Чтение онлайн

Поднявшись по запорошенному школьному крыльцу, Максим медленно шёл, наслаждаясь хрустом чистого снега. Остановился, посмотрел на школьный двор – весь усыпанный девственно белым снегом. „Странно, такого ещё не было, чтобы я первым пришёл в школу. Надо же”. Ещё постоял, наблюдая за летящими снежинками, восхищаясь безветрием и свежестью морозного утра.

Макс посмотрел на свои следы и подумал: „Неужели я – такой неуверенный в себе человек? Потому что следы неровные, как будто при походке меня немного пошатывало? Когда идёшь – кажется ровно!” Уже собравшись заходить, заметил ещё одну странность: при поворотах, когда топтал школьный двор в ту и другую стороны – шёл твёрдо и уверенно, не торопился. Однако, следы находились на разной длине друг от друга. При поворотах виражи были разными; но что было особенно странным – при одинаковом количестве шагов влево и вправо расстояние прилично отличалось по длине.

„Что же это значит? – Подумал Макс, и повернувшись влево, прошёл восемь шагов и повернул обратно до первоначального места, за тем ещё и ещё. Потом вправо. – Вышло точно также. От чего же так происходит? В жизни так бывает: когда человек о чем-то думает и старается это сделать – что-то препятствует ему и не хочет, чтобы в точности получилось, как хотелось бы, а всегда будет так, как нужно!” Раздевшись в гардеробе и поднимаясь на третий этаж, на урок русского языка, рассуждал ученик десятого класса. На вид ему было лет пятнадцать, среднего роста, спортивного телосложения, темноволосый, с зелёными глазами и смазливым личиком, серьёзным взглядом и улыбкой на лице. Сейчас ему было грустно от нахлынувших фактов действительности. Максим уже давно задумывался над проблемой реальности и воображения, и стремления человека сделать всё на свой лад.

„Разве следы не характеризуют явно эту суть? Ведь сколько не старайся – не будет чёткости, пока отклоняешься от истины, обманываешь, скрываешь, или делаешь так, как не должно…”

В школе было тихо: никого ещё не было и каждое движение, сопровождаемое звуком, отражалось громким эхом. Как-то сегодня необычно чувствовал себя Максим: и совсем не вспоминались правила русского языка перед контрольной работой. Посмотрев на двери кабинета, даже возникло желание не идти на урок: „Зачем нужна двойка? Всё равно следующий урок – химия – это вторая двойка – очень хорошо, и по алгебре – третья. Всё до кучи! Вообще отлично! Да, к концу недели дела что-то совсем неважно идут. – Лицо Макса стало серьёзным, щёки раскраснелись. – Для чего я сегодня пришёл в школу – совершенно не понятно!? Вчера разболелась голова, уроки не делал; встал рано, чтобы не торопясь дойти. Следы… Да, ответили на мучивший вопрос, и что?”

Думать ни о чём надоело, сидеть на холодном подоконнике тоже, и Максим, сделав усилие, поднялся и посмотрел в окно. В школу уже заходили ученики, слышались шаги и голоса, нарушающие привычную тишину и отвлекающие от мыслей. Он почувствовал свою незначительность, когда по коридору стали проходить туда-сюда ученики со своими портфелями, пакетами, куда-то бежали, суетились, о чём-то разговаривали. „Скучно их слушать!” Максу не хотелось сегодня ни с кем общаться из своих одноклассников: было как-то пасмурно на душе и тоскливо. Почему, он не знал, сидя в стороне от ребят и дожидаясь звонка на урок.

Прозвенел звонок, и все классы вошли в кабинеты и приступили к занятиям. Только десятый „В” класс остался возле кабинета, но через десять минут подошла, завуч школы Полина Павловна – высокая, статная женщина, очень умная, преподаёт алгебру и геометрию старших классов. Её кудрявые волосы до плеч, крашеные в каштановый цвет, выразительное лицо с карими глазами, всегда хорошо смотрелись. Ровная, совершенно неторопливая походка, выражающая спокойствие и невозмутимую уверенность в завтрашнем дне, – очаровывала своей грацией и шармом. Она совершенно спокойно шла по коридору, а Макс уже понял: „Урока русского не будет! – Смотрел на Полину Павловну и пытался понять. – Что она сейчас скажет? – Было и легко и, в то же время, сложно. – Придётся идти на урок химии – ясно, что случилось со Светланой Викторовной – нет”.

– Здравствуйте ребята! Уже, наверное, заждались? Светлана Викторовна вчера заболела и уроки отменили. Сейчас, чтобы зря не стоять, идите к Екатерине Савельевне на химию. – Она говорила так спокойно и тихо, что казалось, каждое слово вкрадывается тебе в душу, как будто бы там держится за что-то, и так привлекает к себе; как что-то неизведанно страшное, которое притягивает своей загадочностью, но в тоже время пугает.

Полина Павловна говорила так всегда – независимо ни от чего – слушать ее интересно, даже если разговор был ни о чем.

– Полина Павловна! – Хором заверещали девчонки, – а можно к вам на урок?! У нас же алгебра последняя!

– Нет, ребята. У нас контрольная работа, сами понимаете, два класса вместе я не беру. Вам уже сегодня нужно её написать. Так что не обижайтесь – меня тоже поймите. Хорошо? – Она улыбнулась, и хоть улыбка у нее никогда не получалась, но собеседники всегда чувствовали, какие чувства теплоты и нежности она хотела этим выразить.

– А вы нас отпустите пораньше? А переписать можно будет, если плохо напишем? – Тянули время одноклассники, чтобы не идти на химию.

Встав с подоконника, Максим медленно пошел по коридору к лестнице, подумывая о том, что скажет матери о полученной на химии двойке. „На алгебру теперь я точно не пойду, и того – всего одна двойка. Однако, для матери не повод: одна их или много, а факт – присутствие этой двойки. Вот тебе и скандал. – С каждым шагом идти хотелось все меньше и меньше, и расхотелось вообще, – но идти надо! Надо получить эту двойку! Но зачем?” Макс не находил ответа на этот вопрос. Перед выходом на лестницу обернулся, услышав голос Полины Павловны:

– Все как обычно ребята: кто написал раньше – сдаёт и уходит. Если кто-то напишет на двойку или тройку и захочет переписать; я назначу день, или на уроке во время самостоятельной работы перепишите – и все. Ну, давайте, идите на урок, а-то и так уже целых десять минут говорим с вами. – Она пошла к той же лестнице, у которой стоял Максим: „А что, если сказать ей, что я – не готов и напишу в следующий раз? Тогда сегодня можно не идти на урок! – Ребята обогнали учительниц и уже спустились на второй этаж, когда Полина Павловна сравнялась с Максимом. Сначала он не решился ничего сказать. – Да и отпрашиваться с урока как-то неудобно…”

– Полина Павловна, мне сегодня нужно в больницу на прием к врачу. Можно я напишу контрольную работу на следующем уроке, а сегодня не приду?

– Да, Максим, я знаю, конечно, можно. Никакой проблемы в этом нет, раз нужно в больницу – обязательно иди.

– До свидания, спасибо, Полина Павловна! – „Какой вы – кристально-чистой души человек!” – Уже шёпотом добавил Макс ей вслед.

Открыв двери кабинета химии перед самым носом Максима, Екатерина Савельевна своим строгим голосом спросила: