Чтение онлайн

– Все было сделано очень аккуратно, мистер Макальпин. По крайней мере теперь мы знаем, что вы умеете летать.

И после этого опять начались вопросы.

– Мы шли со стороны солнца со скоростью 800 километров в час. Никто не мог догнать нас при такой скорости. Я немного взял рукоятку на себя и начал делать иммельман. Поверь мне, Филипп, "Мессершмит-262" был прекрасной машиной. Прекрасной и опасной, потому что это были совершенно новые машины.
– Бывший генерал Ноландер все ещё находился в апреле 1945 года. Я снова погрузился в свои собственные воспоминания, чтобы немного отвлечься от того, насколько я устал.

Во время второй беседы было задано несколько существенных вопросов, искусно спрятанных среди рассуждений о моих успехах в учебе и обзора текущей финансовой ситуации.

Спрашивающий: - Мистер Макальпин, приходилось вам когда-либо вступать в гомосексуальные отношения?

Макальпин: - Я посещал английскую казенную школу. Конечно, мне приходилось сталкиваться с гомосексуальными отношениями.

Спрашивающий: - А после школы?

Макальпин: - Нет. После того, как я окончил школу, девушки стали доступнее.

Спрашивающий: - Были вы сексуально настолько удачливы, как вам хотелось?

Макальпин: Ради всего святого, кто может так отважиться сказать? Но мне кажется, я неплохо справлялся. Я имею в виду, что мне не приходилось грызть ногти от разочарований.

И еще:

Спрашивающий: - У вас есть разрешение на ношение оружия. Вы прилично стреляете из пистолета?

Макальпин: - Каждый, кто в этой стране обзаводится пистолетом, стреляет достаточно прилично. Я немного практиковался и неплохо стреляю, но вряд ли сорвал бы аплодисменты в Бисли или где-то еще.

И еще:

Спрашивающий: - Вашим последним начальником был майор Томас Стаффорд. Какого вы о нем мнения?

Макальпин: Что вы имеете в виду? Лично я не любил его, но в работе он весьма компетентен. Он не глуп, если вы понимаете, что я имею в виду, у него строгий логический ум. Кроме того, он чертовски коварен и хитер, так как сам из бывших вояк. Может быть, вам это и не очень нравится, но вовсе не умаляет его ума.

Спрашивающий: - Почему вы не любили его?

Макальпин: - О, для этого было множество причин. Он очень властен, а я всегда был немного бунтарем. Он обращался со мной, словно с полным идиотом. И думал, или может быть заставлял меня думать, что если британская компания бытовых электроприборов платит мне зарплату, то тем самым владеет мною полностью и безраздельно..

Довольно хитроумно с моей стороны - изобразить себя немного бунтарем. Думаю, скорее всего им понравилось, что будущий пилот испытывает определенное недовольство правящей элитой.

И наконец:

Спрашивающий: - Брали вы взятки?

Макальпин: - Да.

Спрашивающий: - Можете вы рассказать об этом поподробнее?

Макальпин: - Эта группа работала на свой страх и риск для одной итальянской компании. Они хотели получить кое-какую информацию насчет одного из наших изделий. Небольшая такая вещичка. Связались с одним из наших дизайнеров, который мне об этом рассказал. Я сделал вид, что обладаю нужной информацией и готов встретиться с ними. Мне предложили 1200 фунтов. Я рассказал Стаффорду и вместе с ним и дизайнером мы сфабриковали фальшивую разработку. Выдумку чистейшей воды. Затем я встретился с ними и забрал деньги. Было очень забавно, когда они радовались как крысы на кондитерской фабрике. Мне всегда хотелось узнать, пытались ли они реализовать наш материал.

Спрашивающий: - А что произошло с деньгами?

Макальпин: - Эти свиньи из компании их забрали.

Спрашивающий: - Предположим, вам предложили бы 50 000 фунтов. Вы и тогда доложили бы Стаффорду?

Макальпин: - Понятия не имею. Еще никто никому не предлагал 50 000 за промышленный шпионаж. Просто я не знаю, как стал бы реагировать на столь большую взятку. Пожалуй и никто не знает, пока ему не предложат такую сумму, а потом все будет зависеть от текущего состояния вашего финансового счета и вида наказания, который угрожает, если вас поймают. Вы задаете мне довольно странные вопросы. Почему?

Спрашивающий: - У нас есть для этого причины.

Мне не хотелось, чтобы у них сложилось впечатление, что я уж слишком глуп.

– ...я увидел, как прямо передо мной взорвалась "Летающая крепость". Небо было заполнено кувыркающимися самолетами и сверкающими следами трассирующих пуль. Храбрые парни из Люфтваффе заканчивали свою последнюю битву. Глухо рвались снаряды, сбивая перепуганных "Темпестов" и "Мустангов". У него действительно был дар рассказчика, у этого бывшего немецкого генерала. И его воспоминания это подтверждали. Их можно было бы продать за полмиллиона.

Третья и последняя беседа состоялась в шикарном небольшом особняке в Бельгрэйвии. Сначала меня подвергли тщательному медицинскому обследованию. Кровяное давление, моча, рентген, кардиограмма и все такое прочее. Этих людей совершенно не интересовало, через что меня заставило пройти Министерство авиации для получения лицензии пилота. Сказав, что у меня немного избыточного веса, о чем я и сам знал, мне позволили одеться и убраться на последнюю проверку.

Спрашивающий: - Как вы относитесь к цветным?

Макальпин: - У меня нет к ним никакого специфического отношения. Если вы хотите знать, что я думаю по поводу новых африканских республик, то я отвечу, что, по-моему, у них повсюду там чертовский беспорядок, - но учитывая все эти племенные проблемы и пережитки колониального правления, на что можно рассчитывать? Лично я думаю, что цветные мало чем отличаются от остальных людей.

Спрашивающий: - А что бы вы сказали относительно цветного начальника?

Макальпин: - Примерно то же самое, что он сказал бы обо мне. До тех пор, пока он будет делать свое дело и не станет слишком уж явно неприятен мне без каких-либо видимых причин.

Спрашивающий: - Предположим, майор Стаффорд был бы негром?

Макальпин: - Мы со Стаффордом не любили друг друга. Шло это откуда-то изнутри. И будь он черным, желтым или оранжевым, это ничего бы не изменило. Я не стал бы возражать, выйди моя сестра замуж за африканца. И даже мог бы испытывать к нему глубокую симпатию.

Раздался смех. И снова:

Спрашивающий: - Что это такое?

Он протянул мне небольшую серебряную коробочку.

Макальпин: - Серебряная коробочка, причем по внешнему виду довольно старая, я не очень-то разбираюсь в пробирных клеймах, чтобы высказаться с уверенностью. Могу предположить, что первоначально это была коробочка для нюхательного табака. Сейчас такие табакерки в моде у коллекционеров.