Чтение онлайн

А ну тихо! – рявкнул, возникший из ниоткуда Аркус. – Где "Малыш"? – спросил он.

Не знаем!

"Ворчун"? Ты как, живой? Почему связи не было? Докладывай быстро!

Рой, который так же, как и остальные, не мог понять что, чёрт возьми, происходит, молчал, не отрывая взгляд от, лежавшей без сознания, женщины, рядом с которой, стоял, с ухмылкой на лице, перепачканный кровью и с ног до головы, пропавший Патрик.

П-п-патрик? – еле выговорил Ли. – Что с тобой?

Не знаю никого Патрика, – разрезал, с новой силой, повисшую тишину, странный голос, исходивший от, не шевелившего губами, "Малыша". – Есть только… проводник!

Бойцы, не понимая что происходит, уставились на "Малыша", в надежде найти хоть какое-то объяснение этому дурдому. Патрик, всё так же ухмыляясь, достал из-за спины, окровавленный, трофейный, не похожий на оружие Империума, нож, после чего медленно, словно наслаждаясь моментом, начал, так же, как когда-то давно, наводило ужас на экипаж Аванпоста, выводить, уже на своём собственном теле, пугающие, до дрожи в коленках, ровные, раскалённые от жара, полосы, с характерным звуком, шипением и, не утихающей ни на секунду, вонью, которая начала вызывать, у оцепеневших бойцов, галлюцинации.

Стоять! – скомандовал Аркус. – Ты что делаешь, безумец? Кто ты такой? – он, стараясь говорить чётко, от чего начало звенеть в ушах, направил на Патрика оружие, но выстрелить так и не решился.

Кто я такой? – ГОЛОС ухмыльнулся. – А это, "комиссар", тебе сейчас и расскажет.

"К-комиссар"? – удивились, в один голос, солдаты, ещё раз, не отрывая взгляда, посмотрев на, не подававшую признаков жизни, женщину, от чего, по спине пробежали мурашки, а липкий, сводящий с ума, страх, окутал, как туман на Аванпосте, всё естество. – Она же умерла, что за бред?

Тем временем, "Элиза" открыла глаза, встала и, улыбаясь, по-доброму посмотрела на "Малыша". По её щеке покатилась слеза, но, на удивление солдат, слеза была не из простой жидкости, что течёт по телу любого живого, в том числе и гвардейца, существа, а, опять, словно кто-то решил поставить эксперимент над измождёнными бойцами и всем Аванпостом, состояла, переливающаяся, из неизвестного, опять таки, по составу, но, отдалённо напоминающего, кровь, гвардейцев субстанции, с, чуть мерцающим, свечением.

"Что за…" – пронеслось у Аркуса в голове, когда он понял, что за субстанция, но, от переизбытка чувств, так и не смог сформулировать догадку.

Всё просто, любимый. Мы едины. Они дали нам второй шанс, разве это не прекрасно?

"Любимый"? – опять, чуть ли не в один голос, еле выговорили бойцы.

Не обращая внимание, на, полный ужаса, гул солдат, девушка продолжила:

И этот второй шанс, не простая подачка судьбы. Они одарили нас, дав вкусить того, чего не дано простым смертным. Они – те, кто возвысил нас. Они – те, кто показал, что такое, настоящая, жизнь и смерть! Они – Тёмные Эльфы! – воодушевлённо, чеканя каждое слово, выпалила, "комиссар" Элиза.

"Они" – эхо разнеслось по коридору, многократно отразившись от, не вызывающих доверие, стен, эхом, и вызвав у бойцов ещё один приступ неконтролируемой паники и ужаса, а "комиссар", продолжала, как ни в чём не бывало.

Да. Они пришли не просто так, забрав души, тела, не оставив ни единого шанса тем, кто смел противиться их воле.

Но… – перебил её Аркус. – Зачем?

Девушка, посмотрев на, не перестающего улыбаться "Малыша", который закончил, уже на своём, теле, ритуал, провела, по его, перепачканной, но всё так же красивой, скуле, и продолжила.

Как зачем? Они же Темные Эльфы. А мы, теперь, их часть. Разве это не прекрасно? Разве, после всего пережитого ужаса, не стоило это того?

Ты… Предательница! – выпалил Хендрик, не отрывая глаз от Элизы. – Ты предала Императора, Империум! Да как ты вообще…

Тсс. Тише, любимый, – сказала Элиза, испепелив "Два Клинка" взглядом. – Не кипятись. Твоё, такое бренное, тело, скоро обретёт новый смысл.

Что ты такое несёшь? Совсем обезумела? – выплюнул Молот.

Нет. Обрела. – после этих слов, "комиссар", чуть слышно, но, опять, заставив содрогнуться, уже отвыкших от тишины и спокойствия, бойцов, хихикнула, обнажив, сокрытые во рту, клыки, выступившие из-под, внезапно, распухшей и почерневшей, губы, которые, до этого, казались бойцам милыми. – Мы станем чем-то большим. Мы станем теми, кто будет вершить суд.

Заткнись! – сказал "Ворчун".

Не затыкай меня, милый. Они оставили ловушку, как ты и говорил, но не для врага. Для своих.

Что? – ошарашенно, спросил Рой, не отрывая, взгляда, от "Элизы"

Ловушка, тут не просто так. – прохрипел Аркус, теряя сознание от боли в висках. – Они специально оставили нас. Оставили тех, кто слаб, что бы усилить тех, кто готов.

Да! – молвила "комиссар" Элиза. – Они оставили нам шанс очиститься от скверны.

Какой ещё скверны, тварь? – простонал "Жила".

Это, ты, не понял? Скверны Империума! Мы станем сильнее, быстрее, выносливее, мы обретём новый облик, после того, как дадим Империи искупить свою главную ошибку – дать усомниться в вере, хотя бы одному, гвардейцу на своём веку!

Да как ты смеешь! – из последних сил, выкрикнул Каспер.

Смею. Потому что, в отличие от вас, я знаю, что говорю, и верю в то, во что говорю!

Лжёшь! Эльфы лгут, они не могут обещать, они не могут желать, думать. Ты – такая же ловушка, как и этот "Аванпост-17"!

Глупый, глупый, Молот, – сказала девушка. – Если бы мы хотели вас убить, то не оставили бы вас в живых, – издевательски простонала "комиссар". – Но, видимо, пришло время действовать. Малыш!

Да, любимая! – гаркнул, в ту же секунду, "Малыш", обнажив, уже свои клыки, от чего его рот стал, и без того пугающим, но, теперь ещё, огромным, будто он состоял не из челюстей, а из одних только зубов.

Элиза, медленно, будто наслаждаясь моментом, подошла к, с трудом поднявшемуся на ноги, "Молоту", и нежно провела рукой по его лицу, поцеловала его в, когда-то вызывавшие зависть у сослуживцев, а ныне безвольно, по-старчески свисающие, усы. Тот, от неожиданности, даже не сопротивлялся. В эту же секунду, девушка, резко, вонзила свои, окровавленные, пальцы прямо в глазницы Каспера, издав победоносный, полный безумия и первобытной, доисторической, нечеловеческой жестокости, клич. "Молот", вскрикнул от боли, повалился на пол и начал, в конвульсиях, что есть силы, избивать руками, ногами, головой по, и так, уже изрядно, загаженному полу. Бойцы, с ужасом смотревшие на, неведомую до этого, жестокость, опешили. Никто, не в силах совладать с ужасом и отвращением, не мог пошевелиться. Аркус, воспользовавшись неразберихой и, чуть-чуть, отойдя от, испытанного только что, шока, из последних сил, прокричал.