Чтение онлайн

– Пока давай то, что есть, а слугу своего отправь куда следует – хочется горячего. И чтобы не просто каши.

– Да понятно. А чего конкретно?

– Тирамису, ёксель-моксель! Или меню подайте. – Серёга слегка… не то чтобы разозлился, но достаточно ясно показал, что вопрос задан дурацкий. Можно подумать, что я из себя метрдотеля тут выкомариваю. – Ты в себя придёшь наконец? Жареного мяса или рыбы. Желательно солений каких-то. Хлеба. Ну и, наверное, водки докупить. Я завтра около полудня уезжаю.

Что-то я действительно туплю, пора уже и оклематься.

А Горский – молодец: быстро, чётко, ясно…

Вспомнилось тут же из «того» мира: заскочишь в магазин за хлебом или сметаной, или ещё за чем-нибудь. Там очередь человек на пять. Встаёшь. Первые двое отовариваются достаточно быстро, но потом к прилавку подходит ОНА. Тетка практически произвольного возраста. И говорит, например: «Чёрный кирпичик, пожалуйста».

Продавщица немедленно кладёт товар на прилавок, но потом произносит страшное: «Ещё что-нибудь?»

И эта зараза в юбке, которая пять минут стояла у прилавка и видела всё, что находится на витринах и стеллажах, задумывается: «А может, действительно ещё что-нибудь?»

Марафон стартует! Дама начинает закупаться! В её сумку перемещается ещё около пятнадцати наименований товара. Причём почти каждая новая покупка предварительно обсуждается с продавщицей и проходит мучительная процедура выбора какой-то одной позиции среди аналогов.

Причём, как только покупательница предварительно готова приступить к расчёту за покупки, провокаторша с той стороны прилавка бросает: «Ещё что-нибудь?»

И снова скрипят извилины, и снова начинается мучительный выбор…

Неужели свершилось?! Не-а: появляется ребёнок, который до этого шустрил где-то в стороне: «Мама (бабушка), а мороженое (йогурт, шоколадка и т. д.)?»

Дальнейшее представить несложно: снова выбор и обсуждение. Причём в случае мороженого ещё и с отходом к холодильнику…

Вроде всё кончилось. Называется сумма. И эта… только сейчас начинает копаться в «чёрной дыре», имеющей вид небольшой женской сумочки в поисках кошелька!.. Она, типа, никак не ожидала, что за покупки нужно будет платить!

А за её спиной уже хвост человек в шестнадцать, и как минимум первые десять интенсивно желают ей всевозможных неприятностей вплоть до летального исхода…

…Я быстро проинструктировал Тихона и вернулся в комнату. Водка уже налита, сало и хлеб порезаны.

– Как думаешь, – спросил Сергей после первой, – что теперь с Наполеоном и его армией делать планируется?

– Не нам с тобой решать, конечно… По-моему, армии его – карачун. Не выпустит Кутузов уже никого. Во всяком случае, при оружии. Но совсем загнобить Францию недальновидно. Как говаривал Бисмарк: «Оставим её стрелой в сердце…», Англии той же. И Германии. Чтобы не сильно хамели. Хотя ты же знаешь, я в политических играх не силён. Император, само собой, пусть пока у нас погостит, но с перспективой возвращения на родину…

– Корсику имеешь в виду? – улыбнулся Горский.

– Сам знаешь, что не её. Хай себе в Парижик следует в случае необходимости. Чтобы по ту сторону Ла-Манша ребята определённую дрожь в коленках всё-таки имели.

– А «недорубленный лес»? Ведь натура у Бонапарта мстительная – корсиканец, как-никак. Вернётся к нам через несколько лет и прежних ошибок повторять не будет.

– Предлагаешь мне адвокатом дьявола выступить?

– Ну, что-то типа того. Итак?..

– Его армия вернётся домой без оружия. Все нефранцузские формирования будут утрачены, промышленный потенциал Европы – тоже.

– Уверен? А как это обеспечить?

– Придуриваешься?

– Нет, просто играю по правилам.

– Да просто, пока во всяких германиях-италиях не придут к власти соответствующие режимы, мы его не выпустим… Слушай, честно говоря, мне уже глубоко по барабану, что там начнёт твориться в политике, главное, что не состоится заграничный поход, надеюсь, что не будет военных поселений… Хочу в Питер, в лабораторию. Надоели эти стрелячки и иже с ними.

Стук в дверь прервал мою тираду. Вернулся Тихон.

Ну не золото мой «Планше»?

Телячьи почки, тушённые с луком и солёными огурцами, отварной язык под соусом, говяжье филе, запеченное с беконом, тушёная кислая капуста с копчёной грудинкой…

Ни черта себе шикуют в не затронутых войной окраинах!..

Наши с Серёгой рты минут на десять стали способны только поглощать пищу.

Картошечки бы ещё… Ладно, обойдёмся – и так просто праздник живота получился.

Я не стал доколупываться на предмет: «А где рыба?» Нет – значит, не было. А если и была, то недостойна наших «благородных» желудков. Если уж Тихон не принёс…

Опять стук в дверь – сам Денис Васильевич пожаловал…

– Не потревожу поздним визитом?

– Ну что вы, Денис Васильевич, рады видеть. Просим к столу.

– Не откажусь, я именно на ужин и рассчитывал, и не с пустыми руками… Васька, заноси!

Неизменный денщик гусара тут же заволок в помещение корзину, из которой споро выставил ещё одну бутыль с водкой, жареную курицу, каравай и горшочек с икрой.

Застолье предстояло солидное.

– А вы знакомы с капитаном Горским? – слегка ревниво поинтересовался гусар.

Понятно: чего это я тут распиваю с заезжим драгуном, а не с боевым товарищем.

– С юности. (Благо что про свою «юность в Орегоне» я Давыдову не рассказывал.)

– Тогда понятно, что вы предпочли его общество… Простите, может, я помешал?

– Ни в коем случае, Денис Васильевич, – поспешил встрять Серёга, – мы будем очень рады разделить трапезу с вами.

– Благодарю, господа, за радушный приём…

Я прекрасно понял смысл паузы и поспешил снова наполнить «бокалы»…

Курица – так себе. С цыплятами-бройлерами двадцатого века не сравнить, да и не фаршированная, не маринованная перед приготовлением… Со специями опять же проблемы. Но ничего: выпили-прожевали.