Чтение онлайн

— А то, что мальчишка этот уже дюжину очень важных для страны изобретений внедрил? И ведь каждое куда как стране нужнее, чем сбор хлопка двумя руками сразу. А за последнее, скорее всего, ему тоже премию первой степени дать будет необходимо.

— Я четырнадцать насчитал, но у меня теперь из головы уже который день не выходит то, что он еще может сделать.

— Что он буквально заставил у себя там в Ворсме руководство завода наладить производство столь нужного нам продукта? И ведь обоснование для руководства заводов выдумал вроде как и веское, но по сути-то… Придумал, как важнейший продукт делать буквально из дерьма и соломы!

— Сам придумал? Там же столько народу работало…

— Сам, сам. Причем — я специально с этим разобрался — он, по сути, почти два года других вынуждал все производство заранее подготовить. Ну точно шарлатан: каждое производство вроде для других целей, тоже весьма стране нужных, готовилось — а он просто сбоку стоял и советы полезные давал. И ведь ничего по отдельности он и не выдумал, но вот собрать все вместе… Да, там только с газом этим, со страшным названием… непонятно откуда он вообще про него придумал.

— Учительница химии у низ в школе очень хорошая работает.

— Тоже проверили: она вообще не представляет, что это такое. Да и университетские химики долго думали, как нужный газ приготовить — но без него-то правильно результата, как выяснилось, и не получить! Тоже думаешь, откуда он про газ узнал?

— Нет, об этом я и не задумывался, мне другая мысль покоя не дает. Я тут вспомнил, в свете последних твоих сообщений, на чем наша последняя встреча с ним закончилась. Он мне тогда, пока про самолетики рассказывал, предложил и снаряды делать… необычные.

— У него фантазия богатая, но все же он хотя и не очень обычный, но все же мальчишка. А мальчишки — они часто думают, что все очень просто получается.

— Да, он простой мальчишка, причем мальчишка деревенский, и воспитание у него… в чем-то деревенское. Очень простое: я тогда ему сказал, что для снарядов у нас просто металла не хватит… ты же сам знаешь, что с металлом у нас крайне неважно, даже после того, как мы из Германии его забираем в больших количествах.

— Да уж, с металлом у нас проблемы.

— Ну так вот: я и сам еще раз проверил: он на самом деле много полезного для страны придумал. Четырнадцать очень важных дел сделал, и за каждое, по-хорошему, ему минимум «Знамя» дать было бы правильно.

— Двенадцать.

— Ты забил еще журнал этот посчитать, а я у товарища Чугуновой специально уточнил: это он райком комсомола буквально вынудил его издавать.

— Тогда тринадцать.

— А печи-утилизаторы при маленьких домнах? А если еще внимательно посмотреть на его затеи, но и еще с десяток очень полезных предложений его в работу пошли. Но я вообще о другом: я еще раз проверил и узнал, что он ни разу — то есть вообще не единого раза — не предлагал сделать что-то ненужное или бесполезное. Он всегда людям предлагал сделать то, в чем был абсолютно уверен. Даже не так: он просто как будто заранее знал, что то, что он предлагает, окажется стране очень нужным. И никогда не предлагал чего-то ненужного.

— Ну, возможно, хотя мне кажется…

— Так вот, у меня из головы не выходит, что когда я ему сказал про нехватку металла, он со всей своей детской непосредственность. Мне ответил, что у нас на самом деле металла — как говна за баней. И он точно знает по крайней мере четыре места, куда можно просто придти с лопатой, а лучше вообще с экскаватором — и копать там руду буквально эшелонами. И что если там металла получится добывать меньше пары тысяч тонн в год, то за такое экскаваторщиков нужно будет ставить в угол и конфетку у них отбирать.

— То есть он знает, где нам рудники строить?!

— Он сказал, что знает. Точнее не так: он сказал, что примерно на карте показать может, а на земле уже пусть геологи точнее разбираются: это-то проделать специалистам вообще труда не составит. И вот я не могу перестать теперь об этом думать: а вдруг он и на самом деле что-то знает?

— Так чего же мы тут сидим-то? Нужно его вызвать и расспросить поподробнее. Во всяком случае самое большое чем мы рискуем, так это потерять деньги на пару билетов до Москвы. На такие расходы, думаю, страна пойти может.

— Может, но он, скорее всего, на приглашение не откликнется.

— Это как это?

— Вот так: его к себе приглашал товарищ Родионов, а он на приглашение даже не ответил. И в Горький он только по приглашению Чугуновой теперь ездит.

— Пригласим его вместе с Чугуновой этой, и даже им купе в СВ выделим.

— Чугунова сейчас с младенцем дома сидит…

— Уговорил: я завтра же сам к нему в деревню съезжу и обо всем расспрошу. А потом вместе надо мной посмеемся. Тем более, что там поблизости мы собираемся что-то выстроить, мне всяко на месте осмотреться не помешает.

— Договорились. Но насчет посмеяться вместе — я не против, однако хотелось бы это побыстрее проделать: времени у нас, как я понимаю, уже в обрез.

— Тогда до воскресенья, я, пожалуй, уже сегодня вечером и поеду.

Как говорится, ничто не предвещало — но двенадцатого марта к нам в деревню приехал очень неожиданный гость. Да всех неожиданный, разве что кроме меня для всех, а я чего-то подобного все же ожидал. С нетерпением ожидал: мне предстояло проверить кузявость моей отмазки…