Чтение онлайн

— Ты что, скотиной только занимаешься? Хвосты бемсам крутишь или перья перкам щипаешь?

— Ты не гундось раненный! Тебе и так самое лучшее лекарство дали. Два дня и будешь как новенький! Могу руку ампутировать — хочешь? Или ногу? А может быть — сразу голову? Я почему больных баб люблю — они не ноют! Лежат себе тихонько и помирают. Ни забот, ни хлопот.

Быть бы лекарю битым, но тут приперся караул и меня арестовали за дезертирство, что меня не удивило. Привык я уже по любому поводу в тюрьме сидеть. Чиновники везде одинаковые: что военные, что гражданские. Первая мысль: держать и не пущать. Вторая: что я с этого иметь буду? И думают они отнюдь не о деньгах, точнее о них самых, но не сразу. Сначала убеждаются, что им лично ничто не грозит. Полаявшись для приличия с солдатами, я сдал оружие и приземлился в камеру-одиночку. В «общую» не засунули, наверное побоялись, что я заразный. Вот всегда меня поражал прихотливый изгиб мысли власть предержащих. Куда не заберись, хоть в самую глухую дыру, где-нибудь поблизости будет тюрьма. На худой конец глубокая яма с решеткой. Читал я как-то одного ученого, так он с полной серьезностью утверждал, что города возникают не в удобных для жизни и торговли местах, а вокруг тюрем.

Выглядит это так. Пришел значится куда-либо властитель, калибр не важен, к тому же он мог на месте самозародится. Сначала он строит себе жилье, потом тюрьму. Охране где-то жить нужно? Вокруг строятся дома. А кормить их? Пригоняют крестьян и появляются поля. К узникам подтягивается родня, иначе без поддержки помрут болезные. Заключенным в большинстве случаев, тоже после освобождения идти некуда и они селятся рядом. Сотня лет и шумит славный город. Особо, ученый муж напирал на тот факт, что так происходит не всегда и везде, но исключение подтверждает правило.

Умные люди, с ним обычно соглашаются с некоторыми оговорками. Почему? Очень просто! Государство у людей создаются обычно вокруг столицы, которая всех остальных под себя подмяла. А как это сделать без тюрем? Казнить мало, нужна тюрьма! Живой пример перед глазами, что будет за непокорность. Выходит, что сам процесс образования державы, содержит в своем начале клонирование тюрем на подвластной территории. Тюрьма — это основа государственности! Тюрьма — это модель идеальной страны в миниатюре! В ней все одинаково одеты и имеют нашивку с номером на груди. Зона, карцер, блок, камера, барак, «вольное» поселение — эти слова знает каждый человек с детства! Причем узнает их раньше, чем научится читать и писать, многие в них и выросли. И каким словом ты ее не назови, к примеру: интернат или работный дом, копни и увидишь тюрьму.

Притулившись в уголке на куче гнилой соломы, я стал ждать вызова на допрос. О социальной значимости последнего, в деле общения между людьми, я решил подумать в следующий раз.

Лежу, никого не трогаю, мечтаю о хорошо прожаренном куске мяса. За дверью началась какая-то нездоровая суета, в щели под дверью замелькал свет от факелов и ламп. Охрана столпилась под моей дверью и стала совещаться:

— Что предлагаешь? Нельзя их там оставлять, подвал немного затопило, но к утру там только рыбы жить смогут. Оторвать бы руки тем уродом, кто тюрьму строил!

— Они-то в чем виноваты? Сказали копать подвал, вот и вырыли, камнем вдобавок выложили. Столько лет постояло и ничего. Место выбрано неудачно, здесь рядом жила водяная проходит. Поэтому у нас, вода в колодце и не переводится.

— Все равно! Куда узников девать будем?

— Расселим.

— Бородатого тоже? Ему строго настрого контакт с другими заключенными запрещен!

— К дезертиру посадим. Ты хоть одного видел, которого бы утром не повесили? Ничего он другим рассказать не успеет. К тому же я думаю, что Бородатый давно с ума сошел, пятый год в одиночке. Он когда с тобой последний раз говорил? Вот то-то! Тащи его сюда, пока еще в сапогах пройти можно.

Тюремщик загремел засовами на моей двери. Замкам в этом узилище до конца не доверяли. Я бы им объяснил, что они не правы, но аргументов не нашел. Был бы нож с тонким лезвием и сильный магнит, а так только воздух сотрясать. В камеру втолкнули низкорослого мужичка неопределенного возраста. Причину появления его прозвища, я увидел сразу: роскошная, хоть и грязная, борода до пояса. Волосы он тоже давно не подрезал, видок у него получился весьма своеобразный. Я молчком похлопал ладонью по сену, рядом с собой. Бородатый мигом оказался рядом и стал меня ощупывать за плечи.

— Ты живой? Настоящий?

От такого вопроса, я несколько растерялся. Поэтому в лоб ему двинул не сразу, да и бил не сильно. Жалко убогого! Бородатый не обиделся и затараторил:

— Ой, как хорошо! Настоящий человек! Я устал быть один, ты даже не представляешь как! Приходят гомункулы, каждый день появляются и издеваются надо мной. А я не дурак, я умный! Ты точно не мертвый? Дразниться будешь?

— Не буду. Сиди спокойно.

— Ай-ай-ай! Ты еще и разговаривать умеешь! Ой-ой-ой! — Бородатый «подорвался» и стал крутиться посередине камеры.

— А ну садись! — я схватил его за руку и толкнул на сено. — Итак тошно, а тут еще ты мельтешишь перед глазами.

— Ты заболел? Что случилось?

— Ходячие мертвецы поцарапали. Миула выпил, теперь выздоравливаю.

— Не поможет! — категорически заявил мне Бородатый. — Временное облегчение, а потом помрешь! Кинту надо съесть. Лучше заранее, года этак за два до укуса или ранения. Полный иммунитет получается, время нужно. Придурки думают, что они сразу молодеют, но это быстро не работает. Морщины и седина пропали, это не показатель. Не сумеешь несколько лет протянуть, все бесполезно. Среди людей столько легенд о ней гуляет, а правду знаю только я!

— А если за несколько дней, до того как поцарапают, ее употребить?

— Не уверен, может быть и выживешь. Как повезет.

— Откуда ты столько знаешь? Как звать?

— Как зовут не помню. Все меня Бородатым или Бородой кличут.

— За что ты здесь? Тебе память отшибло?

— Выбили, так точнее! — он задрал рубище и я увидел, что у него на теле живого места нет, один сплошной шрам. — Думали, что я вру, но после такого лгать не станешь. Я все им рассказал. Лучше бы убили, чем я здесь заживо сгнию.

— Что рассказал-то?

— Ты тоже хочешь знать Великую тайну?! — мужичок посмотрел на меня с подозрением.

— Не надо мне никаких секретов! Свои не знаю куда девать! — открестился я.

— А давай я с тобой поделюсь?

— Отвали!

— Пожалуйста!

— Нет!

Мне было сильно скучно, и поэтому я перепирался с сумасшедшим еще несколько минут. «Великую» тайну я знать совершенно не хотел. Ну… Почти! Попроси его и он будет молчать как рыба. Пошлешь куда подальше, глядишь Бородатый расколется. Надеюсь, что он не откроет мне абсолютную истину, типа: «Две ноздри, десять пальцев — что еще нужно для того, что бы научится правильно размышлять? Ковыряй — и будет тебе счастье!» Я такое сам по десять раз на дню выдавать могу. Неожиданно мужик спросил: