Чтение онлайн

– А у меня есть перчатки, – сообщил он.

– Верно! И очень красивые! – с восхищением кивнула девушка.

– Если бы я был дома, – произнес мастер Рейн, бросив мрачный взгляд на родительницу, – я бы ни за что не надел их.

– Эдмунд!..

– Но ведь тебе нравится в Лондоне, не так ли? – спросила Феба, дипломатично меняя тему разговора.

– Конечно, нравится! – ответила за сына Ианта. – Можете себе представить, дедушка обещал Эдмунду покатать его утром в Парке, правда, мой дорогой?

– Если я буду хорошо себя вести, – с нескрываемым пессимизмом уточнил Эдмунд. – Но я все равно не пойду опять выдергивать зуб.

Ианта печально вздохнула.

– Эдмунд, ты же помнишь, что я тебе сказала. На этот раз не нужно будет идти к мистеру Тилтону.

– Ты и раньше говорила это, когда мы приезжали в Лондон, – безжалостно напомнил мальчик. – Но дядя Вестр все равно сказал, что мне нужно идти… И я пошел. Я не хочу, чтобы у меня вырывали зуб. Пусть мне даже разрешат положить его в маленькую коробочку, все равно не хочу! – с горечью сообщил Эдмунд.

– Я не сомневаюсь, что ты вел себя очень смело, – вмешалась в разговор Феба Марлоу.

– Да, – согласился племянник Сильвестра. – Мне больше ничего не оставалось, ведь дядя Вестр пригрозил, что я пожалею, если разревусь. Знаете, мне совсем не нравится, когда дядя Вестр заставляет кого-то о чем-то жалеть. Это больно!

– Видите? – тихо воскликнула Ианта и бросила на Фебу многозначительный взгляд.

– Кейгли сказал, что я вел себя храбро, когда упал со своего пони, – похвалился Эдмунд. – Я тогда ни разу не крикнул. У меня хватило настоящей закваски.

– Эдмунд! – не на шутку рассердилась Ианта. – Я тебе уже сто раз говорила, что нельзя повторять все те вульгарные слова, которые ты слышишь от Кейгли. Немедленно попроси у мисс Марлоу прощения! Что она может о тебе подумать?

– О нет, прошу вас, не заставляйте его просить у меня прощения! – взмолилась Феба, заметив, как мастер Рейн упрямо выставил вперед подбородок.

– Кейгли, – провозгласил Эдмунд с горящими огнем глазами, – старший конюх и мой близкий друг.

– Это неудивительно, – откликнулась Феба, прежде чем Ианта успела отругать сына за таких друзей. – Я сама с ним немного знакома и не сомневаюсь, что Кейгли прекрасный человек. Это он научил тебя ездить верхом? Я хочу, чтобы ты рассказал мне о своем пони.

Эдмунда не пришлось просить дважды, и он пустился описывать достоинства своей лошадки. К тому времени, когда коляска подъехала к дому лорда Элвастона на Альбемарл-стрит маленький мальчик и мисс Марлоу достигли полного взаимопонимания. Дело дошло до того, что Эдмунд не хотел уходить от новой знакомой. Но его мать, судя по всему, была сыта по горло обществом сына. Ианта отослала мальчика в детскую, объяснив гостье, что если она разрешит ему остаться с ней хотя бы раз, он будет требовать от нее этого постоянно, а присутствие детей раздражает леди Элвастон.

– Маме не нравится, когда Эдмунд бегает по гостиной. Она позволяет ему играть там только полчаса перед сном.

– А мне показалось, вы говорили, будто она сильно любит мальчика! – заметила Феба, забыв о том, что у нее язык без костей.

– О да, любит! Только мама считает, что детей надо воспитывать в строгости, – произнесла Ианта с похвальной самоуверенностью. – А сейчас мы пойдем наверх в мою комнату. Там вы сможете снять шляпку и мантилью. Можете мне поверить, я вас теперь не скоро отпущу.

И в самом деле, только несколько часов спустя Фебу усадили в экипаж Элвастонов и отправили на Грин-стрит. К тому времени мисс Марлоу была в курсе всех подробностей личной жизни Ианты. Она узнала многое, если не все о ее семейной жизни, о том, как несладко быть вдовой, и о предполагаемом втором замужестве. Еще до того, как они встали из-за стола, на котором был накрыт легкий обед, Феба узнала, что Сильвестр никогда не захочет брать на себя хлопоты по воспитанию своего племянника. Ей довелось выслушать немало примеров, иллюстрирующих его грубое обращение с Эдмундом. Ианта сообщила, что Сильвестр злой человек и специально подговаривает мальчика не слушаться матери. Фебе даже показалось, что граф Уголино менее отталкивающий персонаж, чем ярко описанный Иантой герцог Салфорд. Но неужели он не испытывал никакой привязанности к своему брату-близнецу? О да, испытывал, но это была эгоистичная холодная привязанность. Вдова Гарри торжественно пообещала до самой смерти помнить бесчувственное поведение деверя, когда Гарри после долгих дней мучительных страданий едва слышно произнес свое последнее желание.

– Сильвестр вел себя так, словно ничего не произошло. Если бы вы его тогда видели, мисс Марлоу, то, наверное, подумали бы, будто он сделан из мрамора. Ни слезинки, ни слова утешения! Можете представить мое состояние, я была так огорчена, что едва не сошла с ума. Когда я увидела, как Сильвестр опустил голову моего любимого супруга на подушку, и услышала, как он в своей привычной бездушной манере сообщил, что Гарри мертв, мне стало так плохо, что доктора встревожилась за мой рассудок. У меня три дня не прекращалась истерика, но Сильвестру было, конечно, наплевать. Я даже думаю, что он и не узнал о моей болезни, поскольку вышел из комнаты, не взглянув на меня, и я много недель не видела его после того рокового дня.

– По-моему, некоторые люди, – заметила Феба, смущенно слушая печальные воспоминания леди Рейн, – не выставляют свои чувства напоказ. Вы меня, конечно, извините, но это еще не означает, будто они совсем не переживают.

– О, я вовсе так не думаю, но подобная сдержанность вызывает у меня только отвращение! – твердо заявила Ианта. – Честно говоря, я сильно сомневаюсь, что Сильвестр обладает настоящими человеческими чувствами. Я в жизни не встречала такого бессердечного и жестокого человека. Знаете, он испытывает хоть какие-то теплые чувства только к своей матери. Я считаю, что он любит ее даже слишком сильно… По-моему, эта любовь временами доходит до абсурда!

– Но, насколько я поняла из ваших слов, старая герцогиня и вам симпатична? – осведомилась Феба в надежде направить мысли собеседницы в более спокойное русло. – Она хорошо к вам относится?

– О да, но даже герцогиня не понимает всей меры страданий, которые мне приходится терпеть! Я, например, не смею даже надеяться, что она когда-нибудь попытается убедить Сильвестра не отбирать у меня моего ребенка, ведь герцогиня тоже души не чает в своем сыне! Как мне жаль его будущую жену! Бедняжка скоро обнаружит, что ей придется во всем слушаться мать-герцогиню.