Шулер с бубновым тузом
Шрифт:
— Джо ничего не нашел, — покачала головой Жанна. — Он был в ярости, чуть не убил меня. Никак не мог смириться, что все напрасно.
Крапивин медленно багровел, угол его красивого рта нервно задергался, глаза налились кровью.
— Ах, вот как! — взревел он. — Ты давно поняла, что зашифровано в этой чертовой картине! Зачем было прикидываться и валять дурочку?!
В глубоком вырезе ее платья вдруг появился V-образный шрам, который становился все ярче и ярче, набухая кровью.
— Недавно. Перед самым твоим приездом, — пролепетала Жанна. — Картина постоянно висела в гостиной, я смотрела на нее день за днем, пока меня не осенило. Я попросила Джо спуститься со мной в подвал и… проверить догадку. Пол в углу был выложен камнями, и у меня не хватило бы сил добраться до шкатулки. Джо сначала орудовал ломом, а потом начал рыть землю. Но никакой шкатулки там не оказалось, только истлевшие лоскуты. Вскоре приехал ты, и я поняла, кто второй мужчина на полотне. Ты помог бы мне правильно распорядиться кладом. Увы, было поздно. Кто-то раскрыл тайну раньше меня.
— Я тебе не верю! — рявкнул Нико и повернулся к Глории. — Не верьте ей! Она лгунья! Она всем лжет!
«Так вот он какой, стигмат, — поразился Лавров, уставившись на шрам. — Ничего себе!»
— Клянусь, там не было шкатулки! — зарыдала Жанна, ломая руки. — Не было! Чем хотите, поклянусь… Богом, собственной жизнью!
— Конечно, не было, — поддержала ее Глория.
— Вы ей поверили? — разозлился Крапивин. — Вы же провидица! Ладно я, влюбленный болван, которому она пудрила мозги все это время. Но вы?! Вы?!
— В самом деле, Глория, — не выдержал Лавров, не сводя глаз с шрама. — Ты веришь словам этой барышни? Лично мне ясно, кто убил Джо. Тот нашел бриллианты, и Жанна убила его. Приехал Николай, она получила возможность укатить в Москву с камешками и там выгодно сбыть их. Джо стал лишним, он мешал ее планам, и она расправилась с ним. Детектив, видимо, что-то пронюхал и отправился следом за шулером.
Жанна позеленела. Она бросила на Крапивина бешеный взгляд и завопила:
— Подонок! Предатель! Ты все решил свалить на меня! Ну уж нет! На этот раз я не собираюсь отдуваться за всех! Проклятый ублюдок!..
Ее синие глаза засверкали, рот перекосился. Она сорвала с головы шляпу, и ее огненные волосы рассыпались по плечам. Она была потрясающе хороша в гневе. Николай не ожидал такого отпора и опешил. Лавров привстал, готовый вмешаться в перепалку, которая грозила перерасти в драку.
Глория поставила бокал на стол и громко произнесла:
— Минуточку, господа! Вы забыли о служанке! На картине изображено еще кое-что…
Звон стекла помешал ей закончить фразу. Что-то красное брызнуло и потекло по столу. Это было вино из бокала, разбитого Жанной. Одной рукой она держала осколок бокала за уцелевшую ножку, а второй схватила Глорию за шею и приставила острый край стекла к ее горлу.
— Заткнись, или я убью тебя!
Мужчины оцепенели. Глория выпустил из рук бутыль, та упала на пол и тоже разбилась. Запах черного винограда мешался с дымом свечей, под ногами растекалась сладкая лужа…
Глава 37
Вскакивая, Жанна локтем опрокинула канделябр, который Лавров примостил за спинами «игроков» на деревянном стеллаже. Миг, и ее пышная бархатная юбка занялась пламенем. В исступлении рыжая бестия не сразу заметила, что горит.
Крапивина заворожил огонь. Запахло гарью. Язык пламени жадно лизнул рукав Жанны, та завизжала и отпустила Глорию. Осколок бокала выпал из ее руки, она с криком метнулась в сторону, не понимая, что происходит.
Лавров сорвал с себя камзол и бросился к ней, пытаясь сбить пламя. Николай последовал его примеру. Глория прижалась к стене, поглядывая на дверку в закуток для хранения яблок. Оттуда курился беловатый дым.
— Что-то горит! — крикнула она, пытаясь привлечь внимание мужчин к новому источнику дыма. Но они были заняты тушением живого факела.
Жанну спасло от ожогов платье с широкой многослойной юбкой и такими же рукавами. Она судорожно дышала, ее наряд серьезно пострадал, лицо и руки были вымазаны черным.
Крапивин затаптывал упавшие свечи, которые продолжали гореть. Хорошо еще, что скатерть не воспламенилась.
Лавров крепко выругался. Жанна у него на глазах чуть не убила Глорию. Три костюма из четырех пришли в негодность. А у Нико из кармана брюк торчала… рукоятка ножа. Их обоих необходимо немедленно обезвредить.
— Пожар! — крикнула Глория. — Горим!
На сей раз мужчины повернулись к ней и заметили клубы белого дыма, вырывающегося из закута.
— Что это? — изумленно выдохнул Крапивин.
Будто в ответ на его вопрос в клубах дыма появилась призрачная фигура.
— Калиостро? — вырвалось у Лаврова. — Этого не может быть!
Призрак походил скорее на современного человека, нежели на Великого Копта. По крайней мере он держал в руке не жезл верховного жреца Египта и не символ масонской власти, а… пистолет.
— Финита ля комедия, — зычно произнес он и направил дуло на собравшихся. — Я не Калиостро, господа, но приемчик в виде клубящегося облака позаимствовал у него. Эффектное появление было слабостью графа. А я привык играть на человеческих слабостях. К тому же, насколько я понял, у вас тут сеанс ясновидения? Ха-ха!
— Валицкий… — прошептала Жанна.
Ее услышала только Глория, которая ждала именно этого заключительного аккорда к финалу.
— Вот те на! — не выразил особого удивления Лавров. — А вы тут что забыли, господин э-э…?
— Бриллианты, — без обиняков заявил тот, не представляясь. — Я знал, куда вы все отправитесь, и последовал за вами. А ты оказался хитрее, чем я думал, Нико! — перевел он дуло на Крапивина. — Глупый самоуверенный мальчишка! Кем ты возомнил себя? Новым гасконцем? Если ты помнишь, Миледи была готова убить его без сожаления.
— Что вам угодно? — холодно осведомилась Глория. — Как вы успели убедиться, камней мы не нашли.
— Вы нет, — кивнул он и навел оружие на Жанну, которая была близка к обмороку. — А она да! Ты ведь все вспомнила, не правда ли? Я недооценил тебя, маленькая рыжая дрянь! Отдай мне алмазы, и я исчезну, иначе…