. И выкатимся мы по нему сильно ниже Елно. Потом придётся опять против течения выгребать.

Второй путь — повернуть вправо, на север, по притоку Угры. Речка такая — Усия — называется. Течёт она из того же болота «Голубой мох», что и сама Десна. В самом начале между ними одна-две версты. Это — основной ход. Весной, когда в половодье уровень воды в здешних местах поднимается на 8-10 метров, болото просто заливает. И лодейки идут себе из реки в реку — свободно, как по озеру.

Красота. В половодье. А сейчас — июль. На каком уровне сейчас там вода стоит… Ну, понятно. Не фига не понятно! По болоту волока нет — волоки только по сухому, по твёрдому. Хоть конями тащить, хоть самим упираться, катки подкладывать… по болоту так не пройдёшь. И вопросов бы не было, но — дожди. Последнюю неделю вокруг ходили грозы. Насколько они этот «Голубой мох» налили?

Завтра поутру — место слияния этих двух речек — Угры и Усии. Или поворачивать на север, рискуя завязнуть в болоте. А завянув, придётся возвращаться и корячиться на Угре. Как именно корячиться — тут есть варианты: или рвать пупки на волоке, или бросать лодку где-нибудь в селении поближе к Елно, нанять лошадей, и идти конями вёрст сорок через эту возвышенность. А где, а как, а почём? А конник из меня… крокодил карманный. А время идёт, придёт донос раньше нас — будут проблемы. «Первое слово — дороже второго» — это не только детская присказка, это общее правило человеческой психологии. И — бюрократии. Но волоки — не моя забота. На это у нас кормщик есть. Прямо по мадам Простаковой из «Недоросля» Фонвизина: «А географию зачем учить? Извозчик сам довезет». Только наш «извозчик», который кормщик, и сам-то…

— Вот и думаю я — может, боярыч чего подскажет?

Кто?! Я?! Да я в этих волоках и через болота переходах… как бегемот в балете.

— А то мужики говорили, что ты, боярыч, ну… эта… навроде как… со всякими, прости господи… как говорят-то… ну, с лешими да болотниками… вот. Опять же — ведьма эта, не к ночи будь помянута… Так может ты и с водяными-то? А? Может разузнаешь? А? А то, сам прикинь, тут-то наломаются да ежели впустую… Мужики-то… ну… обидятся.

Нормальный подход. В реализме туземцам не откажешь — за неимением национальной госметеослужбы обратимся к нечистым духам. Так вот почему их на Руси подкармливают! Достоверность информации — как у Госкомгидромета, а содержание — значительно дешевле.

— А что Аким Янович говорит?

— А владетель сказал: ты кормщик — тебе и решать. Ошибёшься — шкуру спущу.

Абсолютно правильный средневековый подход. Так и называется: «внеэкономическое принуждение». И то правда: главная прибыль — целая шкура. Собственная. Что ещё дороже. От таких дивидендов не откажешься. И что отвечать? Ну не знаю я: на каком уровне в том болоте, отсюда — за полста вёрст, вода стоит! «Темна вода в облацах», а в болоте — ещё темнее.

Вежливо и убедительно объяснить, что не обладаю необходимой информацией и не являюсь экспертом в данной области знаний? Аргументировано обосновать собственную некомпетентность… Это ж нормально! Только тогда и веди себя нормально, как и положено сопляку-недорослю. «Годен к нестроевой. — А к чему ты вообще годен?!». И всю оставшуюся жизнь как рефрен: «Ванька-ублюдок опять ахинею несёт»…

Можно надуться с важным загадочным видом или просто послать. Типа: «К кругу моей актуальной компетенции относятся вопросы уровня глобального потепления в свете массового выброса метана с шельфов арктических морей. С проблемой холодных труб обращайтесь по месту прописки»…. Они обидятся. «Он с нами играть не хочет»… В какую сторону они эту обиду повернут…

А что по этому поводу говорит отечественный фольк?

«Стоят на берегу два рыбака, ловят рыбу. У одного, старого, — клюёт и клюёт. У второго, молодого, — и поплавок не шевелится.

— Дед! Ты на что ловишь?

— На мотыля, сынок.

— А я вот на червя. Потому и не клюёт.

На другой день снова сошлись на том же месте. Аналогично — дед таскает и таскает, парень поплавок разглядывает.

— Дед, ты на что ловишь?

— На червя, сынок.

— Во, блин. А я на мотыля. Слушай, дед, а как ты узнаёшь — на что сегодня надо ловить?

— Вот встаю утром и смотрю. Если налево висит — на червя. Если направо — на мотыля. У тебя-то, сынок, как?

— У меня-то… Да у меня всё время стоит!

— Эх, сынок, кабы у меня стоял — я бы такой ерундой и не занимался».

Так это же такая очевидная подсказка! Надо у кого-нибудь спросить! У кого? Кроме Сухана никого здесь нет. Только вопрос надо так сформулировать, чтобы и он ответил, и я его ответ правильно понял. Потому что на вопрос «можно ли?» ответ однозначно будет — «можно». Хоть через Кавказский хребет. А почему нельзя? Запрета-то нет.

— Скажи, Сухан, достаточно ли высоко стоит вода в болоте «Голубой мох», чтобы мы смогли на этой лодочке в Десну переплыть?

Мы лежали в темноте в лодке, прикрывшись овчинами. Холодало. Тучи на чёрном небе уже снесло, и проглянули звёзды. В их слабом свете я увидел, как открылись глаза моего зомби, как подвигались из стороны в сторону его зрачки. Несколько мгновений он просто лежал, будто прислушиваясь к чему-то. Уж не к водяным ли этим? Потом легко и бесшумно поднялся и перемахнул через борт. Постоял, послушал темноту. Тихий голос речных струй в нескольких шагах от нас. Отошёл от лодки и, присев на корточки, упёрся рукой в болотистую землю. Поднял руку и с десяток секунд внимательно рассматривал оставленный на земле след. Потом ушёл куда-то дальше. В темноте я видел только неясный силуэт. Кажется, он ещё пару раз повторил свой «упор сидя». Кормщик, с открытым ртом наблюдавший за этими действиями, развернулся ко мне:

— Ну и чего это…

— Не суетись. Водяной — не курица, на «цыпа, цыпа» — не прибежит. Подождём.

Сухан вернулся минут через двадцать со стороны реки. Забрался молча в лодку, улёгся на своё место, накрылся своей овчинкой… Стыдно сказать, но я уже кипел и подпрыгивал от любопытства, когда он изрёк:

— Да. Завтра. Потом — не знаю.

Мы оба с кормщиком дружно выдохнули. Ура! Сработало!

Нет, «с точки зрения банальной эрудиции» я могу понять, и даже экстраполировать задним числом, и таким же — умом, что имея оценки продолжительности и интенсивности выпадения ливневых осадков в данном регионе, каковые и наблюдались всеми присутствующими несколько последних дней визуально, и учтя скорость стекания избыточной влаги по традиционным каналам её удаления, а также приблизительно оценив степень временного накопления подземных вод в приповерхностном слое… Фигня! Прогноз погоды на три дня для региона — это решение системы из восьми сотен линейных уравнений. Там суперкомпьютеры стоят. У американцев треть их «Креев» на таких задачах крутятся. Так это чисто обработка данных. А датчики? А съём, первичная обработка, фильрация… И жрут такие установки… И цена у них… «Самый дорогой круговой кожаный диван в мире» — это ещё о первом Крее.