Чтение онлайн

Я просто остолбенел от шока. Все заняло секунд пять. Стас медленно повернулся ко мне и произнес:

– Не бойся, Александр. Вижу ты нормальный толковый парень.

– Зачем вы их убили, проиграли в преф что ли?

– Мой имидж певца – это прикрытие. Я работаю на силовые структуры. Мне поручено собрать информацию и осуществить ликвидацию изменников государства. Мы назвали эту операцию – Рекультивация. В данный момент началось уничтожение олигархов, предателей и преступных авторитетов. Родина возродится, умывшись кровью этих негодяев. Поможешь мне, Александр? Впрочем, выбор у тебя невелик.

– Не вопрос, Стас, или как там вас на самом деле. – Мне понравилась это затея.

– Оружие есть?

– В номере все осталось.

– Держи, – он протянул мне пистолет и запасную обойму. – Это ТТ, валит с ног любого подлеца. Целься в корпус главное. Пошли, будешь меня прикрывать.

– Подожди, – я перешел на «ты» раз такое дело. – А ты чем будешь стрелять?

Стас Михайлов сходил в другую комнату и принес огромный футляр от контрабаса. Когда он раскрыл его, я чуть не заорал. Певец ухмыльнулся и вытащил здоровый ручной миниган. Повесил его на плечо. На другое – ящик с патронами. Оттуда тянулась пулеметная лента. Затем надел наушники и защитные очки.

– Извини, наушники только одни, – сказал он. – А это штука, ты не представляешь, насколько громкая.

– Такие сгодятся? – Я показал наушники от плеера.

– Подойдет. – Кивнул Стас. – Идем. Вали всех, кого встретишь по дороге к главному корпусу.

– Вообще всех?

– Всех. Здесь нет нормальных людей.

Мы вышли из домика. Здорово, дождь закончился. Энергия переполняла меня, наверное, от кокса. Пошли по дорожке. Я включил плеер. Заиграла песня Ленинграда «На танцполе».

Субботний вечер и вот опять все пляшут,

Тут бляди отдыхают, так, как будто пашут.

Офигенный трек! Как раз в тему. Вдруг, я увидал справа в беседке какое-то шевеление. Обернулся к Стасу. Тот кивнул.

Бляди в шоколаде, звёзды дискотек,

Музыку в iPad’e крутит гомосек.

Я стрельнул в жирного урода в черном плаще. Второй извращенец в кожаном бдсм-костюме завизжал и попытался скрыться в кустах. Моя стремительная пуля попала в спину, прошив гада насквозь.

И есть ещё такой прикол:

Очень, очень мокрый пол.

Мы двинулись дальше. Навстречу вывалилась небольшая группа глиномесов. К домикам, видать, потопали, суки. Я быстро перестрелял их и перезарядил ТТ-шник. Мы перешагнули окровавленные тела.

На танцполе слёзы любви и боли.

На танцполе слёзы любви и боли.

На танцполе слёзы любви и боли.

На танцполе слёзы любви и боли.

На подходе к главному корпусу пристрелил еще одного. Тот курил и отливал в бассейн, когда я заметил его. Вот так они относятся к нашей стране. Меня распирало от свершения правого дела. Из здания выскочил, видимо, охранник. Увидев нас со Стасом, он принялся доставать пистолет. Пуля остановила его замысел.

В стразах все заразы, шмары и качки

Есть такая маза – точками зрачки.

Здесь на входе даги что-то продают,

Как в универмаге даже чек дают.

– Стой здесь! – крикнул певец. – Прикрывай выход.

Стволы его оружия завращались. Он ногой отпихнул с крыльца тело охранника, отчего тот отлетел на несколько метров. Я поразился его силе. Певец вошел в зал, раздался мощный грохот. Заглянув в окно, я просто охренел от этого ада. Стас поливал огнем. Тела предателей Родины, их приспешников, блядей и прочих пиорасов разрывало на куски. Крушилась мебель, взрывались зеркала и колонны.

И есть ещё такой прикол:

Очень, очень мокрый пол.

На танцполе слёзы любви и боли.

На танцполе слёзы любви и боли.

Резко все стихло. В зале не осталось ничего живого. Еще вращались раскаленные стволы минигана. Стас обернулся и показал мне большой палец. И тут из одной из дверей выскочил сам Маккейн с автоматической винтовкой! Я не успел даже крикнуть спецагенту об опасности. Старый сенатор, хищно выпучив глаза, дал несколько очередей. Артиста отбросило назад. Разбивая стеклянные двери, он вывалился наружу.

В туалете темно, но не снимешь очки,

Белым порошком измазаны толчки,

И если ты устала, то нюхни ещё немного

Вон, на стульчаке осталась жирная дорога.

Я высунулся и начал стрелять в гребаного Маккейна. Не попал. Говнюк успел скрыться. Внезапная очередь заставила нырнуть за угол.

– Не вылазь, Александр! – услышал я голос.

Я обернулся и не поверил своим глазам. Стас жив! Пули ободрали его пиджак и лицо. Лоскуты кожи свисали лохмотьями, но под ними поблескивал металл. Что за хрень?

– Ты что, робот что ли?

– Киборг, – ответил певец. – Ты еще не знаешь всех разработок правительства.

Заведя свою машину смерти, он шагнул внутрь. Одиночный выстрелы Маккейна заставили его лишь покачнуться. Наверно, у козла закончились патроны. Шквал огня просто аннигилировал старого пендоса.

– Идем, – крикнул Стас. – Нужно зачистить верхний этаж.

Есть ещё такой прикол:

Очень, очень мокрый пол.

На танцполе слёзы любви и боли.