Чтение онлайн

— Его нет. Вашего мужа нет!

— Как это?

— Постель пуста. В туалете тоже нет. Его нигде нет. Что могло случиться?

Аня похолодела от ужаса. В начале его болезни случались эпизоды, когда Адам, как лунатик, вставал с постели и бродил по заднему двору. В последнее время его состояние вообще не позволяло ему ходить. А из окна кухни она видела, что в саду его тоже нет.

Они с Терри мыслили синхронно. Рванулись в гараж — и с ужасом обнаружили, что худшие опасения оправдались.

Одна из машин исчезла.

Болезнь Альцгеймера медленно, но неумолимо лишила Адама Куперсмита всех его способностей. В минуты просветления он вспоминал свою прежнюю жизнь и приходил в глубокое уныние. Он не осмеливался сказать Ане, что уже давно принял решение: он не позволит недугу лишить его человеческого достоинства.

Несомненно, было и неврологическое объяснение внезапному — и, безусловно, мимолетному — возвращению к нему сознания. И хотя ученые пока так и не знают, где именно в организме расположено то, что мы называем волей, все признают ее существование и уважают ее неисповедимую мощь.

Вся жизнь Адама Куперсмита была сплошным покорением природы. В юном возрасте это выражалось в мастерских прыжках в воду. Он научил свое тело подчиняться мысли и производить движения удивительной красоты.

Огромная внутренняя сила предопределила характер его научной деятельности, которую Адам посвятил исправлению ошибок природы. И присужденная ему премия была наглядным свидетельством его огромного успеха.

Помимо этого, сообщение из Стокгольма возбудило нервный импульс, стимулировавший такой физический подъем, какого от него уже вряд ли можно было ожидать.

Адам понял: если действовать, то сейчас. Он сел в постели, машинальными движениями натянул одежду, кроссовки — чего не делал без посторонней помощи уже несколько месяцев. Ключи от машины были неосторожно оставлены на столике в коридоре. Он взял связку и вышел.

Дверь гаража тоже оказалась не заперта, так что единственным произведенным им шумом стало легкое урчание «Форда Темпо» в тот момент, когда он задом подавал из гаража.

Адам ехал в лабораторию и внимательно следил за дорожными знаками. Прилежно останавливался на светофорах. Не превышал разрешенной скорости.

Он поднялся в лифте на восьмой этаж, рассчитывая нанести последний визит в свою лабораторию. Но стоило ему заметить за столами и приборами нескольких полуночников, как он развернулся и направился к пожарному выходу.

Адам уверенно и не спеша поднялся по пожарной лестнице на крышу.

Он прекрасно осознавал, где находится и зачем он здесь.

Ему не было страшно.

Адам медленно подошел к краю крыши и какое-то время прямо и горделиво стоял над городом, любуясь им в первых утренних лучах солнца.

Потом, припоминая, как в юности совершал полет над бассейном, он оттолкнулся и прыгнул.

Вечером десятого декабря именитые представители светской и научной элиты собрались в Большой аудитории Концертного зала Стокгольма на кульминационное мероприятие праздничной недели — торжественную церемонию вручения Нобелевской премии за прошедший год.

В отличие от большинства театральных постановок на этом «представлении» публика располагалась по обе стороны рампы. Ибо к зрителям следовало причислить и восседающих на сцене в несколько рядов полторы сотни членов шведских научных академий, во фраках с белыми галстуками.

Эти черно-белые ряды имели лишь отдельные вкрапления цветных пятен — наглядное свидетельство того, сколь малое место заняли женщины в истории Нобелевской премии.

Ровно в четыре тридцать расположившийся на небольшом возвышении за академиками Стокгольмский филармонический оркестр получил сигнал от своего дирижера Никласа Виллена и заиграл шведский государственный гимн. Публика поднялась, и с правой стороны на сцену вышел Его Королевское Величество Карл Шестнадцатый Густав в строгом черном фраке в сопровождении королевы Сильвии — ослепительной в своем красном платье, с сияющей диадемой на каштановых волосах.

Ровно через минуту — регламент фонда расписан с точностью швейцарских часов — под звуки Венгерского марша Берлиоза (не откуда-нибудь, а из «Проклятия Фауста») торжественным шагом на сцену прошествовали новые лауреаты, почтительно склоняя головы перед ярко освещенным бюстом Альфреда Нобеля, изобретателя динамита и незримого председательствующего на сегодняшней церемонии.

Они заняли отведенные им кресла, обитые красным бархатом, напротив королевской четы.

Со скромной черной кафедры, украшенной большой золоченой копией медали, вручаемой вместе с Нобелевской премией, председатель фонда произнес небольшую вступительную речь.

После этого премии были вручены в той последовательности, какую оговорил в своем завещании сам Альфред Нобель.

Первыми шли физики.

Представляя Изабель да Коста, профессор Гуннар Нильсон позволил себе несколько хвалебных слов. Он поставил ее в один ряд с Галилео Галилеем и Эйнштейном. Не преминул порадовать аудиторию и сообщением о ее юном возрасте:

— Побит рекорд сэра Вильяма Брэгга, получившего премию в возрасте двадцати пяти лет и долгое время остававшегося самым юным из нобелевских лауреатов.