Шрамы
Шрифт:
– Здесь никто никогда не жил, – говорит Шимон.
– Как ты узнал про это место?
– Неважно… Того, кто мне его показал, давно нет на свете. Посмотри, тут есть пара свободных помещений. В них можно сделать лабораторию. Вытяжка хорошая, вони не будет.
В подтверждение своих слов Шимон закуривает. Дым уходит в вентиляцию без следа, воздух в комнате по-прежнему чистый и довольно свежий. Когда сигарета догорает до фильтра, Шимон хочет кинуть окурок на пол, но Близна останавливает его – забирает окурок, тушит его о подошву и сует в карман куртки. Оставлять здесь мусор кажется неправильным – как и делать из Убежища притон. В мире все изгажено людьми: повсюду валяются окурки, использованные шприцы и презервативы – пусть хотя бы одно место останется нетронутым. Близна не может себе представить, чтобы в Убежище раздавались стоны Юго и звуки ударов тела о тело. Здесь должно быть тихо и пусто, словно даже призраки покинули это место.
– Так что? – спрашивает Шимон. – Переберешься сюда?
Близна знает, что это невозможно. Его желания никогда не сбывались; его подарками на Рождество были пинки и свист ремня, рассекающего воздух, прежде чем обрушиться на согнутую спину. А ведь сегодня даже не Рождество, чтобы ворота рая открылись перед ним.
– А как же Юго?
– Юго нам не нужен. Я говорил тебе: от него ничего, кроме неприятностей, не жди. Ладно, пошли отсюда.
Близна не хочет уходить. Он должен запомнить каждую деталь, чтобы потом оживлять Убежище в памяти с доскональной подробностью. Он проводит ладонями по гладким стенам, делает глубокий вдох, чтобы унести часть здешнего воздуха в легких.
– Еще минуту.
Он прислоняется спиной к стене, чувствует, как бетон холодит плечи и затылок. Когда-нибудь он сможет остаться здесь навсегда. Но пока для этого слишком рано. Сейчас он должен вернуться в сквот, продолжать варить “синтетику” для Шимона и слушать сквозь тонкую стенку, как Юго долбит полубесчувственную, безразличную Псину. Мысль об этом заставляет его поморщиться.
– Окей, – говорит Близна. – Пошли.
Они проходят и проезжают тот же путь в обратной последовательности, словно кто-то нажал кнопку перемотки на видеомагнитофоне. Даже песня в магнитоле та же самая:
Hello hello hello how low
Hello hello hello how low
Hello hello hello how low
Их встречает Юго. Он с подозрением разглядывает их, приподняв выбритую полосками бровь, но не задает вопросов о том, что за дела могут быть у его напарника с Шимоном. Вместо этого он спрашивает дилера:
– Что с A(II)Rh+? Берешь?
Он мотает головой.
– Не. Извини. Не моя тема. Ладно, – он хлопает Близну по плечу, жмет руку Юго, – еще куча дел. Надо ехать.
Когда Шимон уходит, Близна хочет уйти в комнату, но Юго заступает ему дорогу.
– Где вы были?
– Шимон показывал мне место для новой лаборатории.
– А почему без меня?
– Ты где-то шароебился, как всегда.
Юго ухмыляется, достает из пачки сигарету, хлопает себя по карманам в поисках зажигалки. Близна протягивает ему свою.
– Не “шароебился”, а искал альтернативные каналы сбыта. Скоро мы избавимся от Шимона. Он мутный. Про него говорят, он сильно разбавляет товар.
– Не гони пургу. Шимон свое дело знает.
– А я тебе говорю, нам не нужно лишнее звено. Он – пятое колесо в телеге. Ты с ним или со мной?
Он пожимает плечами. Юго создал его. Как он мог бы его оставить?
– С тобой.
– Хороший мальчик. – Юго проводит по стриженой голове Близны костяшками пальцев и смеется. – Мы и “вторую положительную” продадим, вот увидишь.
Близне не нравятся идеи Юго, но он не спорит. В конце концов, никто никогда не интересовался его мнением. Он не сможет отговорить Юго от того, что тот задумал, так что не стоит тратить силы.
Близна уходит в комнату, ложится на матрас и долго вглядывается в карту пятен на потолке, пока глаза не слипаются и бетонные стены Убежища не смыкаются вокруг него.
ПРОШЛОЕ: БЛИЗНА
Шимон и Псина приходят ночью, когда Близна уже спит. Он просыпается от звука шагов на лестнице: быстрая поступь Шимона и шарканье Псины, звуки падения, возня, сдавленная ругань – и вот, в дверном проеме появляются два темных силуэта. Щелкает выключатель, и комнату заливает слепящий свет. Близна приподнимается на локте, щурится, прикрывая глаза ладонью.
– Хуле надо?
Шимон толкает Псину вперед – она не держится на ногах и падает на колени перед матрасом Близны, смотрит на него снизу вверх. Ее челюсть мелко дрожит, слышно, как стучат зубы. Все ее тощее тело ходит ходуном, она обхватывает себя руками, растирая ладонями белую, покрытую разноцветными пятнами кожу. Шимон стоит за ее спиной.
– Эту тварь кумарит. Вмажь ее.
Близна недовольно морщится, но без возражений встает и идет в комнату, где лежит товар. Что-то не так, но спросонья он не может понять что именно. Из-за стенки слышно поскуливание Псины.
Товара нет.
Близна перерывает все: переворачивает матрасы, раскачивает доски в полу, перетряхивает ящики – но в сквоте не осталось ни грамма “синтетики”. В комнате Юго пусто.
– Блядь! – орет Близна так, чтобы за стенкой слышали, и пинает матрас. – Товара нет!
– Что?! – орет в ответ Шимон. Слышны его шаги и голос Псины:
– Не уходи!
– Да блядь, отцепись ты! Все, все, бля, я здесь, успокойся…
Близна продолжает искать, хотя знает, что ничего не найдет. Он вспоминает, что Юго хотел найти новые каналы и даже что-то говорил о намечающейся крупной сделке, но как раз в тот день Близна принял “вторую положительную” и не запомнил ни слова. Воспоминания настолько смутны, что он не уверен, не приснился ли ему этот разговор. Он возвращается к Шимону и Псине.
– Товара нет, – повторяет Близна.
– Что значит “нет”? – визжит Псина. Ее трясет так, что кажется еще чуть-чуть – и она превратится в размазанные полосы, как изображение в испорченном телевизоре.
– Юго все забрал.
Шимон сплевывает на пол, мотает головой, словно не верит своим ушам.
– Сссука…
Псина раскачивается вперед-назад, тихо подвывая.
– Дай вмазаться, – говорит она. – Можешь меня выебать. Хочешь? Хочешь меня ебать?
Она резво вскакивает на ноги, стаскивает колготки, задирает платье.