Шептунья

В просторном рабочем кабинете сидели двое. Когда-то темноволосый мужчина, теперь же практически полностью седой, задумчиво разглядывал молодого на вид мужчину и никак не мог решится что для него важнее. Пальцы его, вторя мыслям, медленно один за одним постукивали по большому лакированному столу, что был практически полностью заполнен стопками различных документов.

— Моему господину не важно кто именно это будет, — верно истолковал паузу посыльный, расслабленно сидя в кресле перед столом. — Хорошо подумайте, Робен Вернет, нужна ли вам огласка? — Брюнет позволил себе слабую ухмылку. — Мы даже готовы соблюсти формальность и предложить вам весьма значительно расширить территорию ваших владений. Уверен, и новое поместье в Стенбурге ваш сын оценит.

Владелец самых крупных банков во всей республике и отец восьмерых детей слегка нахмурился. Он здорово недолюбливал вампиров, но легкого решения ситуации не видел. Его ожидало если не позорное разоблачение, то контракт. Контракт представлялся ему хорошим выходом, к тому же самый младший из его четырех сыновей оставался единственным кто ещё не женился и всё от того, что на обязательное наследство в виде замка или поместья не хватало денег. Чуть больше чем через неделю замуж официально должна была выйти старшая из сестер Вероника и большинство средств уже ушло на её новую жизнь. Контракт на самую младшую дочь Эльзу был подписан уже давно и всего через полгода, как ей исполниться шестнадцать, вступал в силу. Две его оставшиеся средние дочери Корнелия и Синди, магически одарены — их судьба с самых малых лет была направленна на изучение и улучшение своих способностей в школе Магии и о свадьбе до двадцати лет речи быть не могло.

Но если не они, то кто тогда сумеет поддержать нужный статус семьи? — размышлял практичный Робен. — Эта сделка пусть и является результатом промаха, но в данный момент — это настоящий подарок судьбы, который так выгоден и так сейчас необходим. Но как быть, ведь я дал обещание дочерям доучиться, а потом и вовсе выбирать себе спутника жизни самим? И почему все крупные сделки обязательно должны заключаться браком, если в семье есть свободные от брачных уз дети?

— Сможет ли моя дочь закончить школу Магии? — с надеждой спросил седоволосый мужчина, решая, что благосостояние целой семьи важнее чем свободный выбор любимого одной дочери. Быть может и по этому контракту будет любовь?

— Моему господину нужен лишь подписанный контракт, — безразлично отозвался брюнет в деловом черном костюме, и отец многодетной семьи недовольно поджал губы. — Такие мелочи как постоянное нахождение невесты, а потом и жены в родовом замке во время обучения совсем не обязательны. Вашей дочери нужно будет лишь посещать совместно с господином важные мероприятия. Официальное торжество проведем, как и положено, через месяц, помолвка может пройти в кругу семьи и, если вы хотите, дадим шанс полностью закончить обучение.

— Хм. — Таким исходом дел, не считая маленьких недочетов, Робен был весьма доволен. Пусть любовью там и не пахнет, но зато будет время привыкнуть и под рукой всегда будет всё, что она пожелает. Ни это ли лучшая жизнь? Ведь свою любовь можно и вовсе не найти. Осталось только решить кто это будет, но это сейчас не самое важное. — Передайте господину Кельну, что я согласен и жду его завтра на ознакомительный ужин. Его не затруднит оказать честь нашему дому?

— Конечно. — Вежливая улыбка показалась на лице собеседника. — Приятно иметь с вами дело, Робен Вернет.

— Взаимно, — коротко отозвался тот, поднимаясь одновременно с посыльным. — Всего хорошего. Льюис вас проводит.

Черноволосый мужчина сделал короткий поклон головой и молча покинул комнату следом за дворецким.

Приятная на ощупь трава послушно прогибалась под пальцами и легко проводила через себя распознавательные импульсы. С закрытыми глазами вторым зрением я видела каждый стебелек на этой площадке, каждый росточек, каждую травинку, букашку на ней, пять сидящих на земле человек, не считая меня, и даже полностью корневые системы всех растений в ближайшем радиусе из десяти метров от меня. Распознавать и сосредотачиваться на каждой из всех этих оболочек одновременно было проблематично, но возможность контролировать всё и сразу привлекала безумно, и я старательно выполняла почти идентичное всем занятием задание наставницы по владению землёй.

Хотя её урок не совсем правильно отражал именно мои возможности в этой области. Я не владела землёй в её прямом назначении, не могла её контролировать и использовать в каких-то своих целях, как мои немногочисленные одногруппники. Я её просто чувствовала, но зато могла с точностью определять, что на ней расположено. Единственная во всех группах в школе по направлению Земли мне поддавалась не сама земля как таковая, а всё живущее на ней. Ещё с самого начала обучения, когда в восемь лет открылись мои слабенькие способности, меня никак не могли определить в подходящую группу. От этого порой мне приходилось совсем не сладко, ведь быть не такой как остальные не всегда здорово, а с такими странностями я была одна. Только у меня каким-то непонятным образом потоки магии были странно искажены, из-за чего мне, как никому, поддавалась живая природа, начиная с любимых растений, букашек и заканчивая крупными животными и деревьями. Слабо, но тем не менее. Вот и сейчас я старалась не только держать в голове образ всего находящегося рядом, но и по чуть-чуть растягивать территорию влияния. От всего пятиминутного удержания в сознании всех образов сразу голова начинала нещадно гудеть и казалось, что вот-вот я снова потеряю сознание.

Хотя бы ещё пару секунд, ну пожалуйста, — уговаривала я саму себя, пока от перенапряжения всё же не свалилась на спину.

— Всё, с меня хватит, — слабо прошептала, расслабляясь и глядя в затуманенное голубое небо.

— Ты не продержалась даже и десяти минут, Корнелия, — вновь начала свои нравоучения наша суровая и наблюдательная наставница земли. — Твои одногруппники общаются с землёй как минимум по пол часа. Где твоя выдержка?

Её тяжелые приближающие шаги как эхо отзывались во всём теле, но лишь тяжко вздохнув, я продолжала лежать на земле звездой. Пусть мышцы тела и не участвовали в процессе сканирования, но сил подниматься не было совершенно.

— Чем ты опять занималась? — недовольно спросила подошедшая учительница. — Опять свои травы высматривала? — Я привычно поджала губы и глубоко вздохнула, пытаясь как можно точнее изобразить раскаяние, но, видимо, здесь меня успели изучить уже достаточно хорошо. — И не нужно мне тут вздыхать, я же знаю, что ты многое можешь. Вот только никак не могу понять, почему концентрируешься именно на растениях и совсем не пытаешься соединить их с землёй? У тебя такой дар, а ты бездарно его растрачиваешь только на одно его применение. Я уверена, если ты будешь больше времени посвящать почве, то у тебя непременно всё получиться. И сядь, когда с тобой разговаривают.

Пересиливая себя, сгруппировалась в привычную позу лотоса и послушно сложила руки на коленки, выражая крайнюю степень внимательности.

— Другое дело, — коротко резюмировала она. — А теперь приступай к непосредственному овладению земли. И не думай переходить на растения, я вижу куда ты направляешь силу.

— Разумеется, Розали Вайлер, — кивнула я своей наставнице и учительнице в одном лице, а потом закрыв глаза и, углубившись кончиками пальцев в землю, стала пытаться призвать одну из древнейших стихий.