Чтение онлайн

— Все в порядке, — проговорила Амелия. Она с горькой усмешкой подумала, что, наверное, впервые заснула до полуночи.

Майло весь день чувствовал себя скверно. Он лег спать после обеда и не проснулся к ужину. Эван предложил не будить малыша и дать ему выспаться, так как прошлой ночью он почти не сомкнул глаз.

Амелия накинула плащ поверх ночной рубашки, сунула ноги в ботинки и бросилась к дому вместе с Сисси. Майло сильно рвало. В перерывах между рвотными спазмами, малыш кричал от боли и хватался руками за живот.

— С ним что-то серьезное. Ему надо к врачу, — твердо сказала Амелия.

Эван держал своего сына за руку и гладил по голове. Он думал о том, что дорога на лошади в Кингскот займет три дня, а Майло слишком плох, чтобы выдержать такое испытание.

— Мы ничего не можем сделать, Эван. Ему нужно к врачу, — повторила Амелия.

Мужчина кивнул и закрыл лицо руками.

— Я пойду скажу Габриелю, чтобы он посигналил первому же рыбацкому судну, — проговорил Эван. Он молился, чтобы Майло только не стало хуже. Несчастный отец не мог потерять и его.

Амелия видела, что сердце Эвана разрывается от боли.

— Корабли проплывают здесь ночью?

— Иногда, но они не подходят к берегу ночью, здесь слишком опасно, много подводных рифов и камней. Маяк тут и построен, чтобы предупреждать суда об опасности. Но несколько рыбацких шхун точно пройдут мимо на рассвете, и одна из них сможет зайти в бухту Вейрс-Коув, если не будет штормить.

Эван взял плащ.

— Я быстро, — проговорил Эван и вышел.

У мальчика продолжались рвотные спазмы, хотя его желудок был пуст. Амелия боялась обезвоживания организма. Майло сделал маленький глоток воды и упал без сил на кровать.

Когда Эван вернулся, мальчик уже спал.

— Его перестало тошнить? — спросил он.

— Да, думаю, худшее уже позади, — ответила Амелия. — Габриель подаст сигнал?

— Да, он как раз собирался на вахту и сказал, что несколько судов уже прошли мимо и есть хороший шанс, что на рассвете, когда они с уловом будут возвращаться в Кингскот, какой-нибудь корабль причалит здесь.

— Вы поступаете правильно, — тихо сказала Амелия. Она понимала, что ожидание будет для Эвана настоящей пыткой.

— Если бы я знал, отчего ему так плохо, — проговорил Эван дрожащим голосом. Он посмотрел на Майло, который сейчас мирно спал, а час назад корчился от боли. Эван с болью в сердце смотрел, на маленького и хрупкого сына. Он отчаянно молился, чтобы Майло стало лучше.

— Пусть поспит до утра, — прошептала Амелия, — а я пойду к себе. Если его снова начнет тошнить, зовите меня.

Амелия уже собиралась уйти, когда раздался стук в дверь. На пороге стояли Эдгар и Карлотта.

— Как мальчик? — спросил Эдгар. Он готовился передать смену Габриелю, когда на маяк прибежал взволнованный Эван и попросил посигналить кораблям. Когда Эдгар рассказал обо всем Карлотте, она настояла навестить мальчика на ферме.

— Бедный bambino,— проговорила Карлотта. Увидев бледного и слабого Майло, его мокрые от пота пряди черных волос, итальянка на миг ощутила болезненный укол вины.

— Думаю, худшее уже позади, Эван утром отвезет его в Кингскот к врачу.

Эдгар подошел к Майло.

— Мы с Габриелем присмотрим за фермой, пока вас не будет, не волнуйтесь. — Он посмотрел на жену и понял, что она недовольна. — Самое главное, пусть этот маленький джентльмен поправляется.

— Спасибо, Эдгар, — ответил Эван. — Я очень вам благодарен.

Амелия тоже заметила по выражению лица итальянки, что та чем-то недовольна. Наверное, Карлотта злится, что Габриель и ее муж будут проводить время на ферме. Амелия уже смирилась с тем, что у нее нет будущего с Габриелем, и ежедневные встречи стали бы для нее пыткой.

— А почему бы вам не взять с собой Сару? — предложила Карлотта Эвану. — Она может помочь вам с Майло, а я позабочусь о bambini.— Она не только надеялась, что осужденная уедет отсюда, она молилась, чтобы врач из Кингскота рекомендовал семье Финнли переехать временно в город.

— Сара должна оставаться здесь, — твердо ответил Эван. — Я сам справлюсь с Майло.

Карлотта расстроилась, но не собиралась сдаваться.

— А если доктор не сможет поставить диагноз?

— Не знаю, — ответил Эван. — Хочется верить, что он все выяснит.

Карлотта была уверена, что врач не сможет понять, что мальчику специально давали вредное снадобье. По крайней мере, итальянка на это надеялась.

Когда Карлотта и Эдгар ушли, Амелия попрощалась с девочками и направилась к двери.

— Позовите, если понадоблюсь, — сказала она Эвану тихо.

— Мне будет спокойней, если ты останешься с девочками, Сара. Я знаю, что Майло очень любит тебя, но я сам присмотрю за ним и не буду волноваться, зная, что ты рядом с моими девочками.

Амелия была поражена.

— Я думала, что вы не хотите, чтобы я ехала с вами, потому что… — Она умолкла.

— Я доверяю очень немногим людям, — просто ответил Эван. Он снова взглянул на сына, и слезы наполнили глаза Амелии. Эван был сложным человеком, но сейчас он сделал ей самый большой комплимент.

— Это многое значит для меня, Эван. Я не подведу вас, — прошептала Амелия.

В восемь часов Габриель сообщил Эвану, что шхуна «Рыба-меч» откликнулась на сигнал и причалила в бухте Вейрс-Коув. Эван вздохнул с облегчением. Он уже собрал сумку. Майло стало намного лучше, хотя он все еще был слаб. Эван не спал всю ночь, переживая за сына. Амелия с девочками отправились проводить Майло с Эваном. Малыша с отцом Габриель спустил вниз на канате в лодку, где их ждал капитан Картрайт. Вскоре корабль отправился в путь, а Амелия с девочками вернулись на ферму.