Сильнее страха
Шрифт:
Эндрю и Сьюзи ждали Фредди на ступеньках. Он вылез из такси и отдал Эндрю чек.
— Не хотелось идти пешком. С тебя десятка. Чего это тебя понесло на почтамт?
— Расскажи все, что знаешь об этом учреждении.
Олсон так таращился на Сьюзи, что ей стало неловко.
— Я — подруга бывшей жены Эндрю, — объяснила она, уже зная, кто перед ней. — Завершаю учебу по специальности «городское обустройство». Меня угораздило передрать из Интернета целую главу — думала украсить свой диплом. Профессор согласен закрыть на это глаза, но при условии, что я заменю чужой текст другим — о значении архитектуры первого десятилетия двадцатого века для нью-йоркской городской среды. Профессор — старая шельма. Он назначил мне срок до понедельника, времени в обрез, но выбора нет, иначе диплома мне не видать. Этот почтамт считается одним из самых ярких образчиков архитектуры той эпохи. Эндрю уверяет, что вы знаете его лучше, чем архитектор, построивший его.
— Лучше Джеймса Уэтмора? Вы мне льстите, мэм, хотя не буду скрывать, кое-что я и вправду знаю. У меня была на эту тему отличная статья, жаль, что вы не начали с нее. Дайте мне свой адрес, сегодня же вечером я принесу вам свою статью…
— Какое имя вы назвали?
— Архитектора, руководившего строительством. Вы о нем не знали?
— Знала, но забыла, — ответила Сьюзи, задумавшись. — А «Фишер Стоун» — это вам что-то говорит? Может, это какое-то конкретное место внутри почтамта?
— Слушайте, что вы за студентка?
— Честно говоря, ленивая, — созналась Сьюзи.
— Да я уж вижу… Идите за мной! — скомандовал Олсон.
Он подвел Сьюзи и Эндрю к стене, на которой красовалась мемориальная доска в честь открытия Центрального почтамта с целым списком имен.
Уильям X. Вудин,
министр финансов
Лоррейнс У. Роберт-мл.,
заместитель министра
Джеймс А. Уэтмор,
руководитель строительства
«Тейлор и Фишер»
Уильям Ф. Стоун-мл.
архитектурно-проектная компания
1933
— Вот и номер абонентского ящика, — шепнул Эндрю на ухо Сьюзи.
— Ну, с чего желаете начать экскурсию? — спросил Олсон, чрезвычайно гордый собой.
— Вы экскурсовод, вам и решать, — сказала Сьюзи.
Битых два часа Олсон поражал их своими лекторскими способностями. Его познания произвели впечатление даже на Эндрю. На каждом шагу он останавливался, чтобы рассказать Сьюзи о происхождении очередного фриза или мрамора на полу, назвать скульптора, создавшего барельеф, или авторов кессонных потолков. Сьюзи нравилось это погружение в историю, она засыпала Фредди вопросами, чем быстро привела Эндрю в раздражение, которое тот даже не пытался скрыть.
Вернувшись к абонентским ящикам для почты до востребования, Сьюзи и Эндрю убедились, что ящика под номером 1933 не существует.
— В начале восьмидесятых годов была внедрена система автоматической сортировки почты, после чего всю подземную часть закрыли для посетителей.
— Там тоже были ящики? — спросила Сьюзи.
— Быть-то были, ну и что? Ими все равно пользовались все реже. Те, что вы видите здесь, — всего лишь декорация. На верхние этажи тоже не пускают, но у меня хорошие отношения с одним из здешних начальников. Хотите там побывать? Могу это устроить в ближайшие дни. Можно перед эти пообедать. Или поужинать потом.
— Превосходная идея! — одобрила Сьюзи.
Она поблагодарила Фредди Олсона за познавательную экскурсию и заявила, что отправится домой, чтобы записать все, что от него услышала.
Олсон нацарапал в своем блокнотике номер ее телефона и заверил, что он всегда в ее распоряжении.
Сьюзи отдала Эндрю плащ и убежала. Олсон подождал, пока она удалится на достаточное расстояние, и обратился к Эндрю:
— Слушай, Стилмен, ты ведь все еще в трауре по своему браку? — Он проводил взглядом Сьюзи, пересекавшую Восьмую авеню.
— Тебе-то какое дело? — огрызнулся Эндрю.
— Так я и думал. Раз так, ты не будешь возражать, если я сегодня приглашу твою знакомую поужинать? Возможно, я ошибаюсь, но у меня впечатление, что я ей понравился.
— Если у тебя впечатление, что ты кому-то понравился, обязательно воспользуйся этим редчайшим случаем!
— У тебя всегда найдется для меня доброе слово, Стилмен.
— Эта женщина свободна, Фредди, поступай как знаешь.
Войдя в ресторан «Фрэнки», Эндрю увидел за своим столиком в глубине зала Сьюзи.
— Я сказала официантке, что ужинаю с вами.
— Вижу, — ответил Эндрю, садясь.
— Вам удалось избавиться от коллеги-эрудита?
— Вы мне плохо в этом помогали.
— Что у вас запланировано дальше?
— Первым делом — ужин. Потом мы совершим глупость. Будем надеяться, что нам не придется о ней сожалеть.
— Что за глупость? — осведомилась Сьюзи, принимая соблазнительную позу.
Эндрю закатил глаза, вынул из портфеля фонарь и положил на стол. Сьюзи зажгла его и направила луч в потолок.
— Поиграем! Кто из нас двоих лучше изобразит статую Свободы? — Она направила луч Эндрю в глаза. — Выкладывайте все, что знаете, мистер Стилмен! — Теперь она изображала сурового следователя.
— Мы не в цирке. Хотя ваше хорошее настроение меня радует.
— Ну так зачем нам фонарь?
— Чтобы найти абонентский ящик в подземелье почтамта.
— Но как?
— Бесшумно.
— Какая замечательная мысль!
— Мне так не кажется.
Эндрю разложил на столе схему.
— Долорес добыла это в мэрии. Схему опубликовали во время городского опроса. Старые абонентские ящики замурованы вот здесь. — Он указал на черную линию на карте. Я придумал, как туда попасть.
— Вы научились проходить сквозь стены?
— Видите штриховку? Так помечены тонкие гипсовые перегородки. Вижу, вас все это развеселило. Пожалуй, лучше я посмотрю дома телевизор. Куда приятнее отдыхать, чем рисковать собой, бродя в подземелье почтамта.
Сьюзи накрыла ладонью пальцы Эндрю.
— Мне просто захотелось заставить вас улыбнуться. Ни разу еще не видела вашей улыбки!
Эндрю скорчил гримасу.
— Вылитый Джек Николсон в роли Джокера!
— Что ж, значит, я — человек, который не смеется, — пробормотал Эндрю, складывая план. — Доедайте ваши макароны, я продолжу объяснения на месте. — Он убрал руку со стола.