Чтение онлайн

– Да, я многие годы был акционером этой корпорации. На самом деле ее президент Пит Монакко – мой друг. Он женат на моей кузине. Что-то вроде троюродной сестры.

– Ну, это хорошо для вас. С такими связями вам не следовало бы клеветать на человека, который делает то, что делает Роберт хотя бы в одном городе. Новая городская больница по лечению СПИДа… – Она произнесла это с гневом. – Вам должно быть стыдно за себя.

Лоренс возразил:

– Одно другому не мешает. Человек может быть уважаемым гражданином, и в то же время не сдержанным по отношению к своей жене.

Он сидел спокойно, качая соломенную шляпу на колене. Он должен был бы разговаривать о чем-то тривиальном, например, о жаре. Однако его слова были резкими и падали, как удары молота.

– Вы не знаете Роберта, вы не знаете, как он предан своей семье. Вы не понимаете.

Вместо ответа Том просто покачал головой, и его упрямый отказ взять обратно свои слова заставил ее ярость закипеть с новой силой.

«Что происходит со мной? Какая же я глупая! Почему я так разговариваю с посторонним? Позволяю говорить ему подобные вещи, – думала Линн. – Это унижает нас обоих». Но вслух произнесла:

– Если вы будете недалеко, мы пригласим вас на пятидесятилетнюю годовщину нашей свадьбы, и если у вас хватит смелости, приходите. Если хватит смелости.

Он встал.

– Я восхищен вами. Я восхищен вашей защитой, Линн. Я знаю ваш тип женщин. У вас романтическое восприятие жизни. «До смерти делать свое дело», не имеет значения какое. Вот это «не имеет значения какое» и является неправильным. В противном случае я был бы полностью сторонником пятидесятилетних годовщин, уверяю вас.

Она встала и пошла к бассейну. Только прыжок в воду заставит замолчать этого человека.

– Романтическое восприятие вечной любви – вот чем вы живете.

– Да, – бросила она через плечо. – Да, я верю в это. Я живу этим.

– Позаботьтесь, чтобы не умереть от нее, Линн. Это были последние слова, которые она слышала, перед тем как нырнула с брызгами в воду.

– Ты кажешься чем-то расстроенной, – сказал Роберт, когда какое-то время спустя присоединился к ней.

– Эта ужасная жара может расстроить любого.

Позже он заметил:

– Мне кажется, что я видел Тома Лоренса покидавшим клуб, когда въезжал сюда. – Ты разговаривала с ним?

– Несколько слов. Не больше чем «привет» и «до свидания».

Все же позже, за обедом, он сказал:

– В понедельник прилетает президент компании, чтобы провести беседу. Удивительно, как он стал тем, кто он сейчас. И забавно, как изменяются вещи, – размышлял он. – В прошлом поколении никто с итальянской фамилией не смог бы встать во главе такой компании, как наша.

– Что плохого в итальянской фамилии?

– Это просто нечасто случалось, вот и все. Теперь это случается каждый день.

Что заставило ее сказать то, что она затем произнесла, Линн не смогла бы объяснить.

– Том Лоренс – его родственник.

– Откуда ты это знаешь?

– Он сказал мне об этом сегодня.

– Тогда ты, должно быть, действительно говорила с ним, – заметил через секунду Роберт.

– Не сосем. Я сказала тебе, что мы обменялись несколькими фразами. И случилось, что он упомянул мистера Монакко.

Роберт выглядел удивленным.

– Я не возражаю против бесед с ним, Линн, поскольку ты именно об этом подумала. Итак, он сказал тебе, что он родственник Монакко. Это странно. У меня было впечатление, что Лоренс – старая американская фамилия.

– Его кузина вышла замуж за Монакко.

– Ох. – Роберт явно размышлял. – Я хотел бы иметь связь, подобную этой. Бизнес – это контакты, это каналы. У меня голова полна идей, но как сделать так, чтобы их слышали нужные уши? Один департамент перекрывает другой… – Немного нахмурившись с выражением самоуничижения, он замолчал. – Слишком плохо. Я бы действовал иначе, если бы знал о Лоренсе. Однако ради этого я помирюсь с ним. Мы наверняка наткнемся на него в клубе. Линн была ошеломлена.

– Неужели ты собираешься просить, чтобы тебя представили мистеру Монакко?

– Нет-нет. Это не тот способ, при помощи которого делаются дела. Ты знакомишься с кем-нибудь, приглашаешь на обед, завязываешь разговор, и через некоторое время – через некоторое время, кто знает, что может случиться?

Что может случиться, повторила она про себя, страшно и подумать.

Но не думать об этом она не могла. Какая наглость! Кто он, чтобы играть роль детектива-психолога и заглядывать в самую глубину души других людей? Она должна только ужасаться при мысли о том, что снова увидит Тома Лоренса.

Действительно, Линн была так возбуждена неделю или более, что постоянно просыпалась в середине ночи, чтобы заново пережить сцену на краю бассейна. Она чувствовала себя действительно больной. И внезапно однажды утром, когда кухня наполнилась острыми запахами кофе и бекона, она была вынуждена выскочить из комнаты.

– Я не могу выдерживать запахи пищи, – пожаловалась она, когда вернулась на кухню. – При одном виде ее меня тошнит.

– Это определенно на тебя непохоже. – Роберт посмотрел на нее внимательно. – Я не думаю, что ты, возможно…

Она уставилась на него.

– Ох, нет. О чем ты говоришь?

– У нас было несколько очень хороших моментов на острове.

Она едва ли могла признать такую возможность. Как, Эмили уже семнадцать!

– Это будет ужасно, если это так! Ты будешь очень возражать?

– Разве у меня такой вид, будто я возражаю? – улыбнулся он.

– А у меня небольшая задержка, – призналась она. – Но поскольку со мной это часто бывает, мне и в голову не пришло, что может быть что-то не так.

– Не будь такой испуганной. Мы всегда хотели троих детей, и у нас было бы трое, если бы мы не потеряли Кэролайн. – Роберт поцеловал ее в щеку. – Возможно, ничего нет, но, во всяком случае, зайди завтра к врачу. Или сегодня днем, если сможешь.