Шасса
Шрифт:
— Можно, но ты ведь знаешь, что покинутое тело мгновенно умирает, а новая душа не всегда приживается, не говоря уж о том, что получившееся… гм… существо, обречено всю жизнь делить черепушку на двоих.
— Верно… — отстраненно протянул Люц, в свою очередь что-то карябая на листочках шассы.
— А этот способ позволяет полностью поменяться телами! И душа-владелец либо переместится в твое собственное тело, либо в астрал, где ее, скорее всего, ждет растворение, либо останется делить тело на двоих.
— Но чем нам это поможет? — спросил Найт.
Саишша мученически подняла лицо к небу, будто спрашивая у богов «За что мне такие тупые паладины достались? За какие такие прегрешения?»
— Вот скажите мне, что будет с телом, если его душа пропадет?
— То есть, как пропадет? Совсем, что ли? — очнулся Сим. Все это время, как мне кажется, он нас слушал даже не в пол — в четверть уха, настолько у него было блаженное лицо. Н-да, что с людь… наа… паладинами любовь делает.
— Совсем. Абсолютно. Безвозвратно. Навсегда, — ласково сказала ему шасса.
— Ну… э-э-э… Я думаю, что в нее что-нибудь другое вселится!
— В общем-то, да, такое может быть. Но достаточно редко. В основном тело тоже умирает, — оторвался от вычислений Люц.
— А что будет в нашем случае, как думаешь, Люц? — поощрительно улыбнулась тому Са. Мне кажется, или она нас просто подталкивает к определенному выводу? Сим недовольно засопел, когда заметил улыбку Са, но она ласково подула ему в ухо и он успокоился. Это что — то, что она ему в ухо дунула, означает любовь до гроба? Чудны дела твои, Симаргл [28] …
28
Симаргл (Хорт) — восточнославянский бог, предположительно покровитель семян и корней, охранитель растительности. Имеет святилище на острове Хортицы. Предполагается, что именно он путем жертвы дает возможность оборотням всех мастей перекидываться. Считается, что он покровитель Мирового Древа.
Выглядит как огромная черная борзая с крыльями. Является верховным богом пантеона нааров.
— А в нашем случае возможен полный контроль тела. И потом, когда душа-переселенец уже покинет его, оно умрет. А потом… — Люц побледнел, его перекосило, — Потом переселенец может либо вернуться обратно в свое тело, либо… Саишша… тебе не говорили, что у тебя просто талант к изобретению способов убийства?
Меня словно пронзило. Саишша ведь некромантка. Куда проще не ждать, когда паладины выйдут на честный бой, а умертвить их по-тихому. Шасса же в плюсе останется — заимеет тихих, послушных и очень сильных зомби.
— Говорили. И не раз. Вообще, наш род этим и знаменит, что почти в любой похожей ситуации сможет найти вариант, как убить не убиваемых.
Но ты упустил один момент. В другом случае тело становиться упырем. Паладины вообще, по-моему, не пригодны для некромантии. Слишком много разной крови. Ну, то есть, поднять то я труп, наверное, смогу. Но получится в лучшем случае упырь, в худшем — кадавр. Смотря, насколько покойный цеплялся за жизнь, а так же успел он увидеть своего убийцу или нет.
Так что вам решать, воспользоваться ли этим способом, или «выходить на честный бой».
Найт под конец этого диалога молчал, и было видно, что у него в голове происходит напряженная работа мысли. Жизнь или честь, вот в чем вопрос?
Повисла тяжелая тишина. Все обдумывали слова шассы, а лично я все прокручивал и прокручивал в голове слова Саишшы: «Говорили. И не раз. Мой род этим знаменит…» Мне почему-то показалось, что все думают о том же.
— А ты уверена, что у тебя вообще получится поменяться телами? — чтобы хоть как-то разрядить обстановку, спросил я. На меня уставились яркие зеленые глаза, в которых читалась странная задумчивость. Похоже, Саишша предвидела нашу реакцию.
— Нет. Но попробую прямо сейчас.
Сим
Если честно, то я боялся предстоящего выяснения отношений до дрожи. Смешно сказать: машина смерти, а боится отказа со стороны девушки.
К моему удивлению, Сай не только не послала меня подальше со своими заявлениями, но и согласилась, кажется, вовсе не из страха. Меня это настолько обрадовало, что я с огромным трудом согнал со своего лица счастливую улыбку. Правда, я несколько удивился, когда Сай потребовала снять рубашку. Что скрывать, надеялся я, надеялся…
Все оказалось намного прозаичней: Саишша починила мне дырки, которые оставила своими когтями. Но хоть при поцелуе не отшатнулась, и то ладно.
Правда, я решил и дальше действовать крайне осторожно: мало ли, вдруг она передумает?
А вот «комплимент» Люца мне не понравился. Ну, придумала Сай способ убийства паладинов, так все мы не без греха, и я особенно. Я никогда не говорил остальным членам своей команды, но ведь меня посылали с… как сказать… особенными заданиями… Например, когда у «дорогого и любимого дедушки» внезапно случался сердечный приступ. Или если молодой и симпатичный паладин нравился светским барышням. И приходилось идти, и терпеть, терпеть, терпеть…
Все бывает в этом мире. Так что я даже удивился бы, если б у моей Равной не было бы темных сторон жизни.
Сай, похоже, ждет реакции с нашей и особенно с моей стороны. Спина напряжена, хотя это не заметно с виду. Я прижал ее чуть крепче, словно говоря: «Я с тобой, я тебя не брошу и люблю любую». Сай расслабилась и обвела взглядом остальных.
Норд произнес что-то насчет перемены тел. Сай ответила. Я не вслушивался — я просто теряю голову в ее присутствии — хочется прижать ее и никогда не отпускать, унести куда-нибудь подальше, от всех любопытных взглядов и… что-то меня не туда занесло. Рано еще об этом думать.
Тут Сай обмякла, а Норд испуганно дернулся и схватился за голову. Его глаза расширились, когда он тоже безвольно рухнул на землю.
Тут Саишша дернулась, одновременно с Нордом, затем они синхронно сделали движение, будто приподнимались на руках. То есть, Норд приподнялся, а Саишша только вытянула руки.
Потом вроде бы все нормализовалось. Все вместе это заняло не больше минуты. А потом поведение Саишшы резко изменилось.
Сначала она принялась ощупывать свою грудь, заглядывать в ворот, при этом ее лицо приняло ошеломленное выражение, и она все время бормотала: «Я что, теперь женщина?! Я?! Женщина?! Нет, быть того не может!!!»