Чтение онлайн

Я мог чувствовать, что Анна, осевшая где-то в углу комнаты, уже рассказывает всем все мыслимые сплетни, многозначительно кивая и кидая взгляды искоса. Она уже, наверное, рассказала всем, как находит нас с Эбби, такой молоденькой, каким безответственным в этой ситуации выгляжу я, как ей всегда казалось, что у меня есть какие-то серьезные проблемы кое с чем, как она рада, что Сара встретила Гэри, как в любом положении можно найти нечто хорошее. Некоторые люди умеют умело маскировать злобу под нанослоем заботы.

— Все в порядке? — Эбби неожиданно материализовалась рядом со мной. Мимо нас прошествовала официантка — на этот раз с шикарным подносом, полным крошечных кексов.

— Где ты была?

— На кухне. Что тут было? Кто-нибудь успел на кого-нибудь взлезть?

Я посмотрел на часы.

— Пять минут четвертого. Думаешь, пора?

Она хихикнула, увидев что-то. Я проследил за ее взглядом, но не заметил ничего.

— Что? — спросил я.

— Ничего. — Она захихикала еще пуще.

— Да в чем дело?

— Подожди. Мне кое-что пришло в голову, я расскажу чуть попозже.

Господи, а Гэри и говорить-то умеет, оказывается.

— Мы с Сарой собираемся во Флориду в следующем месяце. Она ведь говорила: «Оставим это на медовый месяц», — но мир создан для того, чтобы по нему путешествовать. На медовый месяц съездим в какое-нибудь местечко получше.

Я почувствовал детское желание соревноваться с ним.

— Я скоро собираюсь посоревноваться с десантниками в пейнтбол.

Он продолжил:

— Главное во Флориде то, что ты можешь никогда не сомневаться в погоде. Мои родители собираются вскоре туда переехать, так что мы сможем ездить к ним каждый год — вместе с малышом.

Я улыбнулся и кивнул, покачиваясь на каблуках. Гэри с грустью посмотрел на меня.

— А вы не думали о детях?

«Гэри, не надо, прошу тебя».

— Нет, — небрежно ответил я. — Полагали, что время еще не пришло.

Так, значит, Сара не сказала ему. Да и зачем бы? Все это в прошлом, теперь нужно думать о будущем.

— Никогда не бывает подходящего времени для детей, Джейсон! — рассмеялся он, как будто сам сформулировал эту фразу и у него уже сотня детей. — А потом однажды это просто случается — другими словами, время пришло.

— Ну да.

— Уже заметно, — мечтательно проговорил он, и мы оба посмотрели на счастливую красивую Сару.

Да, было уже заметно. И на какое-то мгновение мне показалось, что это слишком. Есть кое-что, чего я ей никогда не говорил, хотя и сожалею об этом, — на самом деле, мне тоже этого хотелось. После того как я справлюсь с шоком, изгоню из своей головы эти беспорядочные эгоистичные мысли, я бы захотел того же, чего и она. Но Сара ушла, бросила меня, и мне оставалось только, опустив глаза, убеждать себя в том, что все в порядке и надо просто двигаться дальше… После всего случившегося я чувствовал, что потерял двоих, а не только одну ее. Я потерял семью, ведь семья — это то, чем мы могли бы стать. И однажды чуть не стали.

Я потерял целую жизнь. Другую жизнь.

— Она потрясающе выглядит, Гэри, — вяло проговорил я и добавил, но не для поддержания беседы: — Ведь, как бы больно мне это ни было признавать, ты и вправду счастливчик.

Я сидел на тротуаре рядом с мусорными баками и играл с телефоном.

Нет, все в порядке, в самом деле. Мне просто нужно побыть одному. Смириться с тем, что я остался на исходной позиции, в то время как все остальные ушли вперед, было непросто. Осознание того, что они ушли так далеко, также давалось очень мучительно.

Неожиданно Сара вышла на улицу и села рядом со мной.

— Хорошо, что пришел, Джейсон.

Молчание. Я смотрел прямо перед собой и слышал, как она поигрывает кусочками льда в стакане; этот звук казался мне громче всех автобусов, машин и мотоциклов Лондона.

— Я скотина, — признал я, не в силах придумать ничего более убедительного, чем правда. — Мне просто надо было побыть одному. Там так душно, и…

— Ты должен помнить одно. Все произошло помимо твоей воли, так что не оплакивай свою потерю.

— Я не оплакиваю. Я радуюсь ей.

Но все-таки я действительно оплакивал ее. Так всегда поступают эгоисты: мы оплакиваем то, что теряем, поняв, что мы теперь не только не в центре внимания, но и вообще не имеем больше никакого отношения к событиям.

— Мы всегда будем в каком-то смысле любить друг друга, — продолжала она, — мы были частью жизни друг друга. И до сих пор можем быть.

Я натянуто улыбнулся. Неужели правда? Она действительно так думает? Все изменилось. И скоро изменится еще сильнее.

— Ты знаешь, что я всегда хотела иметь детей. Это случилось раньше, чем я ожидала, но ты мог бы за меня и порадоваться.

— Я рад за тебя. Правда, Сара.

— Но ты-то никогда не хотел детей.

— Я не знал, чего я хотел. Только сейчас я начинаю понимать это. В любом случае мы никогда об этом не говорили, так что откуда ты знаешь, чего я хотел?

— Я видела это. Думаешь, девушка не может понять, хочет ли детей ее парень? Понимаешь, когда у нас чуть не случилось то, что чуть не случилось…

Так мы это называли. Правда звучала слишком откровенно и жестоко. Это был способ как-то смягчить последствия, отодвинуть боль подальше.

— …это было очевидно, Джейс. Я видела, что ты чувствовал. Ты сразу охладел ко мне.

— Ты меня никогда не спрашивала.

— Тебе это и не нужно было. А потом ты сделал то, что сделал, и все стало ясно.

«Ты сделал то, что сделал» — еще одна фраза, призванная ослабить боль. Интересно, все пары придумывают эти маленькие инструменты, позволяющие справиться с жизненными ужасами?