Чтение онлайн

— Знак Танцующего Пламени — наемный убийца — объявил Джиджи, когда Шейвер показал Ченси карту. Джиджи усмехнулся. Шейвер всегда вредничал, когда проигрывал.

Нахмурившись, Ченси сунул одного из своих рыцарей в отбой. Шейвер сдал ему свои неиспользованные карты и приказал слуге принести еще выпивки.

Шейвер вытянул жреца из неиспользованных карт Ченси и заменил убитого рыцаря.

— Сколько ты хочешь карт, Джиджи? — спросил Лэмбси.

Лэмбси Дэйн, как обычно, спасовал раньше других, не желая рисковать большой суммой. Отец Лэмбси, один из самых богатых фермеров в Приморье, установил сумму, которую сын может проиграть, и тот никогда не превышал этот рубеж.

Глядя на канделябр, висящий над столом, Джиджи пытался оценить свои шансы.

Его стихия — земля, а в колоде осталось не так много каменных карт. Старших карт было маловато, и Джиджи не мог сыграть их без младших карт каменной масти, которые должны были защитить старшие. Каждая неиспользованная карта удваивала цену новой, но он не мог сбросить те, которые у него были — слишком много было карт у Ченси, которые тот мог использовать против него.

— Первая карта будет стоить тебе шестьдесят четыре, а если ты не сыграешь ее, то вторая сто двадцать восемь, — сказал Лэмбси.

— Спасибо Лэмбси, я умею умножать на два, — с резким смешком ответил Джиджи. Хотя после выпитого бренди с математикой у него стало плоховато.

Он отсчитал шестьдесят. четыре желтые палочки. Лэмбси сдал ему шута — почти бесполезная карта, но подходит для игры. Джиджи перевернул ее и поставил в свою армию.

— У тебя есть колдунья, бард и шут, — сказал ему Ченси. — Ты собираешься руководить своими войсками или развлекать их.

Не обращая внимания на насмешки Ченси, Джиджи заплатил еще шестьдесят четыре и попросил у Лэмбси еще карту.

Лэмбси сдал ему четверку ветров, непригодную, но которую можно было сбросить. Но если Джиджи сбросит карту, то не сможет купить еще. Он сунул ее в неиспользованные.

— Еще одну, — сказал Джиджи, отсчитывая еще сто двадцать восемь.

Лэмбси сдал ему третью карту.

Джиджи вытянул жреца из неиспользованных карт и сыграл его с новой.

— Луна! — воскликнул Шейвер. — Тебе повезло.

— Дуракам везет, — сказал Лэмбси.

— Прилив кончился, войска воды отступают, — сказал Джиджи. Вода была стихией Ченси.

Явно раздосадованный, Ченси собрал свои младшие карты и сунул их в неиспользованные.

— Я думаю, мои вожди вызывают твоих на единоборство, — сказал Джиджи. — Моя колдунья против твоего жреца и бродяга против воина.

— Тогда не останется никого, чтобы командовать твоими войсками, — возразил Ченси.

— Шут может командовать, пока играет луна, — ответил Джиджи.

— Это правильно, — согласился Лэмбси. Поставленный перед возможностью проиграть еще больше, Ченси спросил:

— Какие условия сдачи ты предлагаешь?

— Половину твоего долга, — великодушно ответил Джиджи.

— Принято. Ченси отдал рыцаря и жреца Джиджи.

— Земля выиграла, — заявил Шейвер. — Он легко отделался, Джиджи.

— Уже поздно, — сказал Джиджи. — Мне нужно идти.

— Так рано?

Джиджи кивнул и попросил у слуги счет. Его друзья сосчитали свои долги.

Лэмбси заплатил шесть кусков серебра, Шейвер и Ченси написали расписки. Хотя Шейвер вряд ли мог отдать свой долг. Отец Шейвера, глава еще одной титулованной фамилии в Приморье уверял, что Кормарилы не имеют проблем с выполнением своих обещаний. Но Шейверу приходилось одалживать у Ченси. Отец Ченси, так же как и отец Лэмбси, был очень богатым фермером и преуспевающим торговцем. Он давал Ченси достаточно денег, но у того карточных долгов было больше, чем деревьев в Кормире.

Боттлз, хозяин таверны, подошел к столу и положил счет. Посетители никогда не оспаривали сумму, проставленную в счете. Могучее телосложение бывшего солдата обескураживало робких, а его резкие манеры ясно показывали даже самым высокомерным посетителям, что нет человека, способного его испугать.

Джиджи взглянул на счет и потянулся за своим кошельком. Затем он начал отчаянно хлопать себя по карманам. В это время Боттлз унес стаканы.

Ченси хлопнул его по спине и спросил:

— Что-то случилось, Джиджи?

Джиджи повернулся к своим приятелям.

— Кажется, я потерял свой кошелек.

— О, дорогой. Нам надо позвать шерифа, — невозмутимо заявил Шейвер. — Боттлз не принимает расписок. Только наличные.

Джиджи с трудом сглотнул. Когда Боттлз женился на вдове предыдущего хозяина, гостиница была вся в долгах. Под управлением Боттлза дело начало процветать, но не потому, что тот оставил прежних работников, а потому, что был тверд и несговорчив — иными словами — никаких кредитов. Его политика стала широко известна в Приморье. Хорошо были известны и два молодца, которые помогали хозяину разбираться с должниками.

Джиджи снова проверил карманы и для верности даже сапоги. Он вытащил желтый кристалл, блестевший в свете канделябров. Ему очень не хотелось отдавать камень, но еще больше ему не хотелось опозориться в глазах друзей. Ведь он обещал заплатить за всех этим вечером. Джиджи положил кристалл на стол.

— Может быть, ты возьмешь это, Боттлз? Я не оценивал его, но уверен что он дорого стоит. Я выкуплю его завтра.

— Нет, Боттлз, — закричал Лэмбси, — возьми его сапоги. Это самые удобные сапоги в Королевствах.

Джиджи покраснел «Почему мои сапоги никому не нравятся?» — подумал он.

— У меня уже есть пара таких громыхал, — ответил Боттлз.

Шейвер, Лэмбси и Ченси расхохотались. Боттлз с презрением посмотрел на троих джентльменов. Он толкнул кристалл обратно.

— Возьмите ваш камень обратно, милорд. У вас здесь есть кредит.

— Ого! — воскликнул Шейвер. — Ты изменяешь традициям?

— А у меня здесь нет кредита? — возмутился Ченси.

— Нет, — ответил Боттлз.

Джиджиони благодарно улыбнулся.