Чтение онлайн

Она присела рядом с его креслом и взволнованно сказала:

— Тоно, если ты послушаешь меня…

— Что?! Мне тебя слушать, после того, как ты чуть не убила нас, выставив щиты?

— Не нужно здесь садиться! Поверь мне!

— Ну, еще бы!.. Я так знал, что ты будешь теперь изводить нас своей глупостью! Насколько я помню, мы договорились, что ты моешь туалет и разогреваешь еду, а командую здесь я, так?! А я сказал, что мы здесь сядем.

— Не надо садиться. Не здесь!

Ее голос прозвучал с такой мольбой, что они оба и Фредо, и Тоно, повернулись и посмотрели на ее нее.

— Это еще почему? — спросил Тоно.

— Не могу сказать, но… я просто чувствую, не нужно!

— Вот это да! Она еще и чувствует!.. Хотелось бы сразу ознакомиться с полным репертуаром твоих истерик. Итак, что будет в следующий раз? Галлюцинации или видения?

Тоно все больше склонялся к теории, что Рене просто свихнувшаяся на почве одиночества истеричка, желающая находиться в центре внимания. Правда, тут еще не все было ясно окончательно… Кое-какие вопросы у него имелись. Но он твердо решил поставить ее на место. Уж он-то сможет научить любую, даже истеричку, держать себя в руках, пока она на его корабле! Во всяком случае, публику она здесь не найдет!

Рене сразу опустила голову и замолчала. Спорить с Тоно было бесполезно, не смотря на сочувственный взгляд Фредо. Придется пережить. Рене уже умела принимать судьбу.

Они приземлились прямо посредине огромного молочно-белого болота, покрывающего почти всю планету. Когда смолкли двигатели, все словно увязло в тишине. В густой неглубокой жиже группами росли деревья, почти без листьев, зато бурно цветущие желтыми причудливыми цветами. Насекомых и птиц не было видно. Небо Рер высокое и такое же непроницаемо белое, как болото, было пустым и холодным. Ни звука.

— Ну что, пойдем Фредо. У нас куча дел. В болоте полно насекомых, поэтому придется набрать топливо в отстойники. Заправимся вручную, и побродим здесь вокруг… А ты остаешься на «Лего» за главную. Не смей ничего трогать и следи за нами по мониторам. Режим громкой связи. И учти, я ставлю замок с первой степенью защиты. Даже автопилот не сможет поднять корабль без введения кода. Ясно?

— Пожалуйста, будьте осторожней. Не удаляйтесь от корабля!

Когда они надевали защитные костюмы, Фредо сказал:

— Зря ты запрограммировал защиту корабля первой степени. Если с нами что-нибудь случиться… В конце концов, всякое бывает…

— Именно. Я не доверяю… женщинам, Фредо. Одной ей не улететь.

— Но если с нами действительно что-нибудь случиться?.. Ведь тогда может погибнуть и она!

— Ничего не случиться. Что за ерунда!? Наслушался бредней этой истерички? Так оставайся здесь, она тебе еще и не того наговорит, лишь бы слушал!

Тоно рассердился на то, что Фредо верил ее словам, и даже заботился о ней. Еще бы, он ведь не знает!.. И все же, кошки заскребли и по его совести. Конечно, он ей не верил ни минуты, но это было как-то нехорошо, ставить защиту, и тем самым оставлять ее в полной зависимости от их судьбы. Перед самым уходом, он тихонько прошел в рубку управления, и снял защиту.

Они вышли из корабля. Густое молочное болото покрывало почти все пространство вокруг. Поляну, куда сел «Лего», робко обступали светлые рощицы бирюзовых деревьев. Тонкие стволы стояли в болотной воде коктельными палочками с причудливыми украшениями в виде больших редких листьев, бессильно свисающих вниз под тяжестью прекрасных желтых цветов, облепивших их по бокам. Метрах в трехстах южнее поляны, виднелся каменный островок с ровной, точно спиленной поверхностью, высотой примерно в полметра над линией болот. Тоно не посадил лодку там лишь потому, что остров показался ему не стабильным, при посадке он заметил там какое-то обширное движение, впрочем, возможно, это были газы, выходящие время от времени из темных круглых дыр, его покрывающих. Отовсюду несло сладковато-гнилостным, приторным ароматом. Ни ветерка, ни шороха, ни всплеска, ни других звуков. Сама тишина здесь, на Рере, казалась липкой и гнетущей, как предчувствие беды.

В первую очередь Тоно и Фредо осмотрели корпус корабля. Метнув в сторону камеры наблюдения, специально для Рене, укоряющий взгляд, Тоно с глубоким вздохом отодрал и выбросил искореженные сломанные щиты, для себя же решив, что поставит при случае новые, пригодятся, на случай, если ситуация повториться. Повреждения внешних стен корпуса оказались не такими уж обширными, возможно именно благодаря щитам, и они решили отложить ремонт до цивилизованной мастерской при первом же космодроме. Теперь надо было набрать топливо. Но чтобы болотная жидкость отстоялась, и можно было избавиться от живых организмов в ней присутствующих, это приходилось делать в ручную.

Жижа действительно была вязкой, ноги становились тяжелыми, каждый шаг давался непросто. То ли под действием слов Рене, то ли из-за тишины и влажности, Фредо чувствовал себя очень неуверенно. Тоно, нахмурился, увидев его растерянность, сделав несколько шагов в сторону леса, зачерпнул белую густую жидкость в емкость для запасов топлива, и понес к кораблю, только тогда Фредо неохотно последовал его примеру, с опаской оглядываясь по сторонам. Ничего не произошло, они набрали горючего во все свободные герметичные пакеты, и Тоно сказал Рене, остановившись перед камерой наблюдения:

— Мы все. Прогуляемся, и вернемся. Готовь ужин. Идем, Фредо, дойдем до соседнего плато, разомнем ноги.

— Прошу вас, не отходите далеко от корабля, мне не видно…

— Мы сами о себе позаботимся!

— Здесь опасно!

— Ладно уже, каркать! Лучше позаботься об ужине.

— Может… — нерешительно сказал Фредо, — не стоит?

— Что? Ты веришь этой истеричке и трусихе? — рассердился Тоно. Он видел, как Фредо сочувственно посмотрел на Рене, когда она получила у него отпор.

— Она не похожа на…

— Много ты знаешь!.. Она еще не то выдумает, лишь бы ты развесил уши и слушал ее. Истерички этим живут. Впрочем, хочешь слушать ее, возвращайся, я не держу.

Он решительно направился от корабля, и Фредо нехотя поплелся за ним, кинув на корабль тоскливый взгляд.

Они шли довольно медленно. Идти по болоту было не просто, тем более, что вода стала доходить до середины бедра и выше. Фредо весь взмок от напряжения, и не раз покрывался потом, когда ему казалось, что ноги его кто-то удерживает внутри этой сметанной жидкости, или что уровень жижи резко поднимается, или когда тишина застывшего леса оглушала. Он останавливался, и мучительно оглядывался на корабль, но Тоно поддразнил его со смешком: