Чтение онлайн

Хардинг молча кивнул и уставился на свои руки.

Под ногтями застрял песок; казалось, что он копался в пыли. Костяшки были ободраны, ладони исцарапаны.

Он видел, что слаксы покрыты грязью, туфли измазаны глиной, к свитеру прилипли веточки и колючки.

Хардинг смутился. Воспитанный человек не имеет права появляться на людях в таком виде.

— Можно… помыть руки?

— Да, конечно.

Нелл тревожно покосилась на него. Вдоль щеки Хардинга тянулась красная полоса, похожая на солнечный ожог. Шрам был воспаленным, болезненным и выглядел зловеще. Нелл проводила его в туалет, подождала за дверью и привела обратно на кухню. Пока Хардинг стоял, как в трансе, она налила ему тарелку супа и заварила чай.

— Мистер Хардинг… — мягко сказала она, тронув его за плечо. — Сядьте, пожалуйста. Вам нехорошо.

— Нет, я… — Хардинга слегка тошнило. — Должно быть, я упал. — Он быстро заморгал глазами.

Почему он ничего не помнит? Он гулял в роще в солнечный зимний день. Что было потом?

Он позволял обращаться с собой, как с маленьким или как со стариком. Ел горячий наваристый бульон, и тот успокаивал его саднившее горло и бунтовавший желудок.

Пил травяной чай, сдобренный щедрой порцией меда.

И наслаждался ее сочувственным молчанием.

— Должно быть, я упал, — повторил он. — В последнее время я неважно себя чувствовал.

Запахи кухни были такими приятными, а движения Нелл, принимавшей и выполнявшей заказы, такими грациозными, что его тревога рассеялась.

Хардинг помнил составленное им досье Нелл и восхищение, которое он чувствовал, следуя по ее маршруту через всю страну. Я напишу о ней очень хороший очерк… нет, книгу, подумал он. Книгу о смелости и победе.

«Неблагодарная шлюха».

Слова, возникшие неизвестно откуда, эхом отдались у него в ушах и заставили вздрогнуть.

Нелл посмотрела на него с жалостью.

— Вам нужно в больницу. Он покачал головой:

— Предпочитаю своего личного врача. Спасибо за сочувствие, миссис Тодд. И за вашу доброту.

— Я попробую вылечить ваш ожог.

— Ожог? — удивился Хардинг.

— Минутку. — Она вышла с кухни и поговорила с Пег, которая пришла на смену. Вернувшись, Нелл открыла шкафчик и вынула оттуда узкую зеленую бутылку. — Мазь алоэ, — бодро сказала она. — Очень помогает.

Хардинг протянул руку к лицу и тут же отдернул ее.

— Должно быть, я… Солнце обманчиво, — выдавил он. — Миссис Тодд, должен сказать, что я прибыл на остров ради того, чтобы поговорить с вами.

— Да? — Она открыла бутылку.

— Я журналист, — начал он. — Пишу о вас статью. Для начала скажу, что искренне восхищаюсь вами.

— В самом деле, мистер Хардинг?

— Да. Безмерно. — Что-то попыталось выползти из его живота и проникнуть в горло, но Хардинг заставил его вернуться на место. — Сначала я просто хотел написать статью для журнала, но потом в полной мере оценил значение того, что вы испытали и сделали. Это важно для очень многих. Конечно, вы знаете, сколько женщин страдает от домашнего насилия, — продолжил он, пока Нелл набирала мазь на палец. — Вы светоч, миссис Тодд, символ победы равноправия.

— Никакой я не светоч, мистер Хардинг, — рассмеялась Нелл.

— Нет, светоч. — Он заглянул ей в глаза. Они были такими голубыми, такими спокойными… Мурашки в животе тут же улеглись. — Я проехал по вашему маршруту через всю страну.

— В самом деле? — Пальцы Нелл, покрытые мазью, легко коснулись его щеки.

— Я расспрашивал людей, с которыми вы работали. Шел по вашему следу, если можно так выразиться. Я знаю, что вы делали, как упорно работали и какой страх при этом испытывали, но не сдавались.

— И никогда не сдамся, — звонко ответила она. — Вы должны были это понять. Я никогда не сдамся.

«Ты принадлежишь мне. Элен, зачем ты заставляешь меня причинять тебе боль?»

Это был голос Ивена — спокойный, здравый голос, которым он говорил перед тем, как наказать ее. Ужас Нелл готов был вырваться наружу. Но она знала, что этого от нее и ждут.

«Ты больше не можешь причинить мне боль. И никому из тех, кого я люблю».

Кожа Хардинга под ее пальцами двигалась, как будто под ней кто-то ползал. Но Нелл продолжала наносить мазь. Наконец он вздрогнул и схватил ее за запястье.

«Беги, — прошептал он. — Беги, пока не стало слишком поздно».

«Здесь мой дом. — Она боролась со страхом. — Я буду защищать его всем, чем могу. Мы победим тебя».

Хардинг вздрогнул снова.

— Что вы сказали? — растерянно спросил он.

— Я сказала, что теперь вы должны отдохнуть, мистер Хардинг. — Нелл закрыла бутылку. Ее переполняла жалость к этому человеку. — Надеюсь, скоро вам станет легче.

— Ты дала ему уйти? — Рипли расхаживала по полицейскому участку и от досады дергала себя за волосы. — Погладила по головке и посоветовала уснуть?

— Рипли, — негромко предупредил ее Зак, но сестра только тряхнула головой.

— Ради бога, Зак, перестань! Этот человек опасен. Она сама сказала, что в нем — зло.

— Это не его вина… — начала Нелл, но Рипли резко повернулась к ней.

— Речь идет не о вине, а о реальности. Даже если он всего лишь журнальный репортер с манией величия, это уже плохо. Он прибыл сюда, разыскивая тебя. Черт побери, он тащился по твоему следу через всю страну и разговаривал с людьми у тебя за спиной!

— Это его работа. — Нелл подняла руку, не дав Рипли открыть рта. Год назад она сама шарахалась от любого резкого слова, но времена меняются. — Я не осуждаю этого человека за то, что он делает свое дело, и за то, что с ним случилось. Хардинг не знает, что с ним происходит, он болен и напуган. Ты не видела его, Рипли. А я видела.

— Я не видела его, потому что ты не вызвала меня.

— Ты сердишься, что я не попросила у тебя совета и помощи? — Нелл склонила голову набок. — Скажи, а ты сама обратилась бы ко мне? Или к Майе?