Чтение онлайн

Будущее казалось мне не просто туманным. Пожалуй, я могу и подзадержаться в этом неуютном местечке.

— Дай крови, — качнулся в мою сторону доходяга с горящими глазами. С его рта стекала мутная слюна, а зубы оказались длинными и тонкими словно иглы.

— Боря, не зли меня, — резко оборвала начавшуюся между нами беседу дородная санитарка и подмигнула мне единственным глазом посреди лба.

Гена шикнул на нее и подтолкнул меня идти дальше.

Длинный коридор вывел нас к кабинету, на котором красовалась золочения табличка.

Заведующий отделением психиатрии,

доктор медицинских наук,

Калинин А. И.

Гена постучал в дверь, и дождавшись вежливого «войдите» открыл дверь и сделал насмешливый жест, приглашая меня проследовать первым. Я пожал плечами, входя в кабинет.

Комната была небольшой, но на удивление уютной. Широкий стол с тонким ноутбуком, кипой блокнотов и пустым стаканчиком из-под карандашей, ведь никто не хочет давать потенциальным психам возможного оружия нападения. Кожаное кресло владельца этого места оказалось старомодным. Всем своим видом оно обещало пользователю отсутствие геморроя. Мягкий диванчик подпирал стену с большой картиной с изображением спокойного южного моря и белого маяка. Ни дипломов, обычно выставленных напоказ, ни фотографий с известными личностями тут не было. Видимо этому специалисту не нужно было доказывать каждому вошедшему собственную значимость. Второй вариант меня устраивал меньше. Доктор вполне мог оказаться ненастоящим.

Невысокий мужчина средних лет, в белоснежном халате, под которым виднелась рубашка и изумрудный галстук, благодушно мне улыбнулся. К счастью, он оказался вполне себе человеком, хотя я поймал себя на мысли, что неплохо было бы проверить его на наличие хвоста.

— А, юноша. Проходите, присаживайтесь, — предложил он, указывая на стул.

Огр вошёл было следом, но мозгоправ остановил его:

— Не стоит, Геннадий. Право слово, этот юноша не выглядит агрессивным. Будь добр, подожди за дверью.

Гена с тоской взглянул на меня, кивнул и скрылся в коридоре, прикрыв дверь.

— На удивление хороший работник, — поделился доктор. — Нам очень повезло с персоналом. Знают свое дело и очень расторопны. Когда нужно.

Предупреждение я услышал и кивнул, чтобы сообщить об этом. Ясно, что стоит врачу только пискнуть и Гена ворвется, чтобы реализовать свои возможности в ломании строптивого пациента.

— А вы располагайтесь, — с улыбкой продолжил доктор. — Денис Сергеевич.

Он поправил на переносице очки в золотистой оправе и склонился над папкой, которая лежала перед ним на столе, перебирая бумаги.

— У меня к вам лишь несколько вопросов, молодой человек.

Я подобрался и смиренно сложил руки на коленях. Выглядеть агрессивным не хотелось. Гена ведь ждет повода.

— Хорошо ли вы спите?

— Нормально, — я повел плечами.

— Кошмары? Трудности с засыпанием?

— Нет.

— Препаратами балуетесь? — тут он лукаво посмотрел на меня поверх стекол.

— Не имею привычки, — отчеканил я уверенно.

— Алкоголь?

— В пределах разумного.

— Разумного, — повторил Калинин иронично и усмехнулся только ему понятной шутке. — Считаете себя человеком разумным?

— Генетически… — начал я.

— Ясно-понятно, — хмыкнул доктор и откинулся на спинку кресла. — Вам нравится цвет этих стен?

Опешив от такого вопроса, я оглянулся.

— Теплый бежевый оттенок, — помог сориентироваться он. — Думаете, летом здесь жарче из-за этого?

— А какая разница? Все зависит от температуры за окном или кондиционера.

— Ну, что я могу сказать, юноша, — доктор снял очки и принялся протирать стекла салфеткой. — Результаты обследования в норме. Наше с вами общение убедило меня, что я могу вас обрадовать: вы совершенно здоровы. Так что не смею вас более задерживать в нашем отделении. Тем более, у вас ведь ещё есть срочные дела?

— А эти… галлюцинации?

— Какие галлюцинации? — улыбаясь, уточнил доктор.

— Ну, надписи разные появляются над головами, — начал перечислять я. — Комната ещё какая-то. Меня там сфотографировали вроде как для уголовного дела. Просили выбрать имя и игровой класс. Как в компьютерной игре.

— Любопытно. Как чувствуете себя, кстати, когда видите эти галлюцинации? Голова не болит? Не кружится? — заботливо спросил он.

— Да вроде нет, — осторожно ответил я, припоминая эти события.

— Ну и отлично. А что до галлюцинаций — так это абсолютно нормально, — развел руками психиатр. — Все мы немного того. Не в своем уме, — он покрутил пальцем у виска, наглядно демонстрируя недалёкие умственные способности населения:

— Так что же, это повод каждого гражданина в психушке задерживать? Тогда вся страна будет на государственном обеспечении. Как, кстати, ваша новая татуировка? Не беспокоит? А то эти ваши прыжки по мусорным бакам…. От антисанитарии хорошего мало. Дайте я посмотрю.

Я настолько офигел от услышанного, что, не задумываясь о происходящем, протянул ему руку. Доктор с интересом принялся рассматривать рисунок.

— Ага, прижилась, — удовлетворенно отметил он, записывая что-то на листе. — Это хорошо. Так и запишем…

— Вы… что несёте? — начал было возмущаться я. — Как эта татуировка, сделанная хрен пойми кем, связана с моими галлюцинациями?

— Не хрен пойми кем, а Гаитянином, — поправил меня доктор. — Он лучший мастер в городе. А эта татуировка позволяет вам вступить в особое общество. И для начала, так сказать, принять участие в простой народной забаве: охоте.

— На кого? — уточнил я.

— На самого хитрого, хищного и опасного зверя. На человека, мой друг, — хитро ответил доктор, и тут же поправился, — Ну, не совсем на людей. Много кто маскируется под людской личиной, хотя людьми их назвать сложно.

— Поясните, — осторожно попросил я.

— Вы ведь уже видите, что не все люди вокруг нас имеют отношение к человеческим индивидам, — хитро прищурился доктор. — В этом заведении и подавно. Тут существ на один квадратный метр больше, чем мух на брошенном на свалке трупе.