Чтение онлайн

Зара напряглась. Она сразу поняла, что это не пустая угроза. Нет, она не боялась ни шейха, ни султана, но, чтобы иметь возможность бежать, надо было по меньшей мере остаться в живых.

Этот араб прав — впредь ей следует вести себя осторожней. Она кивнула в ответ, и он убрал руку.

— Вот так-то, лучше. — Джамал помог ей встать и развязал узлы. — Если тебе… хм… надо отойти, то вон там есть небольшая рощица.

Девушка снова кивнула и направилась к деревьям. Шейх двинулся следом.

— Ты куда? — остановившись, подозрительно спросила она.

— За тобой, куда же еще? Или ты предпочитаешь, чтобы тебя сопровождали солдаты Хасдая?

— В этом нет необходимости.

Джамал с удовлетворением отметил, что его совет не пропал даром, и пленница старается сдерживать свой острый язычок.

— Я подожду здесь, — сказал он. — Но поторопись, иначе я отправлюсь тебя искать.

Что-то в его тоне не понравилось ей, и она послушно поспешила в заросли. Пока рядом Джамал со своими головорезами, о побеге нечего и думать, но и на лишние неприятности нарываться тоже не стоило. Пусть он думает, что запугал, сломил ее, быть может, тогда его бдительность притупиться, и у нее появится шанс. Кроме того, рано или поздно ей на выручку придет отец со своими воинами. А уж если Аллах и им не даст удачи, она встретит свою долю со стоическим смирением.

— Пойдем быстрее, — сказал Джамал, когда девушка вернулась. — Моим людям не терпится, снова оказаться в городе, да самому мне давно пора домой. Я и так отсутствовал слишком долго… Если бы не приказ султана положить конец набегам твоего отца, я давно бы уже был у себя во дворце, наслаждаясь хорошей пищей и женскими ласками.

—Мне жаль твоих женщин, — презрительно бросила Зара.

— Но почему? — искренне удивился он.

— Разве они принадлежат себе? Их судьба вызывает жалость. Они обязаны исполнять все твои капризы, и ты пользуешься ими, как бездушными вещами. Разве не так?

Терпению Джамала настал предел. Кто она такая, в конце концов, чтобы поучать его, как надо, а как не надо ему обращаться с женщинами? Да и женщин-то у него в доме было не много: всего три наложницы да пожилая матрона, исполнявшая при них роль наставницы. Он слишком много времени проводил в море и не видел смысла в большом гареме. Женщинам надо уделять внимание, а если подолгу отсутствуешь, им от скуки может взбрести в голову все, что угодно….

— Я же предупреждал тебя, чтобы ты сначала думала и лишь потом говорила, — еле сдерживая гнев, сказал он. — Ты что, действительно не понимаешь, что можешь быть наказана за подобную дерзость? Мне кажется, иногда лучше промолчать, чем получить пару плетей.

— Я привыкла высказываться откровенно, — упрямо тряхнула головой Зара, — и вести себя соответственно, тем более с мужчинами.

— Неудивительно, что берберские женщины так распущенны. Вам дают слишком много свободы, — пробормотал Джамал.

Когда они вернулись в лагерь, солдаты были уже в седлах, с нетерпением ожидая появления шейха и его пленницы. Джамал помог Заре взобраться на Касыма, сел сзади нее, и через несколько минут отряд двинулся в сторону Мекнеса.

Базар поразил Зару буйством красок, запахов и звуков. На главной торговой площади старого города было многолюдно — и стар, и млад толпились вокруг бесчисленных торговцев, факиров, гадалок и танцовщиц, повсюду с громкими криками сновали водоносы; от обилия пестрых шатров и палаток рябило в глазах.

Проведя всю свою жизнь в горах, Зара никогда не видела ничего подобного. Зрелище настолько захватило ее, что на мгновение она даже забыла о своей незавидной участи. Затем пронзительный крик муэдзина с минарета, многократным эхом разнесшийся по всему городу, заставил всех правоверных замереть, опуститься на колени и обратить лица в сторону святой Мекки. Солдаты Хасдая спешились и незамедлительно присоединились к ним. Только после молитвы отряд продолжил свой путь.

Роскошные сады султана с их затейливыми живыми орнаментами из цветов, искусно подобранных по тонам и оттенкам лепестков, заставили Зару замереть от восхищения. Воздух был напоен тонким ароматом, от которого кружилась голова; во все стороны разбегались чисто выметенные, посыпанные золотисто-розовым кварцевым песком дорожки с причудливо постриженными кустами и карликовыми деревцами по бокам.

У главных ворот дворца Джамал спустил Зару на землю, затем спешился сам. Мгновение спустя тяжелые дубовые створки бесшумно распахнулись, и на пороге возникли два рослых стража в полосатых шароварах, коротких рубахах и фесках. Зара ступила в прохладный полумрак мраморного вестибюля и… застыла, пораженная открывшимся ее взору великолепием. Джамал мягко, но решительно подтолкнул ее.

— Ты что, принцесса, никогда прежде не бывала во дворцах? — не без иронии спросил он.

— Нет, — покачала головой девушка, — но и я могла бы жить в такой же роскоши, если бы вы, арабы, не украли наши земли и города.

— Иди вперед, — усмехнулся Джамал. — Султана наверняка уже известили о нашем возвращении, и он ждет меня с докладом.

— Куда ты меня ведешь?

— В гарем. Там ты поешь, вымоешься и переоденешься, пока я буду беседовать с владыкой.

Зара словно окаменела:

— В гарем? Ты в своем уме? Ноги моей там не будет!

Едва она произнесла эти слова, как появился чернокожий раб невероятной толщины, в длинных шелковых одеждах и мягких кожаных туфлях с острыми загнутыми носами и низко поклонился Джамалу. На его широком лице с расплывшимися, будто смазанными, чертами застыла заискивающая улыбка.

— Меня зовут Асад, господин, я главный евнух. Я отведу рабыню в гарем и подготовлю ее к встрече с великим Мулаем Исмаилом.

Зара гордо вздернула подбородок:

— Этому не бывать!

Евнух растерянно захлопал глазами: он всякое повидал на своем веку — слезы, истерики, даже попытки побега и самоубийства, но с такой неслыханной дерзостью столкнулся впервые.

— Строптивых рабынь следует учить, господин, — покачал он головой. — Наш великий султан — человек крутого нрава, он не терпит прекословия.

— Асад прав, — кивнул Джамал. — Делай, что тебе говорят, и прикуси язык. Мулай Исмаил слишком зол на кади Юсуфа, чтобы терпеть выходки его дочери.