Чтение онлайн

— Не знаю! — Ответил и улыбнулся. — Кровь наверное у нас разная.

— Да. Я это чувствую… Давай поедим!

Я открыл холодильник и выставил из него контейнер с фруктами, с подозрением разглядывая готовые бургеры и всевозможные лотки с готовой едой.

— Пока ешь это, потом рыбу тебе пожарю.

Сам разделся и полез в тесную кабинку, с наслаждением смывая пот, успев прожариться на ярком солнце.

— А зачем тебе этот отросток? — Спросил меня дракончик, с любопытством разглядывая, как я вытираюсь полотенцем.

Вздохнул и, так как давно ожидал подобного вопроса, выдал ему детскую версию половых различий и способа размножения у Хомо Сапиенс. Дракоша принял все к сведению, задав пару неудобных вопросов, на которые я ответил «честно», тихонько посмеиваясь про себя.

Я успел одеться, когда пришел мой сосед по койке.

— Олла, амиго! — Приветствовал смуглый ковбой с шикарными усами.

— Хеллоу! — Ответил, не совсем понимая, как тут общаются. Латинос отклеил свои усы и полез в холодильник за пивом. Протянув одну банку мне, он присосался к жестянке, выдув ее одним махом.

— Хорошо!.. Не кусается? — Это он про Кошу, который лежал на кровати, изображая большую игрушку.

— Нет. Он добрый!

— Ну, ну! Я в душ! Крикни, если тронемся в город. — Он, напевая песенку принялся мыться, а я прилег рядом с Кошей и принялся обдумывать ситуацию.

Артефакт опять разрядился и зарядится ли он в Земной атмосфере — большой вопрос. Повезло с киношниками. На первое время прикроют, да и интересно в кино сняться. Голливуд! Маман ку… ем! Только с гомосятиной немного неудобно. Надеюсь, Джон не будет распространяться о нашем договоре. Если поможет с документами, можно будет попытаться перебраться в Россию, либо через посольство, либо пешком через Мексику. А там купить билет на какой-нибудь пароход. Придется продать пару безделушек с камнями, а то обещанные пятнадцать тысяч надо еще получить, да и не хватит их ни на что.

Тут вылез из душа мокрый амиго и пришлось поддерживать беседу, отвечая на необязательные вопросы. Видно было, что его не интересуют мои ответы, но он как истинный американец сыпал вопросами, заранее зная, что я скажу. Вернее знал бы, если бы я был американцем. Но я им не был, и он споткнулся уже на третьем вопросе, когда я назвал Город, из которого прибыл. После долгой паузы он наконец выдал:

— Слушай! А вы бомбить нас будете?

— Будем… — И дождавшись его недоверчивого взгляда, рассмеялся. — Если останетесь такими же дураками и не станете поголовно пидорасами. Амиго не обиделся, а поддержал, что терпеть не может этих «радужных».

— У меня четверо детей! Мы латиносы за семейные ценности! Народ сходит с ума! Помощник президента лесбиянка и кричит об этом на всю страну! Скоро, если ты не пидорас — то будешь второсортным! Из двоих — нормального и голубого, на работу возьмут гея! Вон Марк сказал что гей, а сам Мери пялит по ночам! Зато получил роль, да и кто сказал, что геям нельзя иметь женщин. Правда несправедливо?

Я с ним полностью согласился и отставил напиток, почему-то названный пивом. Из чего его только варят?! Моя «игуана» махнула над баночкой языком и сказала, что это плохая вода и лучше ее не пить.

Через некоторое время наш домик подцепили к пикапу, и мы покатили в место дислокации съемочной группы. Хуан включил телек и смотрел дурацкие передачи. Я же опять погрузился в самокопание. Надо скорее позвонить Маринке и Даше. Как? Вот вы помните номера в вашем телефоне? Вот и я нет! Ни одного. Одни только аватарки и то не все. Для вотсапа тоже нужен номер. Можно в соцсети поискать или погуглить по фамилии, имени и отчеству. Телефона там конечно не покажу, а вот на какой-нибудь «телеграм» могут навести.

— Хуан! У тебя нет планшета?

— В Кора-Сити есть.

— Дашь в интернете полазить?

— О чем вопрос?! Амиго! Только ты мне составишь компанию в баре!

— Обязательно! Если конечно Джон не захочет со мной поговорить. А я думаю — захочет!

— Тогда завтра.

— Заметано!

Въехали в маленький городок с тихими улочками обсаженными пальмами и апельсиновыми деревьями. Съемочный караван, как большая шумная банда, разделился по местам ночных дислокаций согласно ранжиру внутренней иерархии. Наш домик остановился у небольшого мотеля с несколькими такими же походными бытовками и из них посыпались актеры и прочий вспомогательный персонал.

— Пойдем поедим, — предложил Хуан. Я естественно согласился, тем более Коша уже давно сигнализировал о своем голоде. Уже у дверей кафе я вдруг вспомнил, что денег — то у меня нет.

— Хуан! — Притормозил за рукав смуглолицего «Хулио».

— Слушай… Я забыл… У меня с собой нет денег.

— Нет проблем! Отдашь потом. Может я потом буду всем рассказывать, как кормил звезду киноэкрана! Ха-ха! — Он хлопнул меня по плечу, рядом с хвостом Дракоша и повел внутрь забегаловки. Там уже шумно общались опередившие нас коллеги и мы заняли единственный свободный столик. Я посадил на свободный стул Дракончика и тот сразу же сел в привычную позу положив свои лапки на стол и вертя любопытно головой во все стороны.

— А он у тебя совсем ручной! — Восхитился Хуан.

— Да. Смышленая ящерица. — «Сам ящерица!». Тут же получил ответ от питомца.

К нам подошла официантка непонятной национальности, соединившая в себе сразу несколько кровей, съехавшихся в эту страну эмигрантов из разных стран мира.

— Мне Биг Мак, картошку фри, салат и колу, — заказал Хуан.

— Два салата и два больших стейка Медиум Ред, кофе и стакан молока. — Смуглая милашка взмахнула светлыми ресницами и повернулась к нам симпатичной попкой, шустро задвигав стройными ножками. Мы с Хуаном проводили ее глазами, каждый по-своему радуясь волшебному танцу двух крепких ягодичек. Дракоша посмотрел на нас, потом на удаляющуюся официантку и смешливо фыркнул в свои две ноздри. Ничего от него не скроешь! Даже свои мысли…

Когда нам все принесли, я нарезал стейк для Дракоши и налил ему в блюдце молока. Хуан с изумлением наблюдал, как большая ящерица брала ручкой мясо и прикрыв глаза смаковала его вкус. А когда она взяла двумя ручками блюдце и опрокинула в свою пасть, то и вовсе открыл рот.

— А что она еще умеет? — Спросил с любопытством.

— Пока только спать и есть. — Смотрю на питомца и транслирую, чтобы не выеживался.

— Можешь даже это показывать на улице за деньги. Поверь! Никто такого не видел!