Чтение онлайн

Его друг теперь в полной истерике; я подхожу к Джею и кладу руку ему на локоть:

— Оставь их. Они просто придурки.

— Да, Джей, — добавляет Джесси серьезным тоном, — оставь их.

С таким же успехом мы могли бы быть невидимками, потому что Джей нас не слышит. Он подходит еще ближе к слишком разговорившемуся парню, в бешенстве оглядывая его.

— Извинись сейчас же.

Парень некрасиво фыркает.

— Да иди ты на хрен.

— Сам иди, — отвечает Джей, прежде чем пихнуть того в плечо. Возмущенный мужчина ослабляет на себе галстук и поднимается со своего места.

— Только попробуй дотронуться до меня, — брызжет он слюной, затем смотрит на Джесси: — Ты здесь работаешь, разве не нужно в таком случае вызвать охрану?

— Нужно, — отвечает она, приподняв бровь, — но думаю подождать еще минутку.

— Вздор. Этот кусок дерьма только что напал на меня. Я буду разговаривать с вашим менеджером.

— Милости прошу.

Джей встает перед лицом мужчины, а друг того пытается его успокоить:

— Слушай, нам не нужны неприятности.

— Правда? Потому что этот хрен напрашивается на них.

— Иисусе, прошу прощения, я просто слегка пошутил над твоей девкой. Немного посмеялся.

— Ну ладно, давай посмотрим, будет ли тебе сейчас смешно, — говорит Джей, прежде чем ударить его в челюсть, а затем снизу по ребрам. Мужчина падает на свое место, прижав руку к челюсти, в шоке глядя на него. Не думаю, что он поверил, будто Джей собирается на самом деле его ударить. Даже я не верила, пока этого не случилось.

Через мгновение вышибала, до этого стоявший на входе, хватает Джея за плечо и отталкивает от бизнесмена. Джей с легкостью вырывается из рук вышибалы, направляясь ко мне.

— Прости, что покидаем тебя так быстро, Джесс, но, похоже, я злоупотребил твоим гостеприимством, — он отсалютовал ей с улыбкой.

— Не беда, — говорит Джесси, и затем Джей хватает меня за руку.

— Пойдем, Ватсон. Нам пора делать ноги.

Он сдернул меня со стула, все еще избегая вышибалы, который пробирался к нам и кричал Джею, что отныне тому вход закрыт. Мы вылетаем из казино, держась за руки, и пробегаем пол-улицы, пока мне не приходится остановиться. Бег и каблуки не совместимы.

Задыхаясь, я сжимаю свою грудь, прежде чем разразиться смехом. Не знаю, почему я смеюсь. Скорее всего, это что-то вроде запоздалого шока. Джей становится передо мной и тоже начинает смеяться.

Мы не сразу успокаиваемся, а когда это, наконец, происходит, Джей подходит к обочине дороги и ловит такси. Только усевшись на заднее сиденье, я обретаю дыхание, чтобы заговорить.

— Не могу поверить, что ты ударил того мужика. Честно, я думала, что ты не станешь этого делать, — говорю я, еще не отдышавшись как следует. Водитель такси навострил уши, подслушивая. Я не была в таком ажиотаже с тех пор, как папа на мое одиннадцатилетие организовал мне в качестве сюрприза поездку в Диснейленд Парижа.

Джей разворачивается и, протянув руку, заправляет прядь волос мне за ухо. Он напряженно смотрит на меня, и в его глазах светятся эмоции, которых я не могу понять.

— Я не могу позволить всяким придуркам так говорить о тебе. Ни за что. Ты слишком хороша для этого дерьма.

Его слова вызывают во мне дрожь. Не хочется признавать, но где-то в глубине души мне приятно, что он защищал мою честь, толком даже не зная меня. Чувствует ли он что-нибудь ко мне, как я чувствую к нему? Хотя бы легкое влечение? Но тут он берет мою руку в свою, его пальцы сплетаются с моими. Большой палец поглаживает внутреннюю сторону моего запястья, а я смотрю в окно, наслаждаясь простым прикосновением его кожи к своей.

Выйдя из такси и приблизившись к входной двери, мы стараемся вести себя как можно тише, чтобы не разбудить отца. Взглянув на телефон, я вижу, что уже почти полночь. Я не сумела выиграть достаточно денег, чтобы купить себе новую швейную машинку; зато у меня стало немного больше наличных, чем было, когда я начинала — ну, хоть что-то.

Включив свет в коридоре и мельком взглянув на костяшки пальцев правой руки Джея, я замечаю, что они немного ободраны и покраснели от этих двух ударов.

— Поднимемся наверх, и я обработаю тебя антисептиком, — шепчу я, дотронувшись до его руки на долю секунды. Снимаю каблуки и оставляю их у подножия лестницы.

Он тихо следует за мной, и я гадаю, пялится ли он на мою задницу как в прошлый раз. Но у меня не хватает смелости повернуться и проверить это. Когда мы доходим до ванной комнаты, достаю пузырек с антисептиком с полки и немного ваты из шкафа. Джей присаживается на край ванны, наблюдая за мной.

— Тебе действительно не стоило нападать на того мужчину, — говорю я. — За свои годы я слышала о себе и похуже.

Его глаза потемнели.

— Кто говорил о тебе хуже, Матильда?

Я отмахнулась.

— Почти каждый раз, когда мы с моей подругой — Мишель - выбираемся поразвлечься, нам выкрикивают грубости. Думаю, без этого не обойтись, когда ты находишься в окружении подвыпивших мужчин, которые не следят за своим языком, — я замолкаю и поправляюсь, — женщины порой тоже бывают довольно скверными.

— Скорее всего, это от того, что они завидуют. А мужики так поступают потому, что ошибочно полагают, что так они смогут перепихнуться.

Я тихо смеюсь и наливаю немного антисептика на вату, перед тем как присесть рядом с ним и положить это все ему на руку.

— «Ошибочно» — совершенно верное слово.

Когда вата касается его костяшек, он шипит и чертыхается.

— Мать твою.

— Знаешь, что? Ты, бостонский ирландец, материшься даже хуже, чем ирландские ирландцы, — шучу я.

— Ага, — говорит он, — я сквернословлю, но по большей части использую свой рот во благо.

Я взглянула на него. Взгляд Джея действует на меня странно и возбуждающе, поэтому я отдаю ему вату.