Чтение онлайн

яв. — Ибэн Матвеевич спрашивает, не поведу ли я вас

в балет.

Антон приостановился.

— Он так сказал? Ишь ты! Значит, он считает, что

балет не для нас? А мы пойдем, Таня, обязательно пой¬

дем!

...Антон и Таня все сильнее привязывались друг к

другу. Он попрежнему был почтителен и робок с нею,

покорно следовал ее советам,, смущался своей неловко¬

сти. И все чаще улавливала она в его взгляде сдержан¬

ное, какое-то благоговейное восхищение ею, которое го¬

ворило об искренней силе его чувства. Это возвышало

ее в собственных глазах и пугало. Она видела, какие

нераскрытые богатства таятся в его душе, и понимала,

что наступит момент, и перед нею встанет во весь рост

человек, могучий, цельный, широкого размаха, и зара¬

нее страшилась этого человека — страшилась и ревнова¬

ла. Она подозревала, что любовь Антона к Люсе Кост-

роминой, первая и пылкая его любогь, не прошла. В том,

что Антон и Люся избегали друг друга, а находясь вме¬

сте, смущались, Таня улавливала что-то недосказанное,

затаенное — и тревожилась. Но временами она отмеча¬

ла неподдельное равнодушие Антона к девушке, и это

ее успокаивало.

И сегодня в Большом театре, когда потухли хру¬

стальные люстры и зазвучала музыка, Таня доверчиво

вложила свою руку в руку Антона.

Вот он, любимый Антоном знакомый вальс, не раз

слышанный им по радио!.. Сколько живописных красок,

сколько веселья! И какие красивые, плавные, ритмичные

движения!.. Эти подчиненные музыкальному ритму дви¬

жения были близки и понятны Антону: у молота во вре¬

мя работы им руководил тот же неуловимый внутренний

музыкальный ритм; он усмехнулся этому непрошенному

сравнению.

Но вот пролетела последняя стая лебедей, и музыка

смолкла.

В антракте Таня показывала Антону театр; они

прошлись по фойе, в буфете купили мороженое.

И снова вздрогнул и медленно разошелся по сторо¬

нам занавес. Теперь всю сцену — берег озера, залитый

таинственным светом луны, — заполнили танцовщицы в

белых воздушных одеждах — лебеди.

Все колыхалось, плыло, рябило в глазах. Ослепитель¬

ная пестрота сцены, музыка, тусклая позолота много¬

ярусного зала, едва внятное благоухание духов, исходив¬

шее от волос Тани, нежное пожатие ее руки — все это

сливалось воедино и наполняло душу ощущением пол¬

ного, почти осязаемого счастья.

Напряжение, с которым Антон начал смотреть балет,

улеглось. На душе его было спокойно и по-весеннему

светло. Но вот опять ему представилась кузница, вся в

зарницах вспышек, в синем дыму, в стройном гуле мо¬

лотов; промелькнули знакомые лица кузнецов. Он мыс¬

ленно отмахнулся, досадливо поморщившись. Никуда,

видно, не скрыться от нее! Даже опасливо покосился на

Таню, точно она могла догадаться, что он, глядя на ба¬

лет, думает о своей кузнице.

По окончании представления Антон усиленно хлопал

в ладоши: любовь победила зло,

— Вот мы с вами и в балете побывали, — сказала

Таня, выходя из зала. — Понравилось?

— Да.

— Все поняли?

Он усмехнулся:

— Нет.

Таня обиженно приостановилась:

— И вы молчали?

— Что тут понимать? Сказка! Разбирать игру арти¬

стов, восхищаться техникой танца я не стану — не

умею. — Помолчав, он взял ее иод руку и сказал. —

Бывает летом: духота, жара, зной, воздух горячий, лип¬

кий, все томится—дождя бы!.. И вдруг ударит ливень,

сразу все посвежеет, зазеленеет и дышится легче. То,

что мы видели, — для меня это дождь, честное слово!

Смотри, отдыхай, восхищайся и думай! — Он рассмеял¬

ся простодушно. — Лезет мне в голову кузница, да и

только! — Вставая в очередь к вешалке, он наклонился

к Тане, шепнул: — И опять я благодарю вас. Побольше

бы таких дождей — и урожай был бы отличный, честное

слово!

Они оделись, спустились по ступенькам лестницы,

прошли в сквер. Антон окинул взглядом театр — мощные

колонны, скачущих коней над ними, запорошенных сне¬

гом. Снег валил густо, улицы были заполнены белой ки¬

пящей массой; свет фонарей тонул в ней, расплываясь

матовыми пятнами. В шелестящей мгле торопливыми

тенями стремились люди, двигались машины и троллей¬

бусы. Город сделался каким-то седым, сказочно-древниы;

и весело думалось о заснеженных лесах, о дедушке Мо¬

розе с белой бородой, с красным, накаленным стужей

носом.

— Вот это снег!.. — протянул Антон, глядя на Таню.

Снежинки повисли у нее на ресницах, таяли на губах.—

Настоящий новогодний!

— А знаете, что Безводов придумал? — оживленно

сказала она и засмеялась. — Встречать Новый год за

городом, на даче.

— Ок выдумает!..

— Вы поедете?

— Я от Володи не отстану. А вы?

— Не знаю, — неопределенно ответила Таня, глядя

сквозь валивший снег на красные огни реклам. — Встре¬

тить Новый год за городом, в лесу хорошо бы. Но я обе¬

щала встречать с Фирсоновыми. Вот если бы их скло¬

нить, Алексея Кузьмича...