Чтение онлайн

Этот вариант мне тоже показался не таким уж плохим. Что такое душа, я толком не знал, а вот насчет тела хорошо знал — без него фигово.

— Последний вариант — самый сложный. Ты не остаешься в стороне и не подчиняешься «черному ящику» и Чуду-юду. Если ты упустишь свой шанс — тело и душа гибнут, если сможешь его реализовать — тело погибнет, душа спасется.

Нечего сказать, порадовали! На фига мне душа без тела? Конечно, если б точно знать, что меня после успешного выполнения боевого задания направят на реабилитацию в рай или другую организацию, где нет сковородок, кипящих котлов или иного подобного оборудования для термообработки грешников, тогда еще можно поупираться. Л если окажется, что мне, допустим, для полной перековки и очищения от грехов придется в чистилище срок мотать?

Но все-таки я спросил, на всякий случай:

— А что надо сделать конкретно? И вообще что будет в 16.30, а?

— Когда сделаешь такой выбор, тогда и узнаешь! — ответила биомать-Родина.

После этого все мгновенно исчезло, появилась чернота непроглядная, а затем завертелась, сворачиваясь в одну точку, золотистая спираль…

Проснулся я там же, где и засыпал. То есть в постели с матерой супергадалкой, под красноватым, бардачным светом ночника.

Эухения похрапывала, должно быть, очень довольная, что я никуда не убежал, и, по-видимому, не испытывая особой тревоги по поводу того, что должно было произойти в 16.30. То есть ровно через 12 часов, ибо на электронных часах было 4.30 утра. Иными словами, в реальности я проспал всего лишь один час, хотя мне показалось, будто мое пребывание в потустороннем храме длилось намного дольше.

Стояла совсем мирная тишина. Во всяком случае, на территории «Горного Шале» никаких криков и выстрелов не слышалось. Самым громким звуком, который долетал до моих ушей, был храп Эухении.

Спать не хотелось совершенно. Более того, ощущался эдакий прилив сил, который некоторым образом подначивал потревожить супергадалку. Не думаю, что если б я захотел это сделать, то она была бы недовольна. Как-никак ее чудо-коктейль, видимо, именно этот эффект и предусматривал.

Тем не менее ворочать still sexy granny я не собирался. Отчего-то я был убежден, что если сейчас поддамся соблазну, то уже не выберусь отсюда до 16.30, когда наступит капут и телу, и душе. Поэтому мне показалось, что мне надо отсюда сматываться, и чем раньше я это сделаю, тем будет лучше.

Однако это оказалось не так-то просто сделать. Чертова кровать с теплой, гладкой и соблазнительной хозяйкой, безмятежно раскинувшейся на простыне, явно не хотела, чтоб я ее покинул. Едва я приподнял голову, как мне захотелось уложить ее обратно на подушку. Неслышимый, воркующий голосок, не произнося никаких конкретных слов, стал уговаривать меня остаться. В голове стали возникать картинки одна другой забавнее и бесшабашнее. Мне очень живо представилось, чем можно заняться на этой постели с Эухенией, потом подумалось, что было бы неплохо подключить Пепиту и Аурору… Фантазии оказалось и этого мало, она уже нарисовала целый гарем, в котором были и Элен, и Зинка, и Вика. Даже, кажется, Люба промелькнула. Конечно, мечтать не вредно, но меня вдвое сильнее приманивала та единственная реальность, которая храпела рядом со мной. И я все-таки потянулся к ней, убеждая себя, что ничего страшного не случится, если я еще разок приласкаю это тело.

Наверно, если б я сразу полез, куда потеплее, то финал был бы, так сказать, по первому варианту. Но я для начала ухватился за ее руку, хотел игриво поцеловать пальчики… Те самые, где были какие-то колечки.

Блин! На четырех пальцах ее руки блеснули, не отбрасывая тени, перстни Аль-Мохадов! Точно такие же, какие Чудо-юдо зарядил в свою таинственную установку. Еще через секунду я вспомнил, что мне уже мерещились зловещие перстеньки на руке Эухении… Они тогда показались и исчезли, вероятно, так будет и сейчас, если я продолжу ею заниматься. Нет, ну-ка на фиг это дело! Эта баба явно на подработке у «черного ящика».

Я рывком откатился от Эухении и спрыгнул с кровати на пол. Как был, в полностью беспортошном состоянии. Стало отнюдь не спокойнее. Больше того, почти сразу же захотелось вернуться и, наплевав на дьявольские перстенечки, которые тени не отбрасывают и одновременно существуют в нескольких местах…

Кажется, я чуть ли не силой отклеил ноги от пола, чтоб подальше отойти от кровати. Но тут сразу же встал вопрос, который опять меня притормозил. Неужели так и бегать по «Горному Шале» без штанов, будто записной нудист? Или скорее эксгибиционист, потому как основной прибор был у меня в боевом положении и принимать походное, несмотря на все страхи и треволнения, почему-то не собирался.

Первая мысль по решению этой проблемы сводилась к тому, чтоб забрать халат Эухении, который лежал на кровати неподалеку от нее, и, завернувшись в него, обрести хотя бы видимость приличия.

Но едва я сделал шаг назад, как на меня с новой силой обрушилось желание вернуться в койку и успокоить страсть с бабой, которая скорее всего якшается с нечистой силой. Жутким усилием воли я заставил себя отойти подальше от кровати.

Тут мне попалась на глаза дверца, за которой, как мне помнилось, находился санузел. Заглянув туда, я сразу обнаружил то, что требовалось, — огромное махровое полотенце. Из него, после некоторых размышлений, методом проб и ошибок, я соорудил нечто среднее между древнегреческим хитоном и индийским дхоти. Нельзя сказать, что вид получился гвардейский, но, по крайней мере, струмент на виду не болтался.

После этого я выскользнул за дверь и остановился в коридоре, раздумывая, куда направить свои стопы.

И правда, я ведь еще ничего не выбрал, если по большому счету. Даже к Эухении под бок не поздно вернуться. А если я сейчас в этом самом коридоре столкнусь нос к носу с Чудом-юдом, то вряд ли решусь послать его на Хрен и, уж во всяком случае, не сумею не подчиниться его первому же приказу. Ведь биомать-Родина сказала четко: выполнишь первый его приказ — и ты сам себе не хозяин. Будешь без рассуждений исполнять приказы папаши и его потусторонних руководителей.

Правда, именно в этот момент у меня неожиданно появилась глупая, но очень приятная для самоуспокоения мыслишка: а с чего это ты, Димуля, веришь всяким Бредам Сивой Кобылы? Не слишком ли много значения ты придаешь снам и кошмарам, которые твое возбужденное сознание тебе показывает? Почему ты вообще должен верить какой-то виртуальной даме, пусть даже и похожей на мать родную? Мало ли что привидится после такого напряженного дня?

И дальше пошло-поехало. Словно бы целая дюжина сладкоречивых успокаивающих голосков взялась меня уговаривать, утешать и умиротворять. «Действительно, с чего ты паникуешь? — лопотали в мозгу. — Кто тебе сказал, что в 16.30 произойдет нечто ужасное? Баба в храме? Ну и что? Разве это настоящий храм? Нет, ни фига подобного! Вместо икон — большевистские плакаты времен войны, вместо настоящих ангелочков — пионеры, да еще и похожие на младенца Ульянова! А не думаешь ли ты, богобоязненный экс-комсомолец Коротков, что тебя не в Божий храм привели, а в сатанинскую кумирню? Может, все это представление было устроено исключительно для того, чтоб сбить тебя с панталыку и настроить на противодействие отцу родному? Между прочим, в Писании говорится: „Чти отца своего, мать твою!“ А ты, сукин сын, опять в Павлика Морозова поиграть вздумал?»