Сигнус
Шрифт:
— Ну, этим ты никого не удивишь. На базе есть «крыса», и эта крыса — из наших. Правда менталист, так и не признался, кто именно. Наверное, сам не знает.
— Может быть, — задумчиво протянула НЕЙРО, — Ладно, чего гадать, лучше скажи, как будем добираться до твоего графства?
Посмотрел на бедную Сарзу, которая уже не подлежала восстановлению и понял, что придется топать пешком.
Фигово, но других вариантов я не видел.
— Тихо, — приложив пальчик к пухлым губам, — прошептала Синтия, — Прислушайся.
Глухое стрекотание отчетливо долетело до моих ушей.
— Не-еет, — простонал я, — Ты шутишь? Опять скорпион переросток?
— Вряд ли, больше похоже на жужжание.
— Пожалуй, ты права, и знаешь — это жужжание не сулит ничего хорошего, — кивнул в сторону черной точки, которая приближаясь, очень быстро увеличивалась в размерах.
Большая, метра полтора в длину, на нас летела пчела-переросток.
— Меняй батареи! — крикнула НЕЙРО, а сама ринулась по направлению к летающей твари, — Я отвлеку эту «жужелицу»!
Рванул в Сарзе, вытаскивая ПАЛ и быстро заряжая.
Когда обернулся, увидел странную картину. Огромная пчела мирно опустилась на землю, сложив крылья, и не стремясь напасть, наоборот, она с каким-то нездоровым интересом (не гастрономическим) рассматривала Синтию.
— И что это значит? — произнес шёпотом, делая аккуратный шаг в направлении монстра и держа ПАЛ на изготовке.
— Что пред нами ещё одна искусственно выведенная особь, причём с зачатками интеллекта: слабыми, конечно, но этого мне вполне хватило, чтобы взять её под контроль.
— Вот сейчас точно не понял. Фарид говорил, что подчинить монстров невозможно, на них не действует ментальное воздействие, потому как оно направлено на разум, а твари действуют на голых инстинктах, полностью отключая мозг.
— И чего ты тогда спрашиваешь, раз сам ответил на свой вопрос.
— Погоди, — я на мгновение застопорился, — Пчела полуразумна, а значит…
— Она результат удачного эксперимента. Обычно твариподавляют нейросети, не давая им воздействовать на своего носителя, а здесь — как-то удалось вытянуть на поверхность примитивный разум и установить взаимодействие. Правда контролирующего звена у неё нет, так что наша пчёлка, вполне себе свободна в передвижениях.
— Тогда какого… она делает здесь, она не в лаборатории?
— А вот это ты спросишь у Юсуфа Фарида, когда вернёшься… или не спросишь. Сам думай, как лучше поступить.
— Давай-ка придержим пока эту информацию. Кстати, я всегда считал, что чем примитивнее организм, тем проще на него воздействовать.
— Как раз наоборот, вот такой вот парадокс, — произнесла НЕЙРО и исчезла,
— Обалдеть, — произнес я, не сумев подобрать других слов, потому как происходящее нравилось мне всё меньше и меньше, — Кто-то специально выпускает удачные подопытные образцы из лаборатории?
— И этот кто-то явно не рядовой сотрудник, — резюмировала Синтия.
— Думаешь Фарид?
— Не знаю, но исключать такой вариант не стоит. По большому счёту, мы ничего не знаем о капитане.
— Ага, — согласился с Синтией, — кроме того, что он прекрасно знаком с моей женой и наверняка в курсе, кто она такая на самом деле.
— Угу, — кивнула головой НЕЙРО, — А если учесть, что дарминцы до недавнего времени были непримиримыми врагами Империи, то вырисовывается очень интересная картина.
— Думаешь, Кармелия мутит воду?
— Понятия не имею, но нам придется это выяснить, потому что — случись такое, и мы по уши окажемся в дерьме. Как бы тебя — второй наследник Империи Т’Харм, не сочли предателем.
— За что?
— Так ты же женился на правительнице дарминцев, а как говориться: муж и жена — одна сатана.
— Тьфу, сама же мне говорила, что это хорошая идея.
— Не то, чтобы уж такая хорошая, просто консервативной Империи давно пора было дать встряску, а в первую очередь, твоему папаше императору. Кто же знал, что всё так обернётся?
— Ладно, сейчас мы точно ничего не узнаем, поэтому прекращаем точить лясы и попытаемся добраться до графства. Кстати, Синтия, почему эта пчела-переросток на меня так подозрительно смотрит?
— Ждет, когда ты её оседлаешь.
— Что я сделаю?
— Оседлаешь. Действуй, пока я ещё её контролирую. Залезай на нашу ездовую пчелку и полетели.
Пришлось постараться, чтобы забраться на эту громадину, но я справился, и уже буквально через десять минут мы летели в сторону графства.
— Надеюсь нас не подстрелят местные жители, — произнес с сомнением, потому как на их месте, при приближении подобной твари, открыл бы огонь, не пытаясь рассмотреть ездока на её спине.
— В случае чего, кричи или маши руками, — ехидно произнесла Синтия, — Может тогда заметят, что наш монстр почти ручной.
Слово «почти» мне не понравилось.
— Очень многообещающе.
— Прости, я пока не совсем в форме и долго контролировать нашу медоварку не смогу.
— Жаль. Надеюсь, твоих сил хватит, чтобы мы добрались хотя бы о границ графства.
— Должно.
— Как думаешь, Синтия, а она может давать мёд? Представь, сколько можно было бы насобирать… Да это же…
— Ты что собрался открывать медовый бизнес?
— Нет, просто… — почесал темечко в задумчивости и чуть не свалился на землю, потому как пчела резко вильнула в бок.
Посмотрел вниз.
М-да, а падать было бы больно.
— Забудь, медом тут и не пахнет.
Примерно через час добрались до границы графства Классон.
Я смотрел и недоумевал. Здесь не было никакой мощной решётки под давлением, высокого вала или же стационарных крепостей, здесь не было ничего, кроме маленького деревянного указателя с названием графства и наименованием деревни, которая находилась в двух стирах отсюда.