Схватка
Шрифт:
Я поднял свою шпагу и прикусил губу. Впервые убиваю человека вот так… когда он связан… Но убить — нужно. Чтобы доказать дуэль. Убить ради блага Санкструма.
Кронкер что-то выкрикнул. В глазах появилось молящее выражение.
Слабый.
Подлый.
Глупый.
Я ударил его острием в сердце. Он выгнулся и обвис. Я извлек клинок.
Тут же тяжи Эльфийской тоски начали втягиваться в землю. Кронкер тяжело повалился мне под ноги. Я ухватился за ворот его сорочки и поволок за собой к опушке. Первые шаги дались тяжело, все-таки чувство вины давило, потом стало полегче. И совсем легко стало, когда я выволок его на опушку. Где мои Алые? Где секунданты? У мертвого дерева в поле виднелась только пустая карета.
Недоумевая, я поволок Кронкера к карете, и труп цеплял каблуками выросты Эльфийской тоски. Где все? Не понимаю… Солнце давно перевалило полдень, но не так сильно палит, чтобы искать укрытие среди тех холмов, до которых еще не добралась эльфийская погибель.
За спиной раздался топот копыт. Вдоль кромки леса с двух сторон надвигались всадники — много, в каждой группе было больше сотни. Со стороны кареты тоже появились всадники — и было их не счесть.
Лысые головы, лица, вымазанные белилами, зачерненные провалы глаз.
Дэйрдрины.
Меня, действительно, очень ждали за пределами Леса Костей.
Ой, ждали.
Меня сграбастали, связали, бросили в карету. Следом забрался юркий невысокий дэйрдрин, и еще двое битюгов с жилистыми шеями лошадей-тяжеловозов. Они схватили меня, загнули голову, пальцы развели веки на обоих глазах.
Юркий сказал негромко:
— Прозрец уже рядом и хочет поговорить с тобой, архканцлер. А ты не должен его видеть. — Раздался звук извлекаемой пробки. — Немного сока белладонны… Вот сюда. И сюда. Ты не бойся, архканцлер, ты ослепнешь, но ненадолго. Сиди тихо. Ты нравишься нашему владыке и он пока не хочет тебя убивать.
На мои глаза пролилась жгучая, едкая жидкость.
Вскоре я ослеп.
Карета везла меня на встречу с владыкой дэйрдринов.