Чтение онлайн

— Да у меня то нет. У людей — есть…

— А что же эти люди не встанут и не скажут, а? Так мол и так, товарищи — официальной версии не верим, просим организовать расследование. Или — все смелые как по пансионатам да по кухням, а как встать и сказать…

Громыко разозлился — сильно. Он хотел строить разговор совсем по-другому — но сейчас испытывал омерзение и злобу на регионалов, которые горазды были где-то и о чем-то шептаться, а как надо встать и сказать…

Вопрос шел — кто кого переломит. Здесь и сейчас. И первым не выдержал Панкратьев. Слабоват был против карьерного дипломата, прозванного Мистер нет, человека еще сталинской закалки. Любителю молоденьких девочек — с таким не справиться.

— Да ты чего, Андрей Александрович… — привычно заканючил Панкратьев — на меня как на врага смотришь. Я же преданный… делу партии человек…. чего только скажи, я…

Громыко с омерзением слушал идущего… нет, ковыляющего рядом человека. Что же за люди то такие пошли — мразь мразью.

Внезапно — он рванул соседа за воротник, заставил наклониться.

— Какой ты враг… — процедил сквозь зубы Громыко — дурак старый… Кто к тебе подкатил ну? Не пощажу!

— Андрей Александрович!

— Кто?! Говори, б…!

— Везиров! Везиров!

От неожиданности Громыко выпустил воротник Панкратьева.

— Врешь!

Абдурахман Халил Везиров был только что назначенным первым секретарем ЦК республики Азербайджан, вместо ушедшего в Москву Багирова. Алиев не возражал, думали что это человек Алиева… а теперь — на тебе.

— Правду говорю, Андрей Андреевич! Ну хочешь, на партбилете поклянусь!

Мразь — она и есть мразь.

— Сам лично с ним говорил?

— Да нет, нет! Человек от него был!

— Кто?!

— Бакаев! Бакаев из представительства! Его доверенный человек.

Представительство… Теперь новая мода пошла от Горбачева — каждая союзная республика открывает в Москве свое представительство — чуть ли не квазипосольство. Там уважаемые люди, им квартиру служебную подавай, дети в Москве учатся, в Москве в институт поступают… совсем охренели от безнаказанности.

А то, что сам Везиров не пришел — оно и понятно. Теперь если все всплывет — Везиров от всего откажется, сдаст своего человека.

— И что он говорил?

— Говорил, что работа идет. Везиров не один там.

— Какая работа?

— Созыв съезда. Перед съездом что-то в прессу грохнут. Призовут к ответу.

Громыко усмехнулся.

— Жидковаты вы… к ответу то призывать… штаны сначала поменяйте, воняет уже. Он конкретно — против кого все это затевает?

Панкратьев огляделся, как плохой шпион — потом показал наверх.

— Ему варианты нужны. Конкретно — решение Карабахского вопроса. При Горбаче — вокруг него одни армяне вились. Это плохо говорит. Очень плохо.

В принципе он прав. Шахгназаров, Баграмов, Аганбегян, Ситарян. Одни армяне. Но и этот, б… Хорош. Это же получается, что он Центр шантажирует! Региональный князек, на должности без году неделя — и Центр шантажирует!

С…а!

— Андрей Александрович…

— Заткнись!

Громыко лихорадочно думал. Что-то надо делать… сыплется все, люди распустились, краев не видят. Везиров центр шантажирует, Алиев докладывал на прошлом заседании — в Армении неладно, подумали, что это он просто против армян прет — а если и в самом деле? Через Узбекистан наркоту прут, оружие… Таджикистан на самой границе… уже Ош полыхнул, еле подавили… ох, неладно что-то. И если кто-то еще и раскачивать начнет…

И все-таки до чего люди распустились — беспринципность так и прет. Обеспечь ему Карабах — он же своего с радостью покусает.

— Что он говорил? Кого обработали уже?

— Не знаю. Сам Везиров по Средней Азии работает. Еще кого-то по здравницам вылавливают…

Понятное дело. По Средней Азии вовсю расследование идет, там многие Центром недовольны. И черт его знает, во что это недовольство может вылиться…

А все-таки — большое б…ство, большое. Та же Новосибирская область — как два Азербайджана с лихом, но у Новосибирской области представительства в Москве нет, а у Азербайджана — есть!

— Мне то — что делать? Андрей Александрович!

— Что делать… Он когда к тебе придет?

— На неделе.

— Не говори ни да, ни нет. Со мной встретился, удочку закинул. Передай — я спрашиваю, на кого можно рассчитывать. Конкретно, иначе разговора нет. Понял?

— Понял, Андрей Александрович!

Громыко плюнул на землю — и поспешил к машине, оставив собеседника одного. Когда Хруща свергали… так там люди были. А сейчас — мразь, шкурники…

По дороге в Кремль Громыко вспомнил одну вещь — он все-таки был самым долгоиграющим министром иностранных дел в истории СССР и даже в отставке газеты просматривал и за назначениями следил. Везиров, ныне Первый секретарь Азербайджанского обкома КПСС — до своего назначения на этот пост был Чрезвычайным и полномочным послом СССР в Пакистане и оговаривал вывод войск с уль-Хаком и прочие другие дела. И о чем конкретно он там надоговаривался и с кем — без товарища Берии не разобраться.

А раз так… то возможно и это «ж-ж-ж» с юга — не просто так. Как говаривал любимый всеми советскими детьми товарищ Винни-Пух.

К Генеральному секретарю — Громыко не вошел, а буквально вломился, даже прикрепленный — привстал со своего места. Благо — никого не было.

Генеральный секретарь ЦК КПСС Михаил Сергеевич Соломенцев захлопнул красную папку со сводкой.

— Чего летишь, как на пожар?

— Давай, в другой кабинет перейдем.

Это было уже традицией — кабинет каждый раз был новый. Чтобы — не сумели подслушать. Нервы у всех сейчас — были на взводе.

Пока Генеральный секретарь и член Политбюро неспешно шли по коридорам — расторопные холуи уже успели согнать со своих мест работников какого-то сектора ЦК. Замолкли машинки, стихло радио.

— Ну?

Громыко коротко рассказал. Соломенцев иронически поднял бровь.

— Панкратьев? Кто такой?

— Академик, б… — выругался матом Громыко — Институт марксизма-ленинизма. Старый козел, по девочкам ходок. Мразь еще та.