Чтение онлайн

– Нет же, очень милое заведение, – Тедди легко поклонился. – Но мне нужна определенная девушка.

– К вам вышли все, кто свободен и не болен, – женщина переложила несколько карт на столе, вернувшись к пасьянсу, от которого ее оторвали. – Если у вас особенные запросы, пожалуйста, поделитесь. И я подберу вам девушку на будущее.

– Я имею в виду конкретную, мэм. Я видел ее только что поднимающейся наверх. У нее черные волосы и черная одежда. И вид… как бы это описать…

– Строптивый, – кивнула мадам. – Это Блэкки. От нее недавно ушел сложный клиент, и девушке полагается отдохнуть.

– Плачу двойную цену.

Карта замерла в воздухе.

– Предлагаете удвоить сумму, вам не известную? – мадам посмотрела на Тедди внимательнее, чем раньше. – Сколько вам лет, мистер?

– Достаточно, чтобы вступить в манящий мир любви и красоты, в котором вы, да будет мне позволено так выразиться, вы – королева, мэм, – Тедди склонил голову и обезоруживающе улыбнулся. – Денег тоже достаточно, полагаю.

Мадам раскраснелась, довольная льстивым комплиментом, и назвала цифру. Тедди поднял бровь, подумал секунду и кивнул. Сумма действительно оказалось немаленькой.

– Пожалуйста, возвращайтесь в гостиную, отдыхайте. Чуть позже вас проводят, – мадам дернула за шнурок, вызывая прислугу. – Но предупреждаю, Блэкки не из покорных.

Вернувшись, Тедди не обнаружил Джонатана – видимо, его увела та рыженькая. Из «приятельниц» Тедди осталось трое. Они снова принялись щебетать, смеяться и ласкать его. Молодой человек как раз положил кусочек сыра в рот одной из них, когда за ним пришла служанка.

В комнате девушки по имени Блэкки царил полумрак, почти темнота. Она сидела на кровати, ссутулившись и уставившись в стену. Даже не повернула головы в сторону Тедди. Служанка сделала неуклюжий реверанс и, пятясь, оставила их вдвоем. Тедди закрыл дверь на цепочку. Постоял минуту, кашлянул. Девушка не двигалась. Он приблизился, опустился перед ней на колени и взял ее безвольно лежащие руки в свои.

– Уделишь мне немного времени? – спросил он насмешливо. – Я заплатил двойную цену.

– Богатый мальчик, – ее голос оказался хрипловатым, и сердце Тедди подпрыгнуло. – Уже придумал, как унизить меня, чтобы деньги не были потрачены зря?

– Я не собираюсь ничего такого делать. Я хочу любить тебя, если ты меня научишь, – тихо сказал молодой человек, проводя рукой по ее волосам, по щеке. – Покажи, что нравится тебе.

Девушка подняла на него удивленные голубые глаза. Между темных бровей залегла морщинка. Она оказалась старше тех куртизанок, что он успел здесь увидеть.

– Ты странный.

– Может быть. Я увидел тебя на лестнице и понял, что другая мне не нужна. У тебя в глазах читались грусть и ненависть. Те хихикающие дурочки скучны. Они станут притворяться. Ты – никогда.

– Я устала, – резко сказала Блэкки. – У меня нет сил на тебя. И притворяться я действительно не умею. А непокорных здесь наказывают.

– Я не понаслышке знаю о наказаниях, – засмеялся Тедди.

– Нерадивый студент?

– Да. И нелюбимый сын.

Он сам не знал, зачем сказал это. В курсе его домашних проблем был только Джонатан. Но иногда проще рассказать сокровенное чужому человеку, которого ты, возможно, никогда не увидишь снова.

Что-то похожее на улыбку промелькнуло на лице Блэкки. И она позволила ему любить себя.

– Никогда не притворяйся со мной, пожалуйста, – сквозь сбившееся дыхание попросил Тедди под конец. – Мне это не нужно.

– Мне тоже, – ответила она, кусая его за плечо.

Потом он лежал на спине, заложив руки за голову. Блэкки закинула на его ноги свою в черном чулке. Кроме чулок на ней не осталось ничего.

– Сегодня немного не хватило, богатый мальчик, – сказала Блэкки, водя пальчиком по его груди. – Но если ты будешь иногда приходить ко мне…

– Это ты ради двойной оплаты? – скептически поинтересовался Тедди.

– Мы денег не видим. Еда, кров и одежда – вот наша оплата.

– Но это же рабство! – воскликнул Тедди, садясь в постели.

– Не все родились в шелковой рубашке и с серебряной ложкой во рту, как ты.

– А если я дам тебе денег? Тебя же не держат в неволе? Ты ходишь в город?

– Хожу. Но что я могу такого купить, чего никто не заметит? Спрятанные деньги и подарки тоже находят, поверь.

Тедди только сейчас подумал, что девушки ведут здесь ужасную жизнь. А он? Еще один ненавистный клиент, потребитель? Блэкки верно истолковала выражение его лица.

– Большинству нравится такая жизнь. Здесь лучше, чем на улице, – сказала она. – И не спрашивай, почему я не уйду. Мне некуда. И это единственное, что я умею. Мы никому не нужны в большом мире.

– Скажи мне свое настоящее имя, – попросил Тедди.

– В тот день, когда я его тебе назову, я разрешу поцеловать себя. Вернее, не когда, а если. Поцелуй – это единственное, чем мы можем распоряжаться по своему усмотрению.

В ту ночь они больше разговаривали, чем занимались любовью. Около четырех утра Теодор отыскал разомлевшего товарища. В доме было очень тихо. Тедди оплатил счета обоих, и они вышли в сырую, туманную предрассветную мглу.

Шли молча. Джонатан улыбался своим мыслям или, может, вспоминал рыжеволосую красотку. А восемнадцатилетний Теодор Гастингс впервые в жизни осознал, что влюблен. Влюблен и заинтригован. Ему представлялось, что за нынешним положением Блэкки скрывается увлекательная тайна, а сама она – падший ангел. Он не ожидал от себя таких романтических глупостей, но твердо решил еще раз туда вернуться.

Они с Джоном вытащили спрятанный в кустах велосипед, мокрый от росы, и покатили в академию. Джон сидел на багажнике, держась за плечи друга, и наконец созрел до подробного рассказа о сегодняшней ночи. Тедди слушал, но сам ничего не рассказывал, боясь показаться смешным.

Больше Джонатан не пускался в такие авантюры. Отчисление и позор семьи – слишком высокая цена за удовольствия. К тому же вскоре он решился на разговор с Анной и получил ее смущенное согласие на будущий брак, а значит, по его твердому убеждению, обязан был хранить ей верность.

***

Тедди и Блэкки брели по улицам полуденного Л. Девушка надела немного старомодную шляпку с вуалью, чтобы скрыть лицо.

– Тоже мне конспирация, – смеялся Тедди. – Этой ужасной шляпкой ты только наоборот привлекаешь внимание.