Чтение онлайн

Гекате приносят в жертву черных собак. Возжигают ей черные же свечи или чадящие факелы на рукоятях того же цвета. Угодные богине благовония — белена или могильный барвинок, лучше всего — смешанные с кровью жертвы.

Время ритуалов Гекаты — первый и третий часы после полуночи, предпочтительно первые два и последние два дня Луны.

Место ритуала — перекрестки заброшенных или безлюдных дорог и троп, кучи камней, острова на болотах. При необходимости проведения срочного, или же небольшого ритуала, вполне подойдет и лаборатория некроманта.

Мужским божеством-покровителем некромантии считают Аида, или Гадеса. Аиду приносят в жертву черных быков, сбрасывая их в шахты и пропасти. Наилучшим благовонием для ритуалов, связанных с Аидом, является сера.

Время этих ритуалов — третий час ночи, при мертвой луне, либо же в полнолуние. Места — пещеры, склепы, гробницы, ущелья, заброшенные шахты.

Время для обращения к основным богам Темного пантеона стояло сейчас не слишком подходящее. Поэтому Егор держал про запас еще несколько вариантов — вплоть до японской богини смерти Идзанами, и Самэди из гаитянского культа Вуду.

Но до воззваний к столь экзотическим покровителям было еще далеко. Первым в списке после Гекаты и Аида стояло имя, прекрасно известное не только тем, кто особо увлечен эстетикой смерти и посмертия.

"Он мог также словом потушить огонь, или утихомирить море, или повернуть ветер в любую сторону, если хотел. И у него был корабль, на котором он переплывал через большие моря, и который можно было свернуть, как платок. Он брал с собой голову Мимира, и она рассказывала ему многие вести из других миров, а иногда он вызывал мертвецов или сидел над повешенными. Потому его называли владыкой мертвецов".

Так говорится в преданиях о боге Одине, более всего известном по скандинавскому эпосу, куда этот персонаж, в свою очередь, пришел из древнегерманских легенд, где его звали Водан. Обычно некроманты к Одину не обращаются — все же, основные функции этого божества лежат в совсем иной плоскости. Один может просто не захотеть помогать кому-то в делах, связанных с мертвецами, сославшись на некие более важные заботы.

Чтобы облегчить себе задачу, Егор решил произвести обряды для обращения к десяти богам смерти разом. Надлежащих подношений у него сейчас не имелось — откуда ж было заранее знать, что придется делать это? Киреев рассчитывал обойтись благовониями, да собственной кровью, принесенной в жертву Гекате. Тут главным было — не уронить даже крошечной капли на поднос, предназначенный Аиду. В противном случае повелитель мертвых мог запросто утащить некроманта в свой подземный мир.

Откликнулись четверо: Геката, Один, Самэди и Осирис. Как и предполагал Киреев, Аид, которому интереснее было общаться с мертвыми, чем с живыми, остался глух к столь слабому воззванию, каким являлось сжигание щепотки серы.

Изображения богов возникли перед ним в воздухе — будто четыре окна, ведущих в иные миры, открылись перед Киреевым. Это здорово напоминало сетевую видеоконференцию. Когда Егор, обучаясь в Академии, впервые налаживал связь с покровителями, он едва удержался от улыбки, увидев, как это выглядит.

— Приветствую вас, Владыки, — склонив голову, произнес Егор.

— Здравствуй, Грегориус, — сказала Геката.

— Привет, — помахал рукой Один.

— Приветствую тебя, сын Северной земли, — пафосно произнес Осирис.

— А, это ты, — буркнул Самэди. — Чего надо?

Егор только усмехнулся про себя. Гаитянский властитель теней был известен своим скверным характером. В особенно дурное расположение духа он приходил, когда его вызывали люди, не входившие в "подведомственную группу". В большинстве случаев Самэди, конечно, поможет и белокожему некроманту. Но нервы в процессе потреплет здорово.

— Должно быть, происходит нечто чрезвычайное, раз уж ты счел необходимым одновременно обратиться к такому количеству покровителей? — произнесла Геката, окинув взглядом стоявшие на алтаре перед Егором подносы.

— Это так, Владычица, — кивнул некромант. — Дело мое серьезно и неотложно. Очень надеюсь на вашу поддержку в нем.

— Не тяни, — рявкнул Самэди. — Рассказывай.

Очухавшись, вампир Ринальдо обнаружил, что лежит, закутавшись в плащ, на обшарпанной скамейке, в каком-то темном дворе. Если не считать света, падавшего из окон образовывавших двор блоков многоэтажного дома. Ну, в темноте ничего удивительного кровосос не нашел — в городе стоял поздний вечер. Но как он очутился здесь? И что вообще вчера было? Да, кстати, сегодня-то какое число?

Разогнув затекшие ноги, Ринальдо сел, извлек из кармана мобильник и посмотрел последние звонки. "Альмаксис… Ох, ну да, ему ж вчера четверть тысячелетия стукнуло". Голова стремительно наполнялась воспоминаниями о безумной вечеринке в "Крыльях ужаса". "Да, там еще была потрясающая маленькая упырица. Правда, вдвое старше меня. Так, но почему же я здесь? И где оно — это "здесь"?".

Вот этих подробностей Ринальдо припомнить не смог. Пришлось звонить друзьям.

Сам Альмаксис трубку так и не взял — учитывая то, сколько именинник выпил накануне, сей факт тоже ничуть не удивил Ринальдо. Поняв, что до Альмаксиса не дозвониться, он набрал номер Крагера — еще одного вампира из числа присутствовавших вчера — или еще сегодня? — в клубе.

— Алло? — раздалось в трубке. По звучавшей на фоне голоса Крагера танцевальной мелодии Ринальдо понял, что веселье продолжается. — Ринальдо, ты?

— Ага, я. Что происходит, можешь мне объяснить?

— Нет, это ты мне объясни, что происходит, — оборвал его Крагер. — Под утро ты сказал, что хочешь пойти подышать свежим воздухом. И с тех пор как сквозь землю провалился. А мы продолжаем гулять. Ты где вообще?

— Не знаю, — признался Ринальдо. — А вы где? В "Крыльях ужаса"?

— Нет, перебрались к Альмаксису домой. Веселуха мировая просто. Так что давай, подтягивайся. И поживее. Мышью, мышью, — Крагер отключился.

"Надеюсь, я за день ничего дурного не натворил", — подумал Ринальдо, вставая.

За спиной загрохотала дверь подъезда.

— Нет, Колян, ну ты посмотри, какое чмо! — раздалось через несколько секунд. Ринальдо подумал, что эта оскорбительная фраза, вероятнее всего, относится к нему — больше ведь во дворе никого не было. Несоответствие прозвучавших слов реальному положению дел возмутило вампира до глубины его мертвой души. Ринальдо решил разобраться в ситуации и расставить точки над "i".