Чтение онлайн

— Я хотел бы.

— Нет, не хотели. Поверьте мне. Если вы скажете Самтавану Садкару, что ваша кузина Джулия интриганка, это будет ошибкой.

Джиджи в изумлении уставился на Оливию, как будто у той выросли крылья.

— Как вы узнали? Вы можете читать мысли? Оливия засмеялась.

— Нет, просто знаю людей. Мужчины не хотят слышать плохого о женщинах, в которых влюблены. Кроме того, Садкар, кажется, оказывает на нее хорошее влияние.

— Вы не знаете, что… Стил хотел найти шпору первым, чтобы забрать ее себе, а Джулия уже совершила не очень хороший поступок, чтобы помочь ему.

— А что заставляет ее делать это? — спросила Оливия, уже зная ответ.

— Она боится Стила, — ответил Джиджи.

— Может быть, деньги? — предположила Оливия. — У хафлингов сыновья и дочери наследуют равную часть имущества своих родителей, но у людей есть варварский обычай выдавать дочерей замуж и давать им в приданое сущие гроши.

— Отец Джулии оставил ей очень большое приданое, — уточнил Джиджи.

— И она получит его независимо от того, за кого она выйдет замуж? — спросила Оливия.

— Нет. Как ее старший брат, . Стил может…. — Джиджи замолчал, внезапно поняв смысл вопроса Оливии. — Стилу Садкар не нравится, — уточнил он. Но Садкара не волнует, есть у Джулии наследство или нет. Не такой он человек.

— Вы так уверены? — спросила Оливия. Ей было трудно поверить, что человек может быть счастлив с бедной женой точно так же, как с богатой. Люди такие романтические натуры.

— Не в этом дело, господин Джиджиони, — объяснила Оливия. — Это должно иметь значение для Джулии. Она слишком горда, чтобы выходить замуж без гроша.

Таково большинство женщин.

— Это не важно, если она действительно влюблена, — сказал Джиджи.

— Даже без гроша, господин Джиджиони? — спросила Оливия.

— Ну, гм, нет, — предположил Джиджи.

— Некоторые женщины, например я, понимают, что они стоят гораздо больше любых денег. Но не думаю, что кто-нибудь говорил об этом вашей кузине Джулии.

По крайней мере, ее брат точно этого не делал.

Джиджи молча обдумывал сказанное Оливией в течение нескольких минут и наконец сделал вывод:

— Вы, должно быть, ужасно мудры, госпожа Раскеттл.

— Всего лишь жизненный опыт, — скромно ответила хафлинг.

«Если бы я превратилась в ослицу раньше и была бы свидетелем кражи шпоры, он бы объявил меня величайшим мудрецом в Кормире», — подумала Оливия.

Они проехали мимо дома Джиджи и направились на запад.

— Мы не поедем мимо кладбища? — спросила Оливия.

— Нет, мы повернем раньше. Нам нужно свернуть влево на эту дорогу.

Оливия посмотрела на дорогу, уходящую через поля озимой пшеницы к высокому холму. Там дорога поворачивала на запад и поднималась на холм. Оливия прищурилась от яркого солнца. Она могла разглядеть только что-то белое, стоящее на вершине холма, вероятно, это и был храм. В небе была видна одинокая туча мрачно-черного цвета — грязное пятно на превосходной картине.

Джиджи повернул с мощеной дороги на грязный проселок, ведущий к храму.

Колеса вязли в грязи, хотя лошади еще могли тащить экипаж. Наконец они достигли деревьев у подножия холма, и им пришлось двигаться еще медленнее. В лесу было темно. Оливия вытянула шею и взглянула на небо. Одинокая туча, которую она заметила раньше, теперь была видна сквозь ветви деревьев прямо над ними.

Большая черная птица вылетела из тучи и скрылась за вершинами деревьев.

— Что это? — спросила Оливия.

— Что-что? — не понял Джиджи.

— Там, — сказала Оливия, показывая на тучу. В это время вторая черная тень полетела оттуда к земле. Затем еще, и еще — целая стая.

— Я никогда не видел такого, — сказал Джиджи, прищурившись глядя на птиц.

Кажется, они что-то несут.

— Может быть, мать Лледью держит огромных воронов или летучих мышей, — пробормотала Оливия.

Густой лес закрывал им обзор. Когда экипаж доехал до каменного моста, перекинутого через Серый ручей, лес стал реже, и Оливия смогла заметить крышу и колонны Храма Селины. Висящая над холмом туча закрывала солнце, несмотря на то, что был полдень, стало темно, как в сумерках.

Оливия рассмотрела также несколько фигур, двигающихся по лугу около храма.

— Может быть, это люди, заранее прибывшие на службу? — спросила хафлинг.

— Может быть, — неуверенно согласился Джиджи.

За мостом деревья стали толще, и вершины холма опять не было видно. Выше по холму кто-то с шумом продирался сквозь кусты. Оливия широко раскрыла глаза, ожидая увидеть оленя или медведя.

Внезапно что-то тяжелое упало на крышу экипажа.

— Что это? — закричал Джиджи.

Оливия привстала и обернулась назад. Нечто человекообразное ползло по крыше экипажа. Своими острыми когтями существо цеплялось за доски, длинный язык высовывался между острых зубов, как у змеи. Правая половина его лица была разбита, и оно глядело на хафлинга пустыми глазницами, из которых сочилась мутная слизь.

Задыхаясь, Оливия плюхнулась рядом с Джиджи и вытащила вожжи у него из рук. Ударив лошадей, Оливия заорала:

— Н-но-ооо!

Лошади рванули, и экипаж дернулся. Джиджи вскрикнул от удивления. Оливия слышала, как острые когти скребут по крыше, пытаясь уцепиться за доски, затем последовал глухой удар — незваный пассажир свалился на землю.

Довольная улыбка сошла с лица хафлинга, когда она увидела еще три фигуры, выскочившие из леса на дорогу перед ними. Двое казались вполне нормальными, третий тяжело хромал на одну ногу.

Хафлинг снова щелкнула вожжами и закричала во всю силу своих легких:

— Давай, пошли!

Лошади с ходу налетели на ужасных тварей, пытавшихся задержать карету.

Существа даже не пытались увернуться. Экипаж слегка наклонился, когда колеса переехали тела.

— Госпожа Раскеттл! — закричал Джиджи, с ужасом оглядываясь на трупы на дороге. Вы же задавили этих бедных людей!