Чтение онлайн

–  Не делай глупостей, - попросил он Кирилла, когда тот потянул веревку на себя и привязал ее к полозьям сиденья.
– Ведь можно обо всем договориться… Э-э, парень! Мне же больно!

Теперь правая нога водителя была согнута в неестественном положении. Он не мог ни пошевелить ею, ни тем более давить на педали.

Выйдя из машины, Кирилл открыл дверь водителя и запустил двигатель. Водитель, кажется, понял, какой фокус ему уготовил наглый пассажир, и стал кряхтеть, пытаясь разорвать скотч и освободить руки. Кирилл опустился на корточки, выжал рукой сцепление и поставил рычаг передачи на первую скорость.

–  Держи педаль, а то улетишь, - сказал он водителю.

Тот, громко сопя, немедленно послушался и свободной ногой надавил на педаль сцепления. Кирилл на всякий случай кинул под передние колеса кирпичные обломки и, любуясь результатами своей работы, отряхнул руки.

–  Вот так, - удовлетворенно сказал он и, обойдя машину с другой стороны, осторожно снял машину с ручного тормоза. «Лексус», булькая мотором, задрожал на самом краю пропасти. Только два кирпича под колесами удерживали его от неминуемого падения. Если водитель по какой-либо причине уберет ногу с педали сцепления, машина рванет вперед и неминуемо свалится с обрыва.

Побледневший до снежной белизны, водитель начал извергать угрозы и проклятия в адрес Кирилла, но тот, затолкав ему в рот пучок пожухлой травы, пообещал:

–  Если я останусь жив, то обязательно вернусь. Если нет - то извини! Давить тебе на педаль до тех пор, пока не закончится бензин.

Включив обогрев сидений и салона на максимальную температуру, а заодно и магнитолу на всю мощь, Кирилл захлопнул двери и, заталкивая «макаров» за пояс, быстро пошел по лесу напрямик к особняку.

Погода в горах меняется быстро и непредсказуемо. Только что пронзительно светило солнце, а над головой плескалось ярко-синее небо. Но в одночасье все изменилось. На горных седловинах и цирках стали набухать облака, и чем обширнее и тяжелее они становились, тем ниже опускались. Было похоже, что со всех гор одновременно стали сходить какие-то странные, замедленные лавины. Небо потемнело. Верхушки гор срезало как ножом. На лес, по которому шел Кирилл, клочьями опустился туман.

Он едва ли не вплотную приблизился к особняку, стоявшему на крутом склоне, прежде чем увидел в тумане его смутные очертания. Особняк был недостроен, в оконных проемах второго этажа отсутствовали рамы и стекла, крыша была прикрыта рубероидом, но из печной трубы вился тихий дымок.

Кирилл подбежал к кирпичному забору, встал на выступ и заглянул во двор. Напротив калитки, уютно устроившись в плетеном кресле, сидел парень. Он был в белом горнолыжном костюме, который оттенял его смуглое лицо, на голове - красная болоньевая кепочка с большим козырьком от солнца. Глаза его были закрыты, но он не спал, а потягивал из бутылки пиво. «Э, да это же сноубордист! Катается, надо признать, он неплохо».

Не придумав ничего более остроумного, Кирилл поднял с земли смятую жестяную баночку из-под пепси-колы и кинул ее в железную дверь калитки. Банка цокнула, охранник вздрогнул и вскочил с кресла. «Лох! Клюнул с первого раза!» Как только охранник стал приоткрывать калитку, выглядывая наружу, Кирилл бесшумно перелез через забор и спрыгнул на упругий тюк пакли.

Охранник, выясняя причину жестяного звука, вышел за забор. Взяв ружье за ствол, Кирилл приблизился к калитке, встал за металлической дверью, ожидая, когда охранник вернется во двор. Хороший удар прикладом должен был сложить его пополам.

И вдруг - прокол! Кирилл вздрогнул от тихого металлического щелчка за своей спиной и даже не успел обернуться.

–  Ну что, обманул?
– тихо спросил его голос. В затылок Кириллу уперся ствол.

«Мне только на медведя ходить, - подумал Кирилл, очень досадуя.
– Потерял сноровку. Думал, что кругом все такие же идиоты, как водитель».

–  Ружьишко брось на землю, - прошептал охранник.
– Так, хорошо. Теперь ручки повыше подними… Ты один?

Кирилл отрицательно покрутил головой и медленно указал на противоположную линию забора, а затем оттопырил два пальца - мол, за забором еще двое. В это мгновение внимание охранника было сосредоточено на руке Кирилла и на расшифровке его знаков. В течение этого мгновения у Кирилла было преимущество, и, сжав руку в кулак, он откинул его назад, на голос. Сильный удар пришелся охраннику по переносице. Развернувшись пружиной, Кирилл добавил по физиономии ногой. Охранник отлетел к забору, но пистолет не выронил. Пришлось перехватить его руку на излом и еще раз двинуть кулаком в челюсть.

Потерявшего сознание сноубордиста Кирилл оттащил за бетономешалку. Снял с него ботинки, приподнял ноги и вытряхнул его из комбинезона. Хорошо, что парень был легким и от ударов Кирилла летал, как голубь. А если бы на его месте оказался такой увалень, как водитель? Связывая руки охранника скотчем и заклеивая ему рот, Кирилл сокрушенно качал головой. Надо быть более внимательным.

Натянув белый комбинезон на себя и пристроив на макушке кепку, Кирилл подобрал пистолет охранника и свое ружье и по битым кирпичам обошел дом с торца. Комбинезон был ему слишком мал, и подниматься по строительным лесам было ужасно неудобно. Зато этот маскарад при неожиданной встрече с кем-либо из обитателей особняка давал Кириллу драгоценное мгновение преимущества.

Поднявшись к окнам второго этажа, он влез в пустой проем и прошел по бетонному полу, покрытому слоем строительного мусора. Откуда-то снизу доносились приглушенная музыка и голоса. Стараясь не наступать на раскиданные инструменты, Кирилл обошел все комнаты. На втором этаже спрятать Веру было негде.

Лучше всего, конечно, было бы затаиться около лестницы, ведущей на первый этаж, да послушать разговоры. Рано или поздно Кириллу стало бы ясно, где находится Вера. Но времени было в обрез. Мог прийти в чувство и поднять тревогу охранник. Мог в конце концов каким-то образом освободиться водитель и прикатить сюда на «Лексусе». Потому приходилось торопиться.

Кирилл поднял с пола ватную телогрейку, оставленную строителями, и поднес к ней зажигалку. Отсыревшая вата практически не горела, но, тлея, давала много дыма. Держа дымящуюся одежду в руке, он стал ходить по комнатам, оставляя за собой дымный удушливый шлейф. Вскоре весь второй этаж наполнился дымом. Кирилл швырнул телогрейку в угол, откуда торчал пучок электрических проводов, и накрыл ржавым корытом. Сам втиснулся в нишу для стенного шкафа.

–  Эй, ты ничего не чувствуешь?
– донеслось снизу.