Чтение онлайн

— "Аннемари, дорогая!" — передразнил он. Девушка явно произвела на полковника де Граафа отталкивающее впечатление. — «Аннемари, дорогая...» Ты в своей кракеровской форме рядом с этой дамой — это, должно быть, потрясающее зрелище. Ты мне всегда казался разумным человеком. Это, должно быть, какая-то шутка! Где, черт возьми, ты мог подобрать подобное существо? Она же просто шлюха! Что за жуткое зрелище! Господи, этот грим, эти духи, как в борделе!

— Это на вас не похоже, сэр, вы обычно не судите о человеке по одежке. Поспешные суждения...

— Поспешные суждения! Эта дикая обувь! Этот грязный свитер, он же горилле впору!

— Очень практичный свитер, сэр. Никому и в голову не придет, что под этим свитером она носит автоматическую «беретту», которая укреплена на поясе.

— Это существо носит «беретту»? Автоматическую «беретту»? Как, эта пародия на человека носит оружие? Ты сошел с ума! — Полковник глубоко затянулся сигарой. — Нет, ты не сошел с ума. Я не жалуюсь, Питер, но ты меня просто потряс.

— Полагаю, мне следовало бы вас предупредить. Аннемари действительно производит довольно странное впечатление на людей, которые впервые ее видят. На самом деле эта жуткая ведьма — совершенно прелестная молодая леди, или будет таковой, если ее часок

отмочить в ванне. Она милая, можно сказать, просто очаровательная девушка. Говорит на четырех языках, имеет ученую степень и работает в полиции Роттердама. Вы понимаете, сэр, к чему я веду. Если уж Аннемари сумела провести шефа полиции, то есть человека, которого в состоянии обмануть лишь немногие, в таком случае она может обмануть кого угодно.

— Где же ты достал такое сокровище?

— Получил по обмену. Сказать по правде, для Роттердама обмен был не очень справедливый. Я знаю, что она у них провела шесть месяцев на подпольной работе. У нас нет никого, кто мог бы с нею сравниться. Мне было нелегко ее получить, но у меня есть друг в полиции Роттердама.

— Почему меня об этом не проинформировали?

— Насколько я помню, вы мне предоставили свободу действий. Я бы вам доложил, если бы было о чем докладывать. Мне просто не хотелось беспокоить вас по пустякам.

Де Грааф улыбнулся.

— Я сомневаюсь, что эту молодую леди можно отнести к пустякам. — Ты ее не пригласишь?

Девушка вошла, и де Грааф любезно махнул рукой, предлагая ей сесть.

— Извините, что заставил вас ждать. Вы знаете, кто я?

— Да, конечно. Вы полковник де Грааф, мой шеф, — чуть хрипловатый Голос девушки был низким и приятным — полная противоположность ее внешности.

— Это что, лейтенант ван Эффен вам сказал?

— Ему незачем было говорить мне об этом, сэр. Я работаю на него, и я знаю, что он работает на вас. Кроме того, я много раз видела ваши фотографии.

— Этот костюм, который вы носите, Аннемари. Вам не кажется, что в нем вы выглядите подозрительно?

— Что? Там, где я должна вести разведку? Уверяю вас, сэр, что по сравнению с тем, что там носят, мой костюм еще довольно скромный и к тому же хорошо воспринимается в той среде. Не так ли, Питер?

— Что? Питер? Младший по званию зовет старшего по званию просто по имени?

— Я выполняю приказ, сэр. Мы пару раз работали вместе.

— Так вы друзья?

— Да, сэр.

— Хотел бы я посмотреть на вас вместе!

— Мы и в самом деле прелестная пара. Я сказал Аннемари, что было бы неразумно называть меня лейтенантом в подобной компании. Я просил ее называть меня Питером и всегда думать обо мне как о Питере. В таком случае она не сделает случайной ошибки. Много лет назад один человек все уши прожужжал мне об этом.

— Это был я. Насколько я понимаю, вы носите оружие, молодая леди? Вы умеете им пользоваться?

— Меня учили этому в полиции.

— Вам приходилось им пользоваться?

— Должна вам признаться, я очень надеюсь, что мне не придется пустить его в дело.

— А вы бы смогли им воспользоваться?

— Я не знаю. Если мне бы пришлось спасать чью-то жизнь, то возможно. Но я не могу убить человека. Я не люблю оружие и, боюсь, я не очень смелая, сэр.

— Это чушь! Но ваши чувства делают вам честь. Я и сам испытываю то же. А для того, чтобы решиться пойти к кракерам, нужно быть смелой.

Девушка слегка улыбнулась.

— У кракеров свитер с таким большим воротником оказывается очень полезным. Под ним не видно, как бьется пульс у меня на шее.

— Чушь! А как дела у ваших друзей-кракеров? Готовят что-нибудь интересное?

— Они не слишком интересные люди, сэр. Можно сказать, даже довольно скучные. Большинство из них только делают вид, что, участвуя в маршах, выступают против властей. Конечно, среди них есть и наркоманы, и продавцы наркотиков. Есть и довольно крепкая группа, которая занимается торговлей оружием. Они продают малогабаритное русское оружие Ирландской республиканской Армии или другим подрывным элементам. Но Питер велел мне не беспокоиться по этому поводу.

— Значит, молодая леди не должна беспокоиться по поводу продажи оружия, да, Питер? Почему?

— Вы спрашиваете об этом меня, сэр? Америка, Россия, Британия и Франция торгуют оружием совершенно легально, да еще с оборотом в миллиарды долларов ежегодно. Тем же занимаются и Израиль, Ливия и Бог знает кто еще. И все это с благословения своих правительств. А что же мы вдруг такие богобоязненные, такие моралисты? Почему мы должны прикидываться более святыми, чем все остальные? И это в то время, когда наши частные предприятия имеют просто крошечный годовой оборот! Так или иначе, но я знаю, что по-настоящему вас это не интересует. Единственное, что вас по-настоящему интересует, — это наркотики и все возрастающие угрозы королевской семье и членам правительства.

— Да, да, конечно. Есть что-нибудь интересное в этой области?

Аннемари покачала головой.

— Васко... Вы знаете Васко?

— Да, слышал, хотя и никогда его не видел. Мы должны были сегодня здесь встретиться. Я думал, что он придет вместе с вами.

— Я тоже так думала. Мы собирались встретиться в кафе неподалеку почти час назад. Я там была, но не обнаружила никаких признаков Васко, что совершенно на него не похоже.

— Этот ваш друг, он что, настоящий кракер?

— Ну, он похож на кракера, но может им и не быть, не правда ли? У кракеров есть свои лидеры — люди не лишенные характера и обаяния. Есть у них и свой совет. Васко является членом такого совета или близок с одним из его членов. Сам Васко говорит, что он против кракеров, и я ему верю. В конце концов, он ведь работает на вас, не так ли?