Шпионские страсти
Шрифт:
— Сейчас все стригутся у него! Молоденький мальчик, но очень талантливый! И такой голубой.., прямо до синевы! Такой жеманный, кокетливый, рубашка с кружевами! А гы же знаешь, Маргоша, что самые лучшие парикмахеры — голубые! Никто лучше их не понимает женскую душу!
— И что — ради того, чтобы прослушать эту трепотню, мы приложили столько усилий? — недовольно проговорила Лола. — Ты считаешь, оно того стоит?
— Если она так тщательно уходила от слежки, значит, это не просто дамская болтовня! оборвал подругу Маркиз. — Слушай внимательно, может быть, главное еще впереди…
— Ну слушаю, слушаю…
И как раз в это время доктор Неврозова откашлялась и тем же фальшиво-доброжелательным голосом продолжила:
— Маргоша, золотко, а ты мне кое-что хотела отдать!
Звякнула ложечка — должно быть, собеседница Неврозовой положила ее на блюдце, прежде чем ответить:
— Галочка, душечка, ты и так слишком много для меня сделала! Я тут на досуге подумала и решила, что сама разберусь с этим вопросом..
— Сама? — в голосе докторши прозвучало плохо скрытое раздражение. — Марго, но тебе, в твоем положении, это не слишком удобно!
Мало ли кто тебя увидит, узнает в лицо…
— Да кто меня узнает! — ответила Марго со смехом. — Я же не кинозвезда и не знаменитая теннисистка! И к тому же сейчас меня вообще здесь нету! Я только послезавтра приезжаю!
А сейчас я в Сестрорецке нахожусь на очищении организма! Муж меня отправил, очень за мое здоровье беспокоится!..
— Но как раз кинозвездам и теннисисткам скандалы совершенно не страшны.., наоборот, даже полезны для рекламы, а у тебя совсем другое положение. Представь, что слухи просочатся и дойдут до Глеба Ивановича!
— Глеб Иванович не тот человек, который придает значение слухам! — отрезала Марго довольно сухо.
— Нет, как ты хочешь, а тебе самой нельзя этим заниматься, — не сдавалась Неврозова. Я, как твоя подруга, предложила свои услуги в таком щекотливом деле, а ты, вместо того чтобы с радостью согласиться.., нет, как хочешь, а я тебя не понимаю!
— Как подруга? — холодно повторила Марго. — Я уже начинаю в этом сомневаться! Слишком уж ты, подруженька, беспокоишься о моих семейных делах! Нет ли у тебя в этом личного интереса? Может быть, твоя фамилия тоже присутствует в этой книжечке?
— Моя? — Неврозова фальшиво рассмеялась. — А ты что, Маргоша, еще не дочитала до конца? Ты должна отлично знать, что меня в этой книжке нет! Да как ты только могла подумать!
— Я уже не знаю, кому можно верить! — с пафосом произнесла Марго. —Я много лет верила Глебу! Верила как самая последняя дура!
А теперь вижу, что перечень его любовниц не умещается в книжке! Так что сама посуди могу я теперь верить хоть кому-то?
— Уверяю тебя, — сбавила тон Неврозова. — Мне ты можешь верить! Впрочем, если не хочешь отдавать это мне — твое дело, поступай как знаешь. Я просто хотела немного помочь тебе…
— Не сердись. Галочка, — примирительно отозвалась Марго. — Ты, конечно, права, но мне очень захотелось сделать это самой.., и я тебе скажу — это оказалось удивительно приятно!
Я просто сама этого не ожидала! Совершенно восхитительное чувство!
— Ты хочешь сказать, — удивленно переспросила Неврозова. — Что уже нашла кого-то из списка и что-то сделала?
— И не одного! — восторженно воскликнула Марго. — Я нашла уже четверых!
— У тебя удивительные способности, — настороженно ответила ее собеседница.
— Не зря же я столько лет прожила с Глебом! Я очень многому от него научилась! Не даром же говорят, муж и жена — одна сатана…
— Вот именно — сатана… — негромко повторила Неврозова.
— А вот сейчас я раздумываю над совершенно другим вопросом, — продолжила Марго, не обратив внимания на последнюю реплику.
— Над каким же?
— Заказать еще одно пирожное или нет?
С одной стороны, нужно худеть, а с другой они такие вкусные… Я там на этом очищении за первые два дня так намучилась! Такой дрянью там кормят! Худеть не захочешь!
— Худеть? Да зачем тебе худеть! — Неврозова снова оживилась. — Ты в прекрасной форме!
— Но у меня есть несколько лишних килограммов…
— Ничего они не лишние! Ты прекрасно знаешь, что мужчинам не нравятся ходячие скелеты! У тебя замечательная фигура, и лишнее пирожное ее нисколько не испортит!
— Ты думаешь? — протянула Марго с некоторым сомнением. — Почему же тогда Глеб, паразит, гуляет налево?
— Все мужики козлы. Как их ни корми, как ни ублажай — а они все равно так и зыркают по сторонам…
— А, была не была! Девушка! Девушка! Принесите мне еще два пирожных!
— Как тебе все это понравилось? — проговорил Маркиз, почувствовав, что больше ничего интересного сегодня не услышит. — Ты слышала, о чем эти милые подружки разговаривали?
— О пирожных, о парикмахерах.., а правда, Ленечка — кто такой этот Артур? Почему я до сих пор не стригусь у него? Я чувствую себя глубоко обделенной…
— Лолка, ты прекрасно понимаешь, что я говорю вовсе не о том!
— А о чем? — Лола раскрыла пудреницу с зеркальцем внутри и внимательно разглядывала кончик собственного носа. — Ужас какой!
— Что — ужас? — удивленно переспросил Леня.
— Кажется, у меня на носу намечается прыщик…
— Лолка! — Леня повысил голос и грозно засверкал глазами. — Ты можешь хоть на минуту сосредоточиться и подумать о деле!
— Да, могу, а что? — отозвалась Лола с невинным видом, убирая пудреницу.
— А то, что они говорили про какую-то записную книжку!
— Ну и что? Они говорили про книжку, в которой муж этой толстухи записывал своих любовниц. Нет, но все-таки вы, мужчины, просто невозможны! Это же надо — заиметь столько любовниц, что они уже в голове не умещаются, приходится записывать!