Сиделка
Шрифт:
— Уточни информацию, — попросил мужчина, — двое неизвестных ходят по территории клиники? Так, мужчина около пятидесяти и молодой парень? — я даже срослась с дверью, боясь что-то пропустить.
— И чем тебя смущает эта парочка? Ах, вон что, понял!
Я не поняла, о чем именно говорит мужчина и его таинственный собеседник, но насторожилась и подобралась.
— Альбине ничего не говорить и держаться непринужденно, принято!
Вот только после этих слов я резко отскочила от двери, прижалась спиной к холодной стены и медленно, чтобы не издавать лишних звуков, стала пробираться в сторону туалета. Мне бы рвануть на свое рабочее место, но мозг отказывался думать, он лишь анализировал сказанное. И по всему выходило, что меня нашли! За мной пришли! И мужчиной пятидесяти лет мог быть отчим, которого, как и думала, выпустили раньше.
Осторожно открыла дверь небольшого помещения и трясущимися руками отвинтила кран с холодной водой. Раза два пыталась умыться, да вода из ладоней попросту выплескивалась, так сильно меня трясло. Отражение в маленьком зеркале было ужасным и пугало даже меня. Бледная, с испуганными глазами, с поджатыми в тонкую линию губами, я была похожа на загнанного зверька, который попал в капкан или угодил в ловушку. Не знала, за что хвататься и куда бежать, я не знала, как правильно поступить — рассказать о том, что слышала или нет?
С превеликим трудом выровняла дыхание и перекрыла воду, еще раз посмотрела на себя и, тряхнув головой, вышла из уборной. Захар, как ни в чем не бывало, стоял на посту у двери, а вот с другого конца коридора заприметила движущуюся ко мне фигуру Дамира. Мужчина вез дочку с процедур, и они о чем-то негромко разговаривали. Интересно, папа Миланы знает о том, что на меня вышли или нет? Расскажет или скроет?
Вопросов было более чем достаточно, я на ватных ногах дошла до палаты и выдавила из себя приветливую улыбку. Спрятав все еще трясущиеся руки в карман халата, я еще раз поздоровалась с мужчинами и прошла вслед за Дамиром.
Стоило только за спиной закрыться двери, как Мила обрадовала меня новостью:
— А у меня будет новое занятие! В бассейне!
— Это же отлично! — поддержала девочку, хотя на душе было так отвратительно и неприятно, что хотелось просто сбежать, — значит, ты уже совсем скоро сможешь сделать первый шаг!
Да, в нашем центре был и он, немного меньше обычного, всего на четыре человека, которые могли бы заниматься, никому не мешая, но он был. А значит, пользоваться им было не просто можно, но и нужно.
Пока девочка рассказывала, как ждет новых занятий, Захар попросила Дамира Игнатовича выйти переговорить, а я, закусив губу, приступила к легкому расслабляющему массажу, лишь бы как-то скрыть волнение, которое уже целиком и полностью охватило меня.
Чего я ожидала от мужского разговора? Как минимум то, что меня введут в курс дела, но Дамир вернулся хмурым, с залегшей между бровями складочкой, косо на меня посмотрел и… промолчал. Он даже не намекнул, не предложил выйти, он молча на меня смотрел и, отвернувшись к дочери, стал с ней о чем-то беседовать.
Что почувствовала в те секунды? Разочарование, неприятное давящее чувство в груди и утерянное доверие.
— Я сегодня с дочкой буду, — пробубнил мужчина, даже не посмотрев в мою сторону. А я? Попрощалась с Миланой, поцеловала ее в щеку и вышла к жизнерадостному Захару, на лице которого не было ни грамма разочарования или печали. Он умел держаться до последнего, молодец.
— Домой? — спросил охранник, чуть ли не пританцовывая от нетерпения.
— Если Дамир Игнатович остается, то да, — беспечно пожала плечами и пошла к своему кабинету.
Привычно делая отработанные годами движения, я переоделась, погасила свет и закрыла кабинет. Словно заведенная кукла шла за внушительной фигурой Захара, пока мужчина не посадил меня в свою машину. Вот тут усталость, которая неожиданно свалилась на меня, дала о себе знать. Отвернувшись к окну, впервые подумала о том, что делать дальше. Мой план по переезду состоялся, но вот проблема снова маячит на горизонте, дальше-то что?
Когда машина остановилась прямо у подъезда, нисколько не удивилась, точно так же, как и не придала значение Гене, который лично помог выбраться из транспорта, с сомнением посмотрел сначала на меня, потом на Захара. И только когда дождался отрицательного ответа на свой немой вопрос, повел меня в квартиру, где самолично закрыл на все замки и попросил из дома не выходить.
Ха-ха, здравствуй давящее чувство одиночества, которого так давно не было. Ты по мне соскучилось? Странно, мне без тебя было очень даже хорошо.
Включив свет в кухне, я встала у открытого холодильника, думая о том, что же приготовить. Да, сейчас мне не хотелось забиваться в угол, по крайней мере, первые три часа точно, а значит, займусь готовкой. Потом, если будут силы, пройду в свою комнату, не буду включать свет, а прямо в темноте дойду до окна и удобно устроюсь на подоконнике, чтобы смотреть в опустевший двор и думать о том…
Обо всем…
Просто думать.
Глава 18
Дамир
Весь вечер будущего дня я только и занимался тем, что думал о словах Захара. Ночь прошла в том же для меня ритме — выстраивал последовательность событий, пытался предвидеть неизбежное или наоборот, начать действовать первым. Сложно сказать, пришел ли к какому-нибудь выводу, но то, что постарался оградить Альбину от всего, что могло ей навредить — это факт.
Конечно, необходимо было рассказать девушке о том, что нам стало известно, ведь информация подтвердилась и тем молодым парнем, что уже который день ошивался вокруг клиники, был бывший молодой человек девушки. Осталось только оно непонятно, что его связывает с отчимом Али?
Утром, когда передал дежурство сиделке, обратил внимание на подавленный вид девушки, но спросить ее о том, что случилось, не успел. На работе меня ждали собранные братом люди, которые очень удачно ведут мое дело. Им я поведал историю девушки и тонко намекнул, кто за всем этим может стоять. Маленький клубок ниток оказался очень даже большим, когда за дело взялся Гена. Он и сам сегодня присутствовал со мной и передал кое-какие свои наработки для ознакомления.
Мужчины, которые читали записи и просматривали документы, закатывали глаза и качали головой.